• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
14:44 

ГГ ГП "На празднике Победы". Фанфик по ГП.

Гарри справился, мы победили. Не нужно было больше скрываться в лесах, ходить постоянно с волшебной палочкой наизготовку. Всё стало проще, и сложнее. Нужно было определяться. Отгремят салюты, пройдут праздничные мероприятия, и нужно будет как-то жить дальше, но как Гермиона не представляла.
Грейнджер сидела, одетая в нарядное платье, за накрытым столом в доме Уизли, вокруг кипели разговоры и раздавался звон бокалов, а она сидела, глядя на Гарри, устроившегося через стол напротив, и ей хотелось плакать. Слева от него, обхватив за локоть и прижавшись тесно, как рыба-прилипала, сидела Джинни Уизли.
«Я не должна так о ней думать,- напомнила себе Гермиона,- она мой друг, мой и Гарри».
Гермиону затошнило, она прикрыла глаза, откинулась на стуле и попыталась ровно и глубоко дышать. Помогало плохо. Открыв глаза, Гермиона наткнулась на внимательный и встревоженный взгляд зеленых глаз.
«Что?».
«Ничего», - легкое отрицательное качание головой.
«И все-то он чувствует, и все-то он понимает. Не всё. Друг. Только друг. Помни об этом».
Пока Грейнджер сосредоточенно уговаривала свое подсознание вести себя прилично и не позорить хозяйку, Гарри, видимо, успел выбраться из заточения и обойти стол, потому что над правым ухом гриффиндорки вдруг раздалось тихо и весело, щекоча ухо дыханием:
-Мисс, позвольте вас пригласить.- И-протянута рука, возникшая в поле зрения.
Гермиона не смогла отказаться, она никогда ни в чем не могла ему отказать. Взяв протянутую руку, она поднялась и спустя миг уже очутилась в теплых и таких привычных объятиях. Гриффиндорке сразу захотелось опустить голову ему на плечо, уткнуться носом в шею, зареветь и рассказать все-все.
«Нельзя, он счастлив с Джинни, а значит,- напомнила она себе, - ты тоже должна быть счастлива за него». Так-то оно так, но почему-то хотелось выть от тоски и биться головой о стену из-за несправедливости мира.
Гермиона не хотела терять своего Гарри. Она даже представить себе не могла, что вот наступает очередной день, а его нет. Нельзя поговорить, нельзя написать письмо, потому что пара-тройка писем в день от «просто старой подруги», это очень странно и наводит на подозрения. Джинни не поймет, и будет права.
Друзья кружились под мелодию Ника Кейва, Гермиона вдыхала аромат одеколона Гарри и вспоминала палатку. Время, когда ушел Рон, было эмоционально тяжелым. Они застыли в неизвестности: ни информации о новых крестражах, ни понимания того, как уничтожить те, что уже добыли. Гарри решил повеселить подругу и пригласил ее на танец. Было смешно, он совсем не умел танцевать, но старался. От этого хотелось улыбаться, а через пару минут они уже вовсю кружились, хохоча в два голоса. И он ее поцеловал.
Гарри потом сразу извинился, сказал что он не хотел, что он просто друг, Гермиона ответила что все понимает. Но именно в тот момент она поняла, что Гарри для нее не «просто друг». Но не сказала ему об этом и не скажет, он же извинился за поцелуй, значит это и в самом деле была случайность. Гермиона всхлипнула неслышно (как ей казалось) и только крепче обняла Гарри за шею.
-Что?- раздался в ухе тихий шепот. По коже, опаленной теплым дыханием, пробежали мурашки.
Гермиона помотала головой, сильнее вжалась лбом в плечо Поттера, желая навсегда запомнить эти его такие родные объятия.
Гарри не стал настаивать на ответе, они продолжали танцевать и только спустя пару минут Гермиона поняла, что он «отвальсировал» их к выходу в сад. Миг, и Гарри потянул Гермиону за руку, они оказались в саду. Никто не заметил их ухода.
Поттер отбуксировал Грейнджер за угол дома, здесь было темно и не так шумно. Света луны хватало лишь на то, чтобы различать силуэт в темноте. Гарри опять обнял Гермиону, в темноте это казалось таким правильным, таким возможным.
-Гермиона, что происходит?- он говорил ей в макушку, его теплое дыхание шевелило волосы гриффиндорки.
Она помотала головой: - Нет.
Объятия стали крепче:
-Мы не уйдем отсюда, пока ты мне все не расскажешь.
-Гарри, я не могу, это неправильно, ты не захочешь больше со мной разговаривать, а я этого не перенесу.
Гермиона заплакала, будто кто-то открыл кран. Слезы полились сами: крупные, горячие. Она не могла остановиться. Гермиона не всхлипывала, ничего не говорила, только вымочила слезами всю рубашку Гарри. А он стоял, держал ее в объятиях и не собирался отпускать. Только легкое как крыло бабочки касание к волосам давало понять, что он целует макушку, висок, где-то за ухом. Вот его губы спустились к плечу, Гермиона замерла, кажется, даже перестала плакать.
-Гарри?- тихий вопрос в состоянии, близком к шоковому.
-Ммм?- еще один поцелуй теперь уже в угол рта.
-Что ты делаешь?- Честное слово, это спрашивали мозги, тело вопило: « Еще за ушком, а потом в ключицу, и губы, губы не забудь!» А сердце только издавало приглушенное «ах» на каждое прикосновение и норовило отключить двигательную функцию, потому что ноги подкашивались так, что если бы Гарри не прижимал Грейнджер к себе, она бы уже съехала в траву.
-А что я делаю?- спокойно отозвался Поттер.- По-моему все вполне очевидно: утешаю любимую женщину самым очевидным способом.
-Гарри, - гриффиндорка задохнулась от слова «любимая»,- но Джинни?
Что – Джинни?- вернулся тихий шепот к уху Грейнджер.- Ей вполне отлично без меня, она встречался с Дином Томасом.
-Что? - Гермиона чуть не упала.- Но вы сейчас….- она не знала как продолжить: Гарри и Джинни, сидящие в обнимку так напоминала давно женатую супружескую пару, что казалось, в характере их отношений заблуждалась не только гриффиндорская умница, но и половина присутствующих на торжестве гостей.
- Гермиона, я тебя люблю. Прости, что не сказал этого раньше.- Поттер взял Грейнджер за плечи и теперь твердо смотрел ей прямо в глаза.- Я думал так лучше, думал, если меня убьют, ты не будешь так горевать.
-Дурак!- гриффиндорка ударила его в грудь не дав договорить.- Поттер, какой ты идиот!
-Ты никогда не называла меня «Поттер»,- раздался жаркий шепот над левым ухом и Гермиону опять заграбастали в крепкие собственнические объятия.
Она подняла руки, обвила шею гриффиндорца, зарываясь пальцами в волосы, и поцеловала старого друга Гарри Поттера. И это было самое правильное совместное решение ее обычно отчаянно спорящих сердца и головы.
Когда они вынырнули из поцелуя, оказалось, что слева с отпавшей челюстью стоит Рон Уизли. На миг Гермиона стало неудобно, как-то официально считалось, что они с Роном вроде бы встречаются. Но слова Рона, последовавшие за немой сценой успокоили Грейнджер:
-Я с вас офогеваю. Их там фотографы для интервью ищут, а они обнимаются.
Гарри насмешливо фыркнул, не выпуская Гермиону из объятий:
-Ну и поговорил бы с журналистами сам, ты же вроде как тоже герой магической войны.
-Ага,- тут же подбоченился Рон,- я что рыжий?
-Риторический вопрос,- заметил Поттер, разглядывая шевелюру друга.
-Я не в этом смысле,- сварливо заметил Уизли. А потом, махая на друзей руками, как на цыплят в курятнике, загнал их в дом. Так как объятий Грейнджер и Пооттер так и не расцепили, то журналисты получили сенсацию, читатели магического «Придиры» - лакомое интервью, а Молли озадачилась организацией тройной свадьбы, как оказалось, кроме наших героев и Джинни с Томасом к алтарю идут так же и Рон с Лавандой. Хотя вид у Рона был не особо радостный. Лаванда же светилась от счастья, висла на будущем муже с поцелуями и поминутно называла беднягу «Бон-Бон».
Грейнджер находилась в легкой прострации от того как все изменилось буквально за несколько дней. Подготовка к свадьбе шла своим чередом, ей пришло около сотни угрожающих писем от поклонниц Гарри. Поттер их отобрал, почитал, над некоторыми посмеялся, над парочкой скрипнул зубами и отправил по обратному адресу мракоборцев, остальные сжег.
Все проходило будто мимо Гермионы. Она просто находилась в каком-то притяжении к Гарри, будто он Земля, а она Луна. Е не хотелось сходить с этой орбиты притяжения. Только с ним рядом она чувствовала себя «на месте». Он тоже расслабился, стал спокойнее, в глазах появилась невероятная уверенность. Он занимался делами, читал бумаги, писал письма, и все это, устроив Грейнджер у себя под мышкой, как в домике. Он сидел, читал, а она дремала у него на плече, он периодически легко целовал ее в лоб, висок, в закрытые глаза - просто так, без намека, будто ему было жизненно важно убедиться, что она не мираж.
Гермиона сидела, греясь в его тепле, и ничего больше не желала. У нее теперь было все, что ей нужно. Иногда она задумывалась, как ни будут жить дальше. Даже как-то задала этот вопрос Гарри. Он на минуту оторвался от бумаг, чмокнул Грейнджер в нос и спокойно заметил:
-Поженимся.- Гермиону утвердительно кивнула, он продолжил:
-Переедем на Гриммо.- Грейнджер поморщилась, он добавил:
-Сделаем полную перепланировку.- Гриффиндорка согласно качнула головой, он потянулся и завершил:
-Ты пойдешь учиться на колдомедика, я буду работать, как и сейчас, к нам будут приходить друзья, - он усмехнулся,- чаще всего Рон. Возможно, он даже поживет у нас пару лет, спасаясь от своей драгоценной половины. Ты закончишь учебу, потом под руководством Снегга защитишь диссертацию. Вы откроете совместно какое-нибудь предприятие. Он будет через день наведываться в гости и снимать с меня баллы за недостаточно учтивое поведение и за то, что я ничего не понимаю в ваших разговорах. У нас родятся дети: Роза, Лили и Джеймс. Я буду их страшно баловать, а ты будешь меня ругать и сердиться. Я буду соглашаться с тобой, но баловать буду все равно. Хочу, чтобы детство наших детей было счастливым. Несмотря на занятость, ты будешь по вечерам читать им сказки, особенно барда Бидля. А потом мы отправим их в школу.
С Хогвартсе они подружатся с Тедди Люпином и Скропиусом Малфоем, - Гарри хохотнул.- Драко будет в ужасе. Но потом смирится, потому что Роза и Скропиус влюбятся и решат пожениться.
Снегг будет отпаивать Малфоя валерьянкой и втолковывать, что такая благоразумная девушка, да еще из столь знаменитой семьи, это почти что тоже самое, что чистокровная ведьма. Малфой выхлебает бокал валерьянки, замаскированный под бокал коньяка, подумает и даст согласие со словами:
- Пусть уж лучше Поттер, чем Уизли.
Правда на свадьбе он побратается с Роном и публично со сцены извинится за то, что был таким засранцем. От окончательно позора его спасет Снегг, который отберет у него микрофон и наложит Селенцио. Утром Малфою будет стыдно. А когда к нему подойдет Рон и хлопнет по плечу со словами:
- Ну бы даешь, братан, - он со стоном сползет на землю.
А мы будем ждать внуков, и никогда не будем разлучаться, даже на день. Такой вариант устраивает тебя, любовь моя?
-Устраивает,- ответила Гермиона и поцеловала своего почти что мужа в уголок рта, и подумала, какое счастье что Гарри первый признался ей в любви, она бы ни за что не решилась сказать ему, что не может без него жить. Как хорошо, что он такой смелый и решительный, герой и спаситель мира.

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

14:43 

ГГ ГП "Люблюлюблюлюблю". Фанфик по ГП.

Сегодня мы с Роном расстались. Так странно было осознавать, что закончились отношения, длившиеся десять лет. Со времени магической войны прошло три года. Страсти улеглись, интерес журналистов тоже. Казалось бы - сейчас и начнется счастливая жизнь, но все шло «не так».
Пока мы скрывались по лесам, искали и уничтожали крестражи, все было отлично. Не в смысле что нам нравилось ходить по лезвию бритвы, просто мы были заодно, заняты, объединены конкретной целью и остальное обходило нас не задевая.
И вот прошло три года после победы. Мы стали часто сориться из-за мелочей, мы могли поругаться буквально по любому поводу: как провести выходные, что купить на ужин. Это очень выматывало.
И сегодня чаша переполнилась. Он сделал предложение. Вроде бы нужно радоваться. Было всё как и положено: ресторан, музыканты играющие на скрипках, лепестки роз, Рон, вставший на одно колено и протягивающий кольцо. Я смотрела на него понимала, что «не хочу». Не хочу провести с ним ближайшие сорок лет, не хочу просыпаться по утрам в одной постели, не хочу детей - его детей. Мы разные. Мы совершенно разные. Об этом я сказа ему, он не понял, разозлился, ушел, хлопнув дверью. Работники ресторана поглядывали на меня с недоумением и неприязнью, им хотелось «хеппи энд». Но я не могла сделать «красивое лицо», я не хотела провести остаток жизни, ссорясь. А у нас это уже становилось нормой.
Я шла по берегу канала, воздух вырывался изо рта клубами пара, пряча руки в карманах пальто и думала, что когда-нибудь Рон еще скажет мне спасибо. Я уже подходила к дому, когда увидела силуэт, отделившийся от стены.
«О нет Рон, только не вздумай мириться», - мысленно взмолилась я. Силуэт приблизился и превратился в Поттера.
-Что ты тут делаешь, Гарри?
Тот обезоруживающе улыбнулся:
-Хотел попроситься на ночлег. Пустите?
Он заглянул мне за спину: - А где Рон?
Я замялась, потом решила сразу расставить все точки над «и» и бухнула:
-Мы расстались. И, Поттер, не вздумай читать мне проповедей в стиле «как ты могла, вы же идеальная пара».
Гарри улыбнулся: - И не подумаю. Тебе виднее. Я вот тоже с Джинни расстался.
Я едва не ляпнула: «Почему, вы же идеальная пара», но мысленно дала себе по губам - сама же только что велела не читать нотаций. Поэтому я молча свернула к входной двери, нашла ключи, открыла и приглашающим жестом поманила Гарри в дом.
Сил готовить ужин не было. Все что хотелось - залезть в ванну и утопиться, о чем я и сообщила Поттеру.
Он ответил: - Ага, иди, а я пока займусь спагетти.
Подивившись столь спокойной реакции на мои неадекватные мысли, я отправилась в ванную. Поотмокала. Помирать расхотелось, к тому же в щель под дверью проникал очень заманчивый аромат. Так что я выбралась из воды, закуталась в халат, завернула волосы в небрежный узел - не перед кем красоваться, и отправилась на кухню.
Гарри переоделся и сейчас в пижамных штанах и белой футболке, босиком, колдовал над плитой. Запах правда шел потрясающий. Я устроилась за столом с видом голодной кошки и постучала ложкой: - кашу! кашу!
Гари оглянулся и рассмеялся:- Будет исполнено.
Я сидела и разглядывала своего старого друга, который всегда был рядом. «Вот человек, который знает и понимает меня лучше, чем я сама. А я знаю его. Почему же мы не вместе? - вдруг поразила меня мысль. Мы никогда не ссорились, мне достаточно было посмотреть на него, чтобы он меня понял. Слова были не нужны, так почему же мы не пара?»
Ведь он единственный, кто поддерживает меня всегда и во всем. Даже в расставании с Роном, не говоря уже о моем решении вернуться в Хогвартс и закончить седьмой курс обучения, или в выборе специальности колдомедика. Рон еще тогда ворчал, что теперь дома меня не застанешь, а Гарри только крепко обнял, чмокнул в лоб и сказал:
-Ты умница, Гермиона, я тобой горжусь.
И так во всем. Я не могла представить что же должно произойти в мире такого, чтобы наша дружба прекратилась. Дружба… А так ли уж это плохо - влюбиться в старого друга? Я знала его с одиннадцати лет: мальчишкой в одежде с чужого плеча, отчаянным храбрецом, идущим на смерть в подземелье, самым быстрым ловцом в квиддиче, юношей, готовым сражаться с несправедливостью. Я его знала и поддерживала всегда и во всем. Он был единственным человеком, ради которого я нарушала любые правила не задумываясь. Мой старый друг и самый родной для меня человек.
А сейчас он готовил ужин на моей кухне, а мне хотелось, чтобы так было всегда. Я встала, подошла, положила ладони на плечи Гарри, прижилась всем телом и поцеловала в лопатку - сквозь футболку. Он замер на миг, как окаменел, а потом машинально выключил газ, обернулся, обнял меня за талию, притянул к себе и поцеловал. А глаза у него были нежные-нежные и беззащитные. Покрывая поцелуями мое лицо: веки, переносицу, скулы, подбираясь к ключицам, он прошептал:
- Ты не пожалеешь?
-А ты?- в тон ему ответила я.
-Нет.
-Почему?- мне был нужен ответ.
-Потому что люблю,- прошептал Поттер, подхватил меня и отнес на диван.
И все было так, будто именно это и было единственно правильным. И только в темноте его голос шептал: люблюлюблюлюблю.
Утро началось с дикого грохота. Рон пришел мириться и приволок очередной набор нержавеющих кастрюль. При виде нас с Гарри, спящих на диване в обнимку, он выпустил сервиз из рук и съехал по стене на пол. Гарри велел мне лежать, а сам встал, поднял брыкающегося Рона и отволок на кухню. Не слышала, что он ему сказал, но тот вернулся почти вменяемый, скороговоркой сказал:
- Я за вас рад, будь счастлива, - и ретировался. Не знаю, увидим ли мы его еще когда-нибудь.
Мне было неловко, я не знала, как себя вести. Но все это длилось ровно до тех пор, пока с кухни не вернулся Гари, неся в руках чашку, распространяющую потрясающий кофейный аромат. Я засмеялась и уселась удобнее. Гари вложил мне в ладони чашку. Рон ни разу не сварил мне кофе. Ни разу за три года.
Я отпила ароматный напиток и зажмурилась от удовольствия. Открыв один глаз, я увидела как внимательно Гарри рассматривает меня.
-Что? - я смутилась.
-Ничего,- он потянулся и поцеловал меня: - любуюсь.
Потом посерьезнел и взъерошил рукой волосы. Он всегда так делал когда волновался:
-Гермиона, ты же выйдешь за меня замуж?
Я испугалась. Только вчера я отказалась совершить столь серьезный шаг с Роном и не была уверена, что я вообще готова выходить замуж.
Но подняв на Гарри глаза, я вдруг поняла, что хочу всегда быть рядом с ним. Продолжать быть с ним рядом, вместе - это было настолько естественно, как дышать. Он всегда поддерживал меня, а я его. Он знал меня, я знал его. С одиннадцати лет мы были связаны так крепко, что я не мыслила жизни без Гарри. Так чего мне бояться?
И я ответила: - Да!
Гарри просиял, подхватил и закружил по комнате, не переставая шептать в губы:
- Согласилась, согласилась, согласилась.
Я, как ни старалась, все-таки облила его кофе. На белой футболке расползлось большое темное пятно, но он не расстроился. Сказал что ни за что не будет стирать футболку, пусть хранится такая: она, мол, тоже свидетель моего согласия.
Да, мы поженились, и наша свадьба была похожа на сказку. И вовсе не из-за шикарных нарядов, именитых гостей или богатого стола. Расписались мы в будний день. На свадьбе были Макгонагл, Хагрид, Люпин и Тонкс, но нам хватило. Все искренне за нас радовались. С семьей Уизли мы потом помирились, и когда Рон женился на Лаванде, а Джинни выходила за Дина Томаса, мы уже гуляли на их свадьбе. К тому времени нашей старшей - Розе уже исполнилось пять. А Лили только полтора. Из Гарри вышел хороший отец. Он любит дочек и меня и часто в темноте я слышу его : люблюлюблюлюблю.

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

14:42 

ГГ ГП Волшебник за роялем. Фанфик по ГП.

Я влюбился в нее, когда увидел на том тожественном вечере, устроенном в министерстве, куда едва не со скандалом затащила меня Джинни. Из чего вы можете сделать вывод, что речь идет не о Джинни. Совсем нет. С ней, напротив, все обстояло чудовищно сложно. Я не соответствовал ее идеальным представлениям о герое, спасителе мира и мальчике, который выжил. Я был живой, терпеть не мог большие сборища, журналистов и фанфары, как раз то, что ей особенно нравилось - быть «подругой героя». Я любил тишину, выспаться в выходной, читать детективы и играть в квиддич - обычный парень, каких на дюжину десяток. Ее это раздражало, но мы сейчас не о Джинни.
Я увидел ее танцующей под чарующие звуки рояля. Какой-то приглашенный иностранец извлекал из инструмента мелодию, рождающую в душе слезы и восторг. И я увидел ее. «Увидел» с большой буквы, потому что до этого знал ее десять лет, но никогда не осознавал, насколько она дорога мне.
Пианист закончил выступление, все хлопали с восторгом. Она тоже. Вдруг заметила меня. Джинни давно уже отправилась пообщаться с Дином Томасом отчаянно машущим ей с другого конца зала.
-Гарри,- подлетела ко мне Гермиона,- хорошо что пришел. Потанцуешь со мной? Такой замечательный вечер, что летать хочется!
Передо мной стояла моя старая боевая подруга Гермиона Грейнджер: с сияющими карими глазами, изумительной нежной улыбкой и одетая как принцесса из сказки. В детстве, когда я читал Золушку (единственную книгу, которую не отобрал у меня Дадли, потому что она была не про машинки), я представлял принцессу, в которую влюбился принц, именно такой.
А сейчас передо мной стояла Гермиона, и я вдруг понял, каким глупцом был все это время, не замечая ее.
Пианист возобновил игру, я притянул ее к себе и мы закружились в вальсе. Гермиона улыбалась мне:
-Гарри, у тебя здорово получается.
Я усмехнулся:
-Вальс это единственный танец, который я затвердил на всю жизнь после турнира трех волшебников.
Гермиона засмеялась, она отлично помнила, как намучилась со мной Падма Патил на Рождественском балу.
Я вел в танце мою Гермиону и думал, что почти всю сознательную жизнь у нас с ней общие воспоминания. Я усмехнулся: по крайней мере, все острые и опасные воспоминания у нас совершенно точно общие. «Бедная девочка»,- подумал я, вспомнив отпечатки ногтей на ее щеках, когда она, переживая за меня, едва не расцарапала себе лицо. Она заботилась обо мне, помогала, всегда была рядом и плевала на любые правила и запреты, если мне была нужна помощь. Мой лучший друг.
А теперь я понял, что она не только друг, но и нежная, чувственна, необыкновенная девушка. Возможно, все дело было в том, что раньше я просто запрещал себе смотреть на нее такими глазами, ведь она считалась девушкой Рона, моего друга. Но Рон уже полгода как женился, Лаванда стала миссис Уизли, и Гермиона теперь свободна.
Я подумал, что сегодня вечером мне предстоит не простой разговор с Джинни. Но ошибся. Разговор произошел в тот же час - на приеме. Когда Гермиона отошла в дамскую комнату, ко мне с мрачным видом подобралась Джинни и сказала что надо поговорить. После чего в течение пятнадцати минут вывалила мне на голову весь список претензий, накопившихся за три года, после чего сообщила что уходит к Дину Томасу, за вещами пришлет позже, и гордо развернувшись, удалилась.
Я стоял и моргал, испытывая чувство необыкновенного облегчения, со всех сторон меня обтекали гости, я едва ли различил бы сейчас знакомое лицо в толпе. Но вот кто-то положил ладонь мне на спину - как маленький утюжок, а тихий шепот сказал у левого уха:
-Мне жаль.
Я улыбнулся, развернулся и обнял Гермиону за талию:
-А мне нет. Я очень рад. Я просто счастлив. Сегодня собирался поговорить с ней.
-Зачем? - Гермиона задрала одну бровь, напомнив своего куратора - профессора Снегга.
Гарри смущенно улыбнулся:- Ты знаешь, я влюбился.
-В кого бы это? Я ее знаю?- Гермиона задрала вторую бровь и значительно ими пошевелила.
-О да, думаю лучше некоторых,- я закружил ее в танце. Все-таки исполнитель сегодня потрясающий, наверняка волшебник, хочется смеяться и плакать, и никогда-никогда не выпускать Гермиону из объятий.
- Я влюбился в тебя, Грейнджер,- прошептал Гарри, наклоняясь и целуя Гермиону.
Та успокоено вздохнула:
-Уфф, я уж думала что-то серьезное.
-Серьезней не бывает,- Поттер сильнее притянул Гермиону к себе,- ты за меня выйдешь?
Что вот прямо так сразу? - скептически уточнила Грейнджер.
-Ну, не обязательно,- хитро улыбнулся Поттер,- можешь подумать. Пары дней тебе хватить? Платье заказать и всё такое?
-Поттер, ты не слишком самоуверен? - ехидно уточнила Грейнджер.
-Я не самоуверен, - оскорблено поправил Гарри,- я наивен. Я верю в твою любовь и сострадание, верю и надеюсь что ты не дашь пропасть безнадежно и абсолютно по самую макушку влюбленному старому другу.
-Вот именно что старому другу,- устало заметила Гермиона.- Был уже опыт с одним старым другом. Начнем мы встречаться, а ты через пару месяцев решишь, что слишком хорошо меня знаешь, романтики в отношениях маловато и вернешься к Джинни, а я потеряю тебя насовсем. Нет, пусть лучше у меня останется друг, чем не будет ничего.

Гарри, сначала слушавший ее слова с ужасом и ожидавший слов «я тебя не люблю» к концу ее речи понял только, что она не хочет его терять. И он засмеялся. Гермиона огорчилась до слез и попыталась оттолкнуть его. Он лишь крепче прижал ее к себе.
-Ну нет,- шептал он ей в ухо, - вот теперь мисс Грейнджер я вас точно не отпущу. Даже не брыкайтесь. И мы поженимся завтра, чтобы вы не сбежали, и выкиньте из своей очаровательной головки все эти глупые глупости.
-Теперь ты говоришь как Снегг,- тихо, не глядя на Поттера, проговорила Гермиона. И заплакала, уткнувшись Гарри в грудь.
А Поттер танцевал, прижимая к груди любимую женщину, целовал ее волосы и шептал, что все будет хорошо. Что же до речей в стиле профессора Снегга, то это он от волнения, и если ей не нравится, то он больше не будет.
-Я тебе «не буду»!- стукнула Гермиона его кулачков в грудь. Гарри охнул, Грейнджер тут же испугалась: - Гарри, больно?
Поттер рассмеялся ей в волосы и шепнул:
-Что, у котенка мания величия? Мнишь себя сильным большелапым тигром, способным побить такого большого дядю?
Гермиона в ответ фыркнула точно как кошка. Гарри наклонился и поцеловал ее – медленно и нежно. Теперь - в своем праве.
Чарующая мелодия неслась над сводами белого зала. Пианист скользил пальцами по клавишам, не забывая вплетать в музыку рисунок истинной любви. Он улыбался. Сегодня на вечере ни одна пара еще расстанется, но людей, нашедших друг друга будет неизмеримо больше. Музыкант улыбался своей солнечной улыбкой, от которой из уголков глаз разбегались морщинки и играл. А волшебство летело над залом, окутывая Гарри Поттера и Гермиону Грейнджер защитным коконом, который никто не в силах будет разрушить.
Настоящая любовь все побеждает и никогда не перестает. Волшебник это точно знал. Он играл и видел жизнь этой пары, протянувшуюся нежной мелодией через многие годы. Вот свадьба и первые недели узнавания друг друга. И новые открытия, и радостное изумление и восторг.
Вот Поттеры – родители: серьезные и заботливые. Вот истерика Гермионы: сможет ли она быть хорошей матерью, и Гарри утешающий и убеждающий, говорящий с твердой уверенностью: - Я точно знаю, ты будешь хорошей матерью.

Вот они же, провожающие дочь в школу. Тихие уютные вечера вдвоем за книгой. Страсти стало меньше, но ее заменила нежность.
Вообще, мелодия нежности пройдет красной строкой через всю их жизнь. Они всегда будут трепетно беречь друг друга и заботиться друг о друге.
Они станут мужем и женой, но останутся друзьями. Они будут все знать друг о друге, но это не сделает их любовь менее пылкой.
Они будут заботиться друг о друге даже в мелочах: Гарри будет готовить кофе для засидевшейся за бумагами Гермионы и разыскивать по букинистическим магазинам особо нужные ей в работе редкие книги. Она будет следить, чтобы он всегда завтракал, а так же будет вкладывать нежные записочки в пакет с его обеденными бутербродами. Эти смешные и нежные мелочи будут еще крепче привязывать их руг к другу, и они никогда нее подумают: «а что, если…», нет ,они будут знать что сделали единственно правильный выбор.
Музыкант играл и смотрел на влюбленных. Гарри и Гермиона кружились под звуки рояля, Грейнджер положила голову на плечо Поттера, а тот, наклонившись, едва скользил губами по ее волосам и что-то тихо шептал.
Они были вместе, и вся жизнь была еще впереди. А волшебник сидел и радовался, что Дамблдор так настойчиво просил его сыграть именно на сегодняшнем мероприятии. «Дамблдор умеет добиваться своего, - усмехнулся волшебник, - но после того сокровища настоящей любви, то я сегодня нашел в этих двоих, я уже вовсе не жалею что пришел».
.

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

13:10 

С Божией помощью! (Виктория и Антон Макарские)

11:10 

Кирилл Табишев

ты встретишь её однажды. как Еву встречал Адам.
ты встретишь её и уже никогда не отпустишь.
время – ткань. и времени ткань разойдётся по швам,
сгибаясь под вашим чувством.

ты встретишь её однажды. как судно встречает порт.
как приходит спасение в жизнь тяжелобольного.
она, наверно, любила раньше, так будь же горд,
что она полюбила снова.

ты встретишь её однажды. как море встречает приток,
как тот, кто был слеп от рождения и стал зрячим.
ты можешь быть бесконечно прав, но какой в том толк,
если женщина твоя плачет?
__
ты встретил её однажды. не встретить её не мог.
но путь ваш не будет прост оттого, что вас много.
она не вершина творения, но ведь и ты не Бог.
ты теперь больше Бога.

@темы: Стихи

12:22 

Meri Обряд ухаживания

- Я ко всем несправедлив. Прими это.

- Кроме слизеринцев, - с горечью пробормотал Поттер. - Им вы все прощаете.

- Кто-то же должен. Никто другой им спуску не дает, - голос Снейпа звучал очень убедительно, даже когда говорил что-то совершенно неправильное.

А для Гарри подобное было совершенно неправильным.

- Если бы ваши слизеринцы не задирали постоянно нос, возможно, к ним бы относились более дружелюбно.

- За высокомерием довольно часто прячется неуверенность, запомни это. Большинство людей не хочет выглядеть слабыми в глазах окружающих.

10:29 

Smaragd Я был...

Жить – это не идти к намеченной цели, жить – это значит жить. Просто дышать, просто делать дело, просто знать, что ты есть у меня. И не где-то там, далеко, в другом мире, а рядом, под боком, когда можно в любой момент обнять и заглянуть в глаза, выпить из губ твоих и насытиться от тела твоего. Не потому, что хочется заниматься сексом, а потому, что хочется жить. С тобой. Цели достигаются или нет, не они должны быть критериями счастья. И само счастье – не может быть у него критериев. Всё, чего хочешь, к чему стремишься, чего добиваешься – это не счастье. Благополучие, карьера, успешность любого рода, самоуважение, организованный быт, семья и дети – это не счастье. Счастье – то, у чего нет критериев и параметров. Оно просто или есть, или его нет. Но понимаем мы это слишком поздно…

Всегда мечтал о детях, но прятал эти мечты так глубоко, что со временем забыл место их тайника. Но разве дети – это счастье? Это продолжение рода, это тепло и особенная любовь, которую они щедро отдают тебе, пока маленькие, дарят просто в силу сложившихся обстоятельств своего рождения, а не потому, что ты чего-то достиг и достоин этих даров; но они вырастают, быстро вырастают и никогда не будут твоим истинным продолжением. Они – сами по себе, у них родятся свои дети, у тех – свои, всё отлично, род не угаснет, но разве твоим далёким правнукам будет хоть какое-то дело до того, был ли ты счастлив? Смысл жизни в продолжении рода? Бред.

@темы: из фанфиков

13:39 

AVO Cor Я вспомнил

И что значит «Ты живешь воспоминаниями»? Пока он жив в моем сердце, он жив на самом деле. Я не отпущу его, ни за что! Я не перенесу еще одну потерю, нет уж!
Это значит, что я сошел с ума? Что заменяю реальное вымышленным? Если все, что твердят мне окружающие, правда – я предпочту жить в придуманном мире.


Что значит «он давно мертв, ты живешь в мире своих иллюзий». Да будьте вы прокляты! Из-за вас я осознал это. Вам что, было жаль, что я счастлив в своем воображаемом мире. Да и какой он воображаемый!? Я живу со своим любимым. В его доме. Каждый день я слышу его голос, разговариваю с ним, он говорит со мной. Это ведь не иллюзия. Он мне отвечает. Что с того, что это портрет. Это ведь воплощение самого человека, отпечаток его души, а значит он сам! Чего вы добились, заставив меня все вспомнить, а???

Чего они хотят? Чтобы я признал, что живу с портретом, с воспоминаниями о мертвеце? Да вы ведь сами с ним общаетесь каждую неделю в Хогвартсе, ну, треть из вас уж точно! Почему вы хотите отобрать у меня такую малость? Считаете, что это ненормально, что меня нужно лечить, что нельзя убегать от настоящего, скрываться в воспоминаниях. Да почему же? Почему, если я там счастлив?!

Только продолжай говорить со мной. Да, пожалуйста, не молчи. Хочу слушать твой голос. Все равно о чем, все что захочешь, только не молчи. Хочу знать, что ты существуешь на самом деле, что ты рядом, что ты не мое вообр… нет, это уж точно будет бред сумасшедшего. Пусть я разговариваю с портретом, но ведь не с голосом в своей голове. Да ложусь я, ложусь. Что рассказать? Северус, ты же знаешь, ты можешь хоть перечислять компоненты своих зелий, я буду слушать их как интереснейшую сказку на ночь. Не обижайся… Не обиделся? Смеешься? Я люблю тебя. Люблю твой голос, твою улыбку, твой смех. Знаешь, я почти не помню твоих прикосновений, как жаль.

@темы: из фанфиков

15:27 

Один в темноте tesey

Любимый». Если пергамент не способен краснеть от стыда, то уж бумага тем более. Я хочу не так много: чтобы, когда мы встретимся снова, ты знал. А на ненависть у тебя останется вечность. Приходи, сколько бы ни прошло лет. Я буду ждать тебя там, чтобы тебе не было страшно.


«Гарри! Ну зачем ты так… — жалостливо вздыхает Гермиона, очень нежно и при этом совершенно по-дружески ероша его волосы. — Это ведь все совсем ненастоящее!»

Кому как, — хочется ответить на это Гарри. — Для некоторых более настоящего не бывает. Не нашлось как-то, знаете, за целую жизнь. Не встретилось. Не всем везет.

@темы: из фанфиков

13:45 

Свадьбы не будет NikMac

Чай, конфеты, тёплые улыбки, отеческая забота, слова, слова, слова... Мальчишка, похоже, ни разу не задумался, что судить стоит только по делам и чего точно не стоит, так это безоговорочно верить тому, кто для начала бросил его на пороге дома ненавидящих магию родственников-магглов, а затем, пусть и с болью, пусть и с выворачивающими душу сомнениями, но всё-таки направил на смертный бой с самым опасным волшебником современности.

Вы можете прожить без любви, но не сумеете – без себя. Когда постоянно играешь роль другого человека, это иссушает душу. Чтобы выжить, вам надо найти людей, с которыми вы будете самим собой, без капли притворства. Если один из них станет вашим любимым, то вы проживёте счастливую жизнь.

Провоцировать тело легко. Поймать душу в плен – задача сложнейшая, особенно, когда от успеха предприятия зависит свобода, а избранник влюблён, но совсем не в тебя.

Обидно будет проиграть глупой девчонке, единственное достоинство которой – молодость и красота, а ума не хватает даже для того, чтобы отказаться на период разлуки от претензий и ссор. Тем более обидно в борьбе противопоставить её соблазнительному телу душевные качества, откровенность, знания, ум, заботу, поддержку – и однажды чётко понять, что для успеха любых стараний может быть мало.

Насильно мил не будешь, сердце нельзя заставить любить... Но и отступить невозможно. Игра затягивает, кажется, что ещё один шаг, ещё один день или ночь, утро, ланч или вечер – и Поттер наконец откроет глаза и увидит не препятствие для женитьбы на пустышке, а человека, с которым ему будет всю жизнь хорошо.

Я хочу тебя – это факт, и он не изменится. Как бы ты ни желал от него отгородиться, тебе придётся это принять как данность. Это мои чувства – и они таковы, как я сказал. О собственных думай что угодно, хотя я советовал бы тебе с собой всегда быть предельно честным...

Люди не имеют право осуждать других за то, что их не касается и что никому не наносит вреда.

«Я не гей, я не могу хотеть мужчину» осталось в той, другой, жизни. Он и не хотел «мужчину», он желал быть с Северусом – существенная разница: в первую очередь видеть в партнёре личность, чьи качества восхищают, человека, быть рядом с которым – самый здравый, самый логичный, самый правильный выбор из всех.

@темы: из фанфиков

15:07 

Libellule Одиночество

Я не хочу ничего менять. Нет, не боюсь перемен, но не желаю их. Моя жизнь всегда была перенасыщена неконтролируемыми изменениями, и единственная константа в ней – мое одиночество. Оно длится много дольше, чем вся твоя жизнь. И то, что для иных бесконечная мука, для меня – почти счастье.
Прохлада подземелья, шелест книжных страниц, вечера в тишине, возможность предаваться унынию, не объясняя его причин кому бы то ни было, неожиданные решения, приходящие в голову в предрассветный час… Мой мир совсем не так ярок как твой. Сплетенный из воспоминаний, несбывшихся надежд, горьких уроков, он ютится в серых сумерках. Но это не значит, что он не дорог мне.
Ты ворвешься в мою жизнь красочным праздником. Ты будешь весел, нежен, заботлив. Ты будешь рядом. Ты нарушишь мое одиночество и развеешь тоску. Твой огонь, твоя страсть, любовь, твое счастье переполнят мою жизнь. А мой мир исчезнет. Кто знает, что станет тогда со мной?

@темы: из фанфиков

11:58 

Поэты

Костя Смятских озвучка стихотворений:
vk.com/weaver_of_dreams

Джио Россо, он же Василий Сидоров:
vk.com/id259479024
и группа:
vk.com/public73639582


Олли Вингет. Пряша
vk.com/pticeva
он же Вадим Паршин
vk.com/id195879967

Чай со вкусом коммунальной квартиры:
vk.com/public9073074

@темы: важные ссылки

15:14 

ГГ/СС "Комплекс Матери Терезы".Фанфик по ГП.

Сегодня был сочельник, но Грейнджер сидела в библиотеке. Давайте скажем хором: - Опять! Конечно, вы будете правы, о ее пристрастии к этому помещению Хогвартса уже анекдоты сочиняют.
Но сегодня как ни странно Гермиону сюда привели не ее любимые книги, а необходимость подумать в тишине и покое.
Виною всему был Снегг. Конечно, профессор, куда уж мы без уважительного обращения…Жить то еще хочется.
Так вот, наш уважаемый профессор… Вчера в неурочный час выбравшись прогуляться вокруг озера чтобы проветрить голову, забитую сверх возможного арифмантикой и гебрологией, Грейнджер случайно наткнулась на зельевара. Он ее не заметил. С совершенно отсутствующим видом профессор сидел на стволе поваленного дерева на берегу озера. Его непокрытые волосы припорошил снег, он кутался в мантию и явно мерз, но не уходил, вглядываясь во что-то, явно видимое лишь ему одному.
Не получив своей доли привычных саркастических и язвительных замечаний, Гермиона даже остановилась. И пока профессор смотрел сквозь нее, она смотрела на профессора. Он выглядел уставшим, даже измотанным, под глазами темнели круги, больше похожие на синяки, лицо было осунувшимся и бледным, а кожа будто истончившейся.
Он сидел, глядя вдаль, а в глазах отражалась такая тоска, что Грейнджер вдруг задумалась, а что - же на душе ненавидимого всеми мрачного зельевара?
Сидя вот так на холоде и в темноте, он вовсе не выглядел «Ужасом Хогвартских подземелий», скорее - очень одиноким и уставшим мужчиной средних лет. Гермиона улыбнулась.- А он ведь совсем не старый, ему лет 37, наверное столько же было бы и отцу Гарри, останься он жив.
И тут Гермиона поняла, что с ее комплексом Матери Терезы она, если простоит здесь еще пару минут, непременно влюбится в зельевара. Она ведь уже решила что он такой одинокий, задумчивый, уставший - ну прямо таки идеальный объект для заботы.
Да, чуткое сердце Грейнджер искало кого-то, на кого можно было бы обрушить всю силу нерастраченной энергии любви. Гарри в спасении пока не нуждался, о Волан-де-Морте не было ни слуху, с Джинни у них все обстояло прекрасно, да еще он стал и капитаном команды по квиддичу. А потому цвел и пах аки цветочек маргаритка и являл собой совершенно неподходящий объект для заботы. Гермиона вздохнула. С Роном все обстояло еще хуже. У него была Лаванда, а потому он абсолютно индифферентно игнорировал все свои провалы в учебе, разгуливая с видом кота, поймавшего жирную канарейку. В заботе не нуждался совершенно….
Грейнджер изнывала. И тут- подарок небес - немолодой (с точки зрения 17-летней студентки), несимпатичный, одинокий и замерзающий субъект, просто таки идеальный, чтобы втрескаться в него всем своим комплексом Матери Терезы. Ах.
И вот сейчас в тишине библиотечного зала Грейнджер обдумывала пути, коими она сможет подобраться к объекту своего вожделения. Списки всегда помогали…. Гермиона достала свиток, перо и принялась писать. Бедный профессор, знал бы он…. Куда там Волан-де-Морту, когда за вас решила взяться лучшая ученица Хогвартса.
В этот же вечер:
Торжественный обед состоялся. Должны были начаться танцы. Снегг с удовольствием бы улизнул, чтобы провести вечер в компании старины Огдена и хорошей книги о заковыристых проклятиях, добытой по случаю (счастливому!) в маленьком букинистическом магазине, но ему предстояло дежурство. Нельзя же было оставить без присмотра переполненных сверх меры гормонами обалдуев. И профессор со скучающим видом летучей мыши, завернувшись в черную мантию и став оттого абсолютно неразличимым в сумраке, устроился у стены.
Он собирался поразвлечься, снимая штрафные баллы со слишком расшалившихся студентов, когда вынырнувшая из ниоткуда гриффиндорская отличница не терпящим возражения тоном объявила, что приглашает его на танец.
От неожиданности профессор согласился. Кружась в вальсе и удерживая на приличном расстоянии доставучую студентку, глядя в кудрявую макушку Грейнджер, Снегг пытался понять, какие мотивы могли заставить гриффиндорку пригласить его на танец. Ничего кроме пари в голову не приходило. Но обозрев мелькавших тут и там друзей Гермионы занятых только собой и подружками, Снегг пришел к выводу, что чего-то он тут недопонял. Это заинтриговало.
Профессор любил логику и любые заключения, не укладывающиеся в стройные рамки, выводили его из равновесия, точнее в нем просыпался азарт, как у спаниеля, почуявшего крота.
Грейнджер - попала. А может, попал профессор Снегг. Там видно будет.
Танец закончился, профессор проводил Гермиону к столу и собирался откланяться, когда гриффиндора, задержав его за руку (чем вызвала недоуменно-недоверчивый взгляд), предложила выпить с ней за компанию крюшона.
Снег поморщился. Крюшон он не любил - слишком сладкая и ароматная водичка. Но - предложение Грейнджер опять выпадало из логичной схемы картины мира, где все студенты обязаны были ненавидеть профессора и бояться его, как Великого и Ужасного зельевара.
Грейнджер не боялась. Это было совершенно ясно по тому ожидающему взгляду, каким она смотрела на него. Ради интереса Снегг согласился. Ему было любопытно, какая эмоция последует за его утвердительным ответом. Грейнджер просияла. Снегг сказал про себя: «Ох ни фига себе».
Они выпили вина, и Гермиона потащила профессора на танцпол. Хорошо что играли не твист. Хотя… Через пару минут, двигаясь по медляк, придерживая льнущую к нему семикурсницу, профессор уже подумывал, что уж лучше бы он буги-джигу сплясал, чем обнимать так - гриффиндорскую зазнайку. Гермиона танцевала, обняв профессора за шею и положив голову к нему на плечо. Он грудью отлично чувствовал все изгибы ее тела. Волосы Грейнджер щекотали ему щеку, и очень хотелось провести по ним губами.
Она пахла какими-то теплыми и сладкими духами, которые как ни странно, совершенно не раздражали, напротив, хотелось вдыхать их и дальше, а потом наклониться и губами найти все те точки на ее коже, куда она их нанесла. Он прикрыл глаза: представил…. Нет! Его обуял ужас. Она его студентка! Девчонка. Он старше на 20 лет. Что он делает?! Музыка подошла к концу, Снегг отступил, быстро расцепив руки Грейнджер, чуть не волоком отвел гриффиндорку к Поттеру и Уизли. Мрачно кивнул, развернулся и улетел на скорости не меньшей, чем у Нимбус 2000.
-Что ты такое сделала с профессором Снеггом?- недоуменно спросил Гермиону Рон, придерживая за уютный бочок Лаванду Браун.
-О, ничего, все отлично,- рассеянно отозвалась Гермиона, развернулась и отправилась спать. Здесь ей уже совершенно нечего было делать. А выспаться было необходимо. На завтрашний день и на профессора у нее были большие планы.
Утро Снегга началось с головной боли, и причиной тому был вовсе не крюшон и не огденский виски, бокал которого профессор приговорил вчера, сидя у камина и пытаясь разгадать причины странного поведения мисс Грейнджер. Причина головной боли крылась в том, что в углу кабинета мастера зелий стояла маленькая елка, распространяя просто потрясающий аромат леса. Он точно помнил, что не ставил в кабинете никакой елки. Более того, по деревом лежал подарок, упакованный в красную бумагу и перевязанный золотой ленточкой. Гриффиндорские цвета. «Не может быть!»
Профессор прикрыл глаза и потер ладонью токающий висок. Потом с надеждой взял подарок, желая прочесть прилагающуюся карточку: «Вдруг это ошибка и домовики просто перепутали адресата? Хорошо бы».
Ожиданиям профессора не суждено было сбыться. На каточке старательным и знакомым профессору почерком было выведено: «Счастливого Рождества, тепла, уюта и светлых мыслей».
Скептически подняв бровь, Снегг развернул подарок. Это оказалось теплое кашемировое кашне его любимого (как отметил профессор) черного цвета. Хорошо хоть не красное!
«Но,- со смятение подумал профессор, - я же не собираюсь его оставлять! Это неприлично - принимать подарки, не отдарив в ответ. С другой стороны, если я верну подарок, она расстроится». Зельевар уже и сам не заметил, что задумался о чувствах гриффиндорки, не желая ее огорчать. «Придется сделать ответный подарок». Решив так, Снегг повеселел. И задумался: что подарить девице, обожающей книги больше конфет? Ответ напрашивался сам собой. Профессор направился к полкам и остановился в раздумьях.
В это время в гриффиндорской гостиной Рон, Гарри и Гермиона в компании остальных студентов разбирали подарки. Отовсюду слышались восторженные вздохи и смех. От миссис Уизли Гарри получил красный свитер с вышитым на нем золотым снитчем, а Рон - зеленый со знаком Гриффиндора - красным львом. Так же все получили по большой коробке сладостей и сейчас забавлялись, выбирая кто что больше любит. Рон ухватил шоколадную лягушку, Гарри - сахарный леденец, а Гермиона, засунув за щеку лакричную конфету, задумалась, что, наверное, никто не прислал профессору никаких сладостей. Она решила исправить такое упущение.
Разделив сладости из своей коробки на две части и сложив одну в праздничный пакет, она, вызвав Добби, тихонько попросила его доставить пакет в кабинет зельеварения и положить под елку как можно незаметнее.
У Добби бы все получилось, если бы в этот момент в кабинете перед книжными стеллажами не зависал в раздумьях профессор зельеварения. Добби был схвачен с поличным, и пытаемый угрозой, что профессор еженедельно будет дарить ему носки, признался, что отнести пакет попросила его некая мисс. Но имени он не скажет ни за что, потому что мисс - его друг и борется за права эльфов. Зельевар со спокойной душой отпустил Добби, потому что знал лишь одну ненормальную, способную бороться за права эльфов, даже против их воли. Он наконец-то определился с книгой и в кое-то веки с отличным настроением отправился одеваться.
За завтраком в большой зале собралось не так уж много народа, большинство студентов разъехались на каникулы, а к оставшимся в Хогвартсе ребятам все время прилетали совы, донося запоздавшие посылки с подарками.
Поэтому никто не удивился, когда к Гермионе, сидевшей справа от Гарри, спикировала темная сова и вложила ей в руки небольшой прямоугольный пакет, упакованный в зеленую бумагу и перевязанный серебристой лентой. Гарри с интересом взглянул на подарок:- От родителей, да, Гермиона?
Та покраснела и спрятала руки с подарком под стол:
-Ну, конечно, Гарри ,от кого еще?- При этом она украдкой взглянула на преподавательский стол и успела заметить, как профессор Снегг отвел глаза и слегка покраснел. Гермиона только задумалась о том, что румянец ему идет, а профессор уже выбрался из-за стола и удалялся по коридору. Из-за воротника мантии выглядывало едва различимое на фоне черного цвета мантии кашемировое кашне.
Гермиона широко улыбнулась. Операция по осчастливливанию профессора шла полным ходом.
Она перевела взгляд на свои руки, держащие сверток. Подумала секунду и аккуратно развернула. Это оказался сборник редких ядов и противоядий. Гермионе стало смешно. Это угроза? Или предложение - заняться более углубленно зельеварением?
Грейнджер решила выбрать второй вариант. А потому сразу после завтрака отправилась разыскивать профессора, чтобы поблагодарить за подарок.
Как ни странно, не пришлось даже идти в подземелья. Профессор стоял в холле первого этажа, будто ждал ее.
Когда она вышла, он внимательно уставился на нее. Она широко улыбнулась, подошла к Снеггу и сказала, глядя ему в лицо снизу вверх:- Профессор, я должна поблагодарить вас за прекрасный подарок.
Снегг ехидно задрал бровь:- Вообще-то это был намек, что если вы не остановитесь, то можете пострадать.
-Вообще то я поняла,- в тон ему отозвалась Грейнджер,- но я - рискну.
Снег ухмыльнулся и предложил Гермионе руку. Она ее приняла, и, осторожно поддерживая за локоть свою настойчивую ученицу, профессор увел ее из замка к озеру. Они гуляли часа два. профессор говорил о ядах, а Гермиона слушала, изредка задавала наводящие вопросы и откровенно наслаждалась обществом зельевара. Он это видел и не мог классифицировать. По его логике, книги и этой занудной лекции должно было хватить, чтобы отвадить мисс Грейнджер от него на веки вечные.
Все шло не так. Нарушались все логические связи. Сценарий не складывался. «Наверняка, влияние Рождества,- подумал профессор.- В эти дни всегда происходит что-то волшебное и непредсказуемое».
И оно произошло.
Когда студентка и профессор остановились под большим дубом, росшим аккурат на берегу озера в котором жил огромный кальмар, на ветке дерева прямо над героями из ниоткуда возникла и распустила свои цветочки –омела.
Гермиона рассмеялась и произнесла:
-Вам некуда деваться, профессор, традиции нарушать нельзя!
После чего взяла зельевара ладошками за щеки, притянула к себе и поцеловала в твердые пахнущие кофе губы.
А профессор обнял студентку, притянул к себе, укутал своей мантией и ответил на поцелуй.
«Удачно, что травологию я в свое время учил ничуть не с меньшим усердием, чем зелья,- подумал Снегг.- Омела вышла просто замечательная. Надо будет в замке еще повторить». И он отвлекся на поцелуй.

Пожалуйста ,если берете-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал.Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

15:13 

ГГ/СС "Где застать Гермиону Грейнджер".Продолжение. Фанфик по ГП.

Кто бы мог подумать что я способна рассмешить профессора зельеварения, но вот мы сидим в «Трех метлах», я пью сливочное пиво, он - огденский виски, я замечаю, что говорю вот уже 30 минут без перерыва и не могу остановиться ,а он сидит, смотрит на меня внимательными черными глазами и даже не думает прерывать. Лишь изредка подбрасывает емкие реплики от которых я фыркаю свой бокал. Его губы кривятся в улыбке, и я вдруг замираю не в силах отвести от них взгляд. Он замокает, замирает на мгновение, затем встает, берет меня за руку и мы выходим на воздух.
В голове светлеет, но лишь на мгновение - до тех пор, пока он, завернув за угол, не впивается мне в губы требовательным поцелуем, притягивая всё ближе к себе.
Ах, как мне хочется, чтобы учеба уже закончилась и я перестала быть его ученицей. До этого момента мне даже надеяться не стоит на что-то большее, чем сладкий и тягучий поцелуй вдали от любопытных глаз.
Хотя в том что я его ученица есть и неоспоримые преимущества. Мне нравится заставлять его ревновать. Вчера на уроке зельеварения я очень старательно помогала Невилу, тот, глупый, искренне радовался и добродушно благодарил за помощь. Даже обнял от избытка чувств. Профессора, наблюдающего за моими действиями из - под тишка - перекосило. Он резко отвернулся и вышел, сказав что-то о забытом ингредиенте. Секундой позже из кладовой раздался оглушительный грохот. Повезло Невилу, уверена, профессор мечтал разбить это «что-то» о его голову. Да, ничуть я не хорошая.
Вообще, профессор мне очень нравится, и - это же он обещал меня добиваться. Пока что всё - наоборот. Он весь из себя такой добродетельный и неприступный, а я провоцирую его, на чем свет стоит.
Я усмехнулась. Стоит только вспомнить мою новую форму одежды. Конечно, внешне все прилично - мантия ни на дюйм не короче разрешенного предела, но под ней: декольте-раз, юбка, укороти я которую еще на 10 сантиметров, превратится в широкий пояс-два, чулки - три. Ну, держитесь, профессор! А нечего было обнадеживать бедную плачущую девушку. Невинные создания они такие - абсолютно безжалостны. А если это еще и отличница- пиши пропало. Вы забыли профессор, что я привыкла добиваться всего упорным трудом? Ну так не жалуйтесь!
Гермиона оглядела себя в зеркале и осталась довольна - профессору Макгонагл не к чему будет придраться - темная длинная мантия, волосы убраны в аккуратный низкий пучок. Образцовая ученица. Вперед - на зелья.
Зашла, Снегг не повернул головы. Ну держатель, профессор. Устроилась на своем обычном месте перед учительским столом. Не посмотрел. Куда вы денетесь, профессор! Постепенно класс заполнился. Начался урок.
-Сегодня мы будем готовить оборотное зелье.- Профессор наконец то оторвался от изучения якобы интересных бумаг, разложенных на столе. Ничего особенного - я подсмотрела- стандартные свитки, школьный уровень. В нормальной ситуации они не привлекли бы внимание мастера зелий и на 5 минут, сегодня он делал вид что не может от них оторваться все те 20 минут, что мы провели в классе до начала урока - вместе.
-Кто назовет основные ингредиенты?- Снегг обвел взором класс. Ученики затравлено притихли. Я подняла руку. Мантия распахнулась. Я успела заметить, как потрясенно блеснули глаза Снегга, прежде чем он, справившись с собой, натянул на лицо маску невозмутимости.
-Да. Мисс Грейнджер.- Ух, сколько обещания в тоне и во взглядах. Так просто мне не отделаться. «Очень надеюсь, профессор». Я закусила губу, его губы рефлекторно дернулись, повторяя мою гримасу.
Я начала уверенно перечислять: - Основными ингредиентами оборотного зелья являются крылья златоглазок, цветок асфоделя, кровь дракона и,- чуть запнувшись, вспомнив свой первый набег на кабинет профессора,- шкура бумсланга,- добавила я.
По усмешке, пробежавшей по губам зельевара, я поняла, что он отлично понял причину моей заминки при ответе. Понял, но не рассердился. Это было ясно по тому, как дернулись в едва заметной улыбке его губы, прежде чем он ответил:
- Хорошо, мисс Грейнджер, но не отлично. Задержитесь после урока, ответите на дополнительные вопросы.
Гарри и Рон с сочувствием посмотрели на меня. Невилл шепотом предложил подождать меня в коридоре. Увидев недобрую вспышку в глазах зельевара и опасаясь за здоровье бедного Долгопупса, я как можно увереннее ответила, что не стоит беспокоиться, увидимся за ужином.
Едва за последним учеником захлопнулась дверь, меня к стене прижали крепкие руки. Не только руки, если быть точной. Я стояла, буквально распластанная по стене его телом, а он, с жаром терзая мои губы своими, шептал:- Что ты творишь?!
Я подняла руки и обняла Снегга за плечи. Мантия соскользнула, предоставляя профессору возможность лицезреть мои усилия во всей красе. Он задохнулся, отступил на шаг, стряхнув с себя мои руки: -С ума сошла?
Я смотрела на него, закусив губу, в глазах закипали слезы.- И ты туда же, да? Я тебе не нравлюсь?- почему-то захотелось умереть.
-Дурочка,- он вернулся, подошел, нежно укутал в мантию, погладил по щеке.- Ты мне слишком нравишься.
Я с надеждой улыбнулась, но он добавил:
-Поэтому мы подождем до окончания твоей учебы, а потом,- он лукаво усмехнулся,- никуда ты от меня не денешься. Даже не мечтай!
И я вдруг поверила, что это не сказка. И я правда нравлюсь, очень нравлюсь профессору зельеварения. Кто бы мог подумать?
Снегг поднял мое лицо за подбородок, нежно поцеловал в губы: - Пожалуйста ,не одевайся больше так, а то я кого-нибудь убью.- Он усмехнулся.- Придется начать с Долгопупса, он явно к тебе неравнодушен.
-Прости,- я покаянно улыбнулась,- это была попытка заставить тебя ревновать.
-И тебе удалось.- Он усмехнулся.- Везунчик Невилл, задержи он руки на твоих плечах на 10 секунд дольше, и быть бы ему жабой.
О, он любит жаб,- машинально отозвалась я, рассматривая губы профессора и уже потеряв нить беседы.
Профессор тоже отвлекся. Мантия вновь соскользнула с плеч, открыв взору зельевара и декольте, едва удерживающее грудь, и ноги, лишь чуть прикрытые юбкой, зато в милых ажурных чулках. Профессор закрыл глаза и застонал:- Ты выглядишь как ожившая мечта старого извращенца.
-Что за намеки, профессор?- Я игриво прикусила губу, Снегг отступил и без слов рухнул на стул. Я подошла и устроилась у него на коленях. Он с обреченным вздохом меня обнял, уткнувшись носом в родинку на груди.
-Невозможная женщина и куда только смотрят твои Уизли и Поттер?
-Радуйтесь, профессор, что они смотрят не в одном с вами направлении.- Я чмокнула его в подбородок. Он прикрыл глаза, явно наслаждаясь минутой.- А то не избежать бы вам дуэли. –Я вздохнула:- Вы бы их всех убили. Вас посадили бы в Азкабан. А я носила бы вам яблоки…. Но это еще что…
Профессор задрал бровь, слушая мою ересь ,и я припечатала:- Еще там свидания - раз в полгода на три дня.
-Три дня?- профессор задумался,- звучит заманчиво.
-Тьфу,- я фыркнула,- с вами совершенно невозможно разговаривать!
-Кто бы говорил,- парировал зельевар.- Является вся такая прелестная, как лесная нимфа, а я еще и урок должен вести, вбивая знания в дремучие подростковые головы.
-Ну прости, я больше не буду,- я собиралась встать с коленей профессора.
-Я тебе не буду, только попробуй,- профессор крепче прижал меня к себе, устраивая поудобнее.
Так мы и сидели, наслаждаясь теплом друг друга.
-Пора на ужин,- с сожалением напомнила я. – Если я не приду, они решат что ты превратил меня в летучую мышь и явятся мстить.
Снегг усмехнулся,- ну, они не так уж и не правы.- Его глаза весело сверкнули.- Я знаю свое прозвище.
Я покаянно подняла руки:- виновата, каюсь. Но это было до того, как я узнала тебя ближе.
Снегг разглядывал меня с ехидным сочувствием: - Это ничего не меняет. Прозвище прилипло намертво. А если ты станешь миссис Снегг, то будешь, извини, леди Летучая мышь.
Я прыснула:- Поделом мне, не придумывай другому прозвище, неизвестно как он о тебе отскочит. Но,- я положила руки на плечи профессору и принялась целовать его прикрытые веки, нос, лоб, виски, отчего он жмурился как кот. Я продолжила: -я не против. Леди Летучая мышь - звучит загадочно. Не находишь?
Снегг захохотал, обнял меня, приподнял и аккуратно поставил на ноги.- пойдем на ужин, мышка, не хочу чтобы ты отощала, твои милые,- он усмехнулся,- округлости нуждаются в хорошее порции рагу из кролика.
Он выпустил меня за дверь и собирался выйти сам, как я узрела непредвиденное осложнение. На меня с самым потрясенным видом смотрел Невилл: -Я слышал смех.
Его глаза были круглыми и очень испуганными. Я наморщила нос:
-Извини, Невилл. Пертификус Тоталус.
Долгопупс рухнул к моим ногам.
-Это ради твоего же блага, пообещала я, глядя в испуганные глаза, после чего обернулась и позвала: -Профессор ,у нас проблема.
Вышел Снегг, обозрел открывшуюся картину, буднично спросил:- Ну что - в жабу?
Глаза Невила стали еще больше. Я постаралась скрыть улыбку: - А нечего было подслушивать.
-Думаю, Обливиэйт будет более чем достаточно.
-Как скажешь, прелесть моя,- профессор обернулся к Долгопупсу и произнес: -Обливиэйт, - а потом посмотрел на меня и сказал:
-Мисс, а вы, оказывается, отъявленная ведьма.
-От такого слышу,- пропела я, улыбаясь комплементу, и занялась Невилом.
Долгопупс решил что запнулся, выходя из кабинета, я об этом ему удачно напомнила, помогая подняться. Мы с профессором явились в зал по отдельности. Но мне казалось что между нами настолько явно поблескивает напряжение, что только удивлялась ,почему другие ничего не замечают. Когда я потом спросила об этом Северуса, он успокоил меня, сказав, что люди вообще чаще всего видят только то, что интересует их. При этом он горячо целовал мои веки, шею, губы, и с ожиданием заглядывая в глаза. Я вижу что происходит между нами, он это видит. Этого-достаточно.

Пожалуйста, если берете себе-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

15:10 

ГГ/ДМ, СС "Преследование". Фанфик по ГП.

Наверное Малфою только в страшном сне могло привидеться, что он спасает Гермиону Грейнджер. К тому же - от посягательств родного крестного. Но именно это сейчас и происходило.
Придя посидеть в библиотеку, чтобы наконец-то отдохнуть от навязчивого внимания Пэнси Паркинсон, проходя мимо стеллажей запретной секции и направляясь к своему любимому дальнему столу у окна, выходящего на Северную башню, слизеринец услышал сдавленный писк. А может, это прошуршали страницы резко закрытой книги? Он так и не смог потом объяснить себе, что заставило его свернуть не доходя до любимого и уютного кресла, и направиться в темный проход между стеллажами редких ядов. Завернув, совершенно на интуиции, влево, он увидел спину профессора Снегга. Уже решив благоразумно молча и тихо как мышь удалиться, он увидел два наполненных ужасом шоколадных глаза, выглядывающих из-за края профессорской мантии. Малфой споткнулся. Он даже не сразу вспомнил, кому принадлежат эти шоколадные глаза, просто в них была такая мольба что он не смог уйти.
-Добрый вечер, профессор, я искал вас, чтобы…- Малфой на ходу пытался придумать причину по которой он якобы искал мастера зелий, но ничего не приходило в голову. Зельевар вздрогнул и отодвинулся от стеллажа, оттолкнувшись руками.
«Так вот в чем дело,- подумал Драко,- Грейнджер не могла сбежать, он перекрыл ей возможность уйти».
Как только Снегг опустил руки, из-за его плеча выскользнула Гермиона и, посмотрев на Малфоя совершенно невообразимым благодарным взглядом, ускользнула из отдела ядов.
Снегг молча обернулся и уставился на крестника задрав бровь.
Малфой чуть не ляпнул: -Вы с ума сошли, что это было?- Но благоразумно прикусил язык. Пожить то еще хотелось.
Но, похоже, Зельевар понял его без слов, по одному взгляду, потому что в голове вдруг возник яростный ответ: -Не твое дело, щенок!
Снегг резко повернулся, взметнулись полы мантии, и он прошел мимо. Малфой дрожащей рукой вытер пот со лба. «Повезло. Мог и заавадить. Бог мой, куда я влез, зачем?»- Малфой всерьез задумался, а не закончить ли обучение экстерном, отправляя контрольные из особняка Малфой Мэнор, у которого, несмотря на Волан-де-Морта, было одно неоспоримое преимущество- вероятность встретить Снегга в его библиотеке была ничтожно мала.
Малфой подумал и решил, что при сложившихся обстоятельствах внимание Пенсии Паркинсон выглядит такой мелочью в сравнении с гневом декана, прерванного на…- тут мозг Малфоя отказывался продолжать и уходил в ступор. В общем, на фоне милого библиотечного приключения, что огреб на свой хребет слизеринский хорек этим вечером, Паркинсон представлялась даже занятной и обещающей удовольствие перспективой. Поэтому Малфой в темпе покинул библиотеку и вернулся в подземелья.
Грейнджер бежала со всех ног в гостиную Гриффиндора, пытаясь сделать так чтобы руки перестали трястись. Ничего не помогало, но что-то нужно было сделать, иначе Гарри и Рон сразу поймут, что что-то не в порядке. Она истерически хохотнула и тут же испуганно зажала себе рот ладонью. Да уж, не в порядке. И это мягко сказано. И что теперь делать? Грейнджер совершенно не представляла, как вести себя после всего этого, как ходить на уроки ,сидеть за столом гриффиндора во время обеда- тот был как раз расположен напротив преподавательского стола.
Вдруг Гермиону накрыла волна ярости. Она ни в чем не виновата, это все - он. Тогда почему она чувствует такую тревогу? Ярость сменилась паникой. А вдруг это повторится? Вдруг Снегг опять поймаете в библиотеке? Гермиона вздохнула и решила что придется отказаться от занятий там в одиночестве и в вечернее время.
«И ведь не расскажешь никому,- с тоской подумала Грейнджер.- Дамблдор ему полностью доверяет, а Макгонагл решит что это «она его не правильно поняла».
Ага, неправильно. Когда профессор заловил ее у стеллажей с ядами, она почувствовала себя бандерлогом перед Каа. От одного тихого шепота прямо над левым ухом: «Кого собираетесь отравить, мисс Грейнджер?» по позвоночнику пробрал мороз, а когда она обернулась, собираясь вежливо ответить, что профессор сам, собственной персоной, сегодня задал ей эссе на 50 дюймов, Зельевар качнулся вперед ,положив руки на стеллаж справа и слева от ее плеч, отрезав ей пути к отступлению.
Гермиона ничего не сказала, кажется, она просто забыла, как дышать. Волнами накатывал ужас, а профессор медленно наклонялся к ее лицу, и тут она увидела ошеломленные светло-серые глаза под белобрысой челкой.
-Помоги!«- мысленно взмолилась Гермиона, понимая, что это бесполезно, слизеринский принц никогда не поможет грязнокровке.
Но Малфой вдруг заговорил, обратившись к профессору, тот отвлекся и Грейнджер спешно бежала, не чуя ног от счастья.
На ужин она не пошла. Просто боялась, что при виде профессора ей откажет ноги, и она постыдно рухнет в обморок. Но утром предстоял сдвоенный урок зельеварения и деваться было некуда.
Одевшись как можно скромнее и неприметнее, Гермиона пошла на урок, стараясь ни на шаг не отставать от Гарри и Рона, весело болтавших о квиддиче всю дорогу до подземелий.
Подойдя к двери, Грейнджер прижала к груди книги как щит, вдохнула и собралась зайти в класс, когда ощутила на себе внимательный взгляд. Покосившись на стайку слизеринцев, она увидела внимательные серые глаза. Они как будто спрашивали: -Ты как? Она едва качнула головой: - В ужасе. –Я рядом,- пришел ответ.
Конечно, это могло быть лишь плодом ее воображения, и возможно Малфой просто в задумчивости взирал в пространство, но Гермионе стало легче, настолько, что она смогла без трепета открыть дверь и дойти до своего стола в кабинете профессора зельеварения.
Драко внимательно наблюдал за Снеггом в течение всего урока. Ничего. Ему даже пришло в голову, а не разыгралось ли вчера у него воображение. Может он что-то не так понял и профессор просто доставал какую-то книгу в отделе редких ядов, а Грейнджер случайно попалась ему под руку? Он уже почти убедил себя в этом, когда заметил как легким взмахом руки Зельевар добавил что-то в котел Грейнджер, когда она отвернулась чтобы помочь Долгопупсу. «О себе бы лучше побеспокоилась!»- с досадой подумал Малфой.
В этот момент зелье Грейнджер резко вскипело, перелилось через край и прожгло дыру в покрытии пола. Гриффиндорка смотрела на котел в немом ужасе. Снегг - на нее с явным удовольствием и скрытым удовлетворением.
Малфой тяжело вздохнул, взял корень асфоделя и зашвырнул в свой котел. Тот взорвался, облив его и соседей по столу. Снегг с перекошенным от ярости лицом обернулся к нему. Малфой встретил взгляд черных глаз как можно спокойнее, хотя внутри все мелко тряслось. Но оставлять Грейнджер наедине с профессором было нельзя. А зельевар именно этого и добивался, оставив гриффиндорку прибираться в классе после урока. Теперь ему придется оставить и Малфоя тоже.
Как бы плохо ни было Драко под многообещающим мрачным взглядом Снегга, его очень поддерживало то, что Грейнджер смотрела на него с немой благодарностью. С такой поддержкой можно было выдержать что угодно.
Угу. Как же - «еще и не такое». Снегг оставил их на отработку, и пока Грейнджер тряпкой собирала свое ядовитое варево, профессор, прихватив Малфоя за грудки, уволок его в кладовую.
-Ты что творишь?- голос зельевара походил на шипение змеи.
-А Вы?! - Драко смотрел прямо и как мог холодно, в точности копируя Малфой - старшего. Снегг выдохнул сквозь зубы: -Сейчас ты выйдешь отсюда и пойдешь на ужин, ясно?
-Нет.- Малфой сжал губы, очень хотелось ответить «Да».- Я пойду только с Грейнджер.
-Какое тебе дело до грязнокровки? - Снегг смерил его презрительным взглядом.
-А вам?- Малфою было страшно, казалось, профессор сдерживается из последних сил.
«Скорее уже, Грейнджер,- мысленно взмолился слизеринец, - заканчивай со своей уборкой и канаем отсюда».
«Уже», - пришел ответ.
В глазах Снегга что-то промелькнуло, и тут открылась дверь кладовой. В проеме стояла Грейнджер, на щеках ярко горели пятна румянца:
-Сэр, всё чисто, мы можем идти?- спросила гриффиндорка, особо упирая на «мы».
-Идите,- резко взмахнул рукой Снегг. При этом пристально посмотрел Гермионе в глаза, и она прочла в них обещание:
-До встречи в библиотеке.
«Ну уж нет, профессор,- подумала Гермиона, поворачивая к выходу.- Не дождетесь».
«Куда ты от меня денешься», - пришел ответ.
Грейнджер стало плохо. Малфой ухватил ее за локоть одной рукой, другой прихватил их сумки и вывел ее из подземелий.
-Спасибо, Малфой,- едва слышно успела прошептать Гермиона, когда к ним с озверевшими лицами подлетели Гарри и Рон.
-Что ты с ней сделал? - заорал Уизли.
Малфой поморщился:- Завянь, рыжий. Ваша мисс бурундук просто надышалась ядовитых испарений. Так что советую минимум неделю не спускать с нее глаз, и никуда не отпускать ее одну. Ясно?- Он обвел их светлым взором, задержал взгляд на Грейнджер, отдал Поттеру сумку, развернулся и ушел. Гермиона в изнеможении прислонилась к стене и закрыла глаза. Друзья тут же переключились на нее:
-Геми, ты и правда бледная. (Гарри)
-Тебе поесть надо. (Рон)
Грейнджер представила как она будет обедать под пристальным взглядом декана Слизерина и решила что лучше перейдет на печенье и воду, чем появится в большом зале еще хотя бы раз. На ужин она тоже не пошла.
Снегг прождал в библиотеке до полуночи, не веря, что Грейнджер смогла преодолеть искушение и не явилась за своими любимыми книгами.
В гостиной Слизерина, отделавшись от Паркинсон, Малфой - младший размышлял над проблемой. Ее нужно было как-то решать, но он видел лишь один выход и при мысли о нем ему становилось и жарко, и холодно одновременно.
На завтрак Гермиона не пошла, благо Добби согласился приносить все, что ей может понадобиться, с кухни прямо в гостиную гриффиндора.
Занималась она теперь здесь же, попросив разрешения мадам Пинс брать книги с помощью Акцио. Ирма Пинс не возражала, Грейнджер была образцовой студенткой. Кроме того, мадам на уровне интуиции чувствовала в ней родственную душу - любителя книг.
Так что, в общем, Гермиона устроилась совсем неплохо. Пугали только уроки зельеварения. Она же не знала, сможет и, главное, пожелает ли Малфой защищать ее и дальше, или - одумается и не будет портить отношения с крестным.
Итак, Грейнджер ходила на уроки под конвоем Гарри и Рона, занималась под присмотром Малфоя, не появлялась в большом зале и библиотеке и чувствовала себя почти в безопасности. Но…
Всегда есть какое-нибудь «но». В конце-концов Снегг 20 лет был шпионом Волан-де-Морта и неплохо разбирался в характерах людей.
Он отлично понимал, что подловить Грейнджер можно на чувстве сострадания и заботы, и когда к Гермионе прибежал взволнованный Колин Квири и сообщил, что Невилл Долгопупс в подземельях истекает кровью, а он никак не может найти мадам Помфри, Грейнджер рванула на помощь, даже не задумавшись, а почему Колин бежал через весь замок, а не обратился к первому попавшемуся преподавателю?
Невила она нашла действительно в коридоре подземелий. Вокруг никого не было. Она подлечила его раны, но ей не нравилась его бледность. Грейнджер затащила его в первый попавшийся класс, устроила его голову у себя на коленях и, уговаривая его открыть глаза, принялась вспоминать оживляющее заклинание.
Тут Невил открыл черные, совершенно не свои мрачные глаза и улыбнулся. Гермиона едва не закричала. Она попыталась встать, столкнув его голову со своих колен, но он не дал ей сделать этого, ухватив на руки. Миг, и на коленях Грейнджер лежал Снегг.
-Попалась! - прозвучал довольный голос.
-Малфой!- ни о чем не думая, истерически заорала Грейнджер.
Глаза Снегга потемнели. Он тоже услышал ментальный вопль, но даже не успел встать.
Через 15 секунд дверь класса отлетела в сторону, едва не снесенная с петель. В проеме, босиком, взъерошенный, и с палочкой в руке возник Драко.
Гермиона вдруг успокоилась, смогла встать, выдернуть свои ладони из пальцев Снегга, дойти до Драко и зайти ему за спину. Всё. Она в безопасности.
Мужчины, тяжело дыша, смотрели друг на друга. И тут Малфои заговорил:
-Еще раз прикоснешься, или просто посмотришь - убью.
Снегг задрал бровь:- На каком основании?
Малфой сжал губы, будто боролся сам с собой: - Я на ней женюсь!
Гермиона за спиной Малфоя ахнула и прижала ладонь к губам, чтобы заглушить звук.
В глазах Снегга на мгновение мелькнуло удивление, смешанное с уважением. Потом он закинул руки за голову, удобно устроился на полу, скрестил ноги и сказал, кривя губы в ядовитой ухмылке:
-Если твои родители просто услышат о твоих планах на грязнокровку, они отрекутся от тебя. Так же как и весь факультет Слизерина, поэтому,- Снегг говорил лениво, растягивая слова,- ты сейчас повернешься и выйдешь отсюда, оставив мисс заучку мне. И я ничего не скажу Малфою - старшему.
Драко судорожно вздохнул, прикрыл глаза, палочка в его руке едва заметно дрожала. Гермиона из-за плеча Малфоя увидела огонек торжества, зажегшийся в глаза Снегга. Ей показалось, что она умирает, и тут Драко заговорил:
-Я не убью тебя на месте только потому, что ты мой крестный. Но видит Бог, мне не жалко было бы даже отсидеть за тебя в Азкабане.
Снегг перестал ухмыляться и теперь просто хмуро смотрел на слизеринца, не пытаясь встать и даже не рискуя двигать рукой.
Малфой продолжил:
-Я женюсь на Грейнджер даже при угрозе лишения наследства.- Он усмехнулся.- Тем более я переживу ненависть моих однокурсников.
-Зачем?- Снегг спрашивал с мрачной заинтересованностью.- Понимаю если бы ты хотел с ней поразвлечься, она миленькая и совершенно невинная, что абсолютно ясно.- Снегг облизнул губы. Грейнджер перекосило. Плечи Малфоя едва заметно задрожали.
-Тебе не понять.
-А, решил поиграть в героя? - Снегг ухмыльнулся.- Стать вторым Гарри Поттером - спасителем грязнокровок?
-Заткнись!- Малфой шагнул вперед и ударил зельевара под ребра ногой.
Тот задохнулся, повернулся на бок, обхватив руками печень и закудахтал, захлебываясь:
-Я могу перестать произносить это слово. Но это ничего не изменит. Она останется грязнокровкой. От тебя отвернутся родители. Но,- и он захохотал злобно,- в Поттера ты не превратишься. Тебя не будут любить как его. Тебя не за что любить.
Слова достигли цели. Плечи Малфоя поникли. Вдруг на его спину легла теплая ладонь, а ясный громкий голос произнес:
-Не правда! Он добрый, самоотверженный, заботливый, сострадательный. Его очень легко любить.
Гермиона вышла из-за спины Малфоя, взяла Драко за руку, и, сжав его ладонь, добавила: -Только вам - не понять.
Малфой улыбнулся, неуверенно глядя на Грейнджер. Она улыбнулась в ответ, а потом качнулась к нему и легко поцеловала в сомкнутые губы.
-О, пошли розовые сопли,- с отвращением проговори Снегг и встал.
Малфой, не опуская палочку, смотрел на него.
-Расслабься, Драко, делай что хочешь, нужна мне твоя мисс. Других мало, что-ли? Школа большая,- проворчал зельевар, направляясь к выходу. У двери остановился, повернулся, посмотрел на Малфоя и сказал:
-Но чти. Если ты передумаешь и не женишься - не вмешивайся больше. Это уже будет не твое, а мое дело, ясно?- И хищно посмотрев на Грейнджер, Снегг вышел.
Гермиона, захлебываясь, вдохнула. Малфой притянул ее к себе и обнял, уткнувшись носом в висок.- Все будет хорошо. Я рядом, - шептал он и гладил ее по спине.- Пошли.
-Куда?
-К Дамблдору.
-И что мы ему скажем? Он нам не поверит. Снегг шпионит для него столько лет.
-Мы не будем ничего рассказывать. Мы попросим нас поженить.
-Драко,- Грейнджер остановилась.- Так неправильно.
Малфой утомленно взглянул на нее:
-А что правильно? Позволить Снеггу подловить тебя в темном коридоре? Пошли.
-Нет,- Гермиона попуталась вытащить свою ладонь из крепкой руки Драко.- Так не должно быть. Жениться надо только если любишь человека, если не можешь без него жить.
Малфой вопросительно взглянул на Грейнджер:
-Ну так мне казалось, кто-то в том классе сказал, что меня очень легко любить?
-Да,- Гермиона потупилась, - но ты…
-Что я?- Малфой притянул Грейнджер к себе за руку, а второй ладонью поднял подбородок и заставил посмотреть себе в глаза.- Ты думаешь, что я к тебе равнодушен и делаю все это из сострадания?
-Гермиона, зажмурившись, кивнула.
-Заруби себе на носу, Грейнджер,- твердым тоном отрезал Драко,- Малфои не склонны к состраданию. Если я помогал тебе, то только потому что,- он запнулся,- испытываю к тебе чувства.
Гермиона смотрела на него очень внимательно, завороженная его словами.
Малфой вздохнул, обнял гриффиндорку с сжал изо всех сил в объятиях.- Если бы я тебя не любил, как бы я слышал, о чем ты думаешь? Дрочка вы, ваше сиятельство,- сказал Драко Малфой и поцеловал Гермиону Грейнджер. А она обняла его за шею и ответила.
А Снегг стоял за поворотом коридора и вычеркивал Малфоя и Грейнджер из списка. «Ну и дурацкое задание дал мне Дамблдор,- сердито думал профессор,- уж кем я только ни был - и преподавателем, и Пожирателем смерти, и зельеваром, и шпионом, но купидоном -никогда!»
«Старый сводник!»- подумал он, подняв глаза к потолку.
«Летучая мышь!- пришел немедленный ответ.- И ты поаккуратнее со студентами, чуть Грейнджер до истощения не довел».
«А не твое дело, как умею, так и работаю. Все-таки я шпион и привык идти к цели максимально эффективным и коротким путем».
«Да, это ты сильно… Заставить Малфоя не только признаться себе, что он влюблен в Грейнджер, но и довести дело до свадьбы за неделю… Ты крут, Северус. Горжусь. Кто там следующие в списке?»
Снегг поморщился: «Долгопупс и Лавгуд».
«Что будешь делать?»
«Думаю, все просто. Взорву котел Долгопупса и напущу на него мозгошмыгов. Пусть Лавгуд его лечит».
«Интересный ход,- раздалось задумчиво. - Мне бы твою фантазию и я был бы властителем мира».
«Не прибедняйтесь,- отмахнулся Снегг,- возможности у вас были. Вам просто нравится быть директором Хогвартса и, - мстительно добавил он,- заниматься сводничеством!»
В ответ раздался веселый хмык.


Пожалуйста ,если берете себе-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

15:08 

ГГ/ДМ "Подготовка к Рождественскому балу". Фанфик по ГП.

Гермиона сидела, сжав ладонями виски. На нее волнами накатывала паника, нужно было так много успеть сделать и в такие сжатые сроки: Снегг требует подготовить восемь свитков по основным направлениям развития современного зельеварения, Дамблдор поручил ей подготовку к ежегодному рождественскому балу, постоянно заглядывает Хагрид с вопросами о своих новых милых и безобидных приобретениях.
-О! - Гермиона резко потерла ладонями лицо.
-Что, Грейнджер, мозги жмут?- на нее ухмыляясь, смотрел Малфой.
Гермиона уставилась в ответ, пытаясь придумать как бы уязвить Малфоя, чтоб он заткнулся и отстал от нее, но ничего в голову не приходило, тогда она зашипела как рассерженная кошка и отвернулась.
-Плохо дело,- спокойно заметил слизеринец.- Если у гриффиндорской всезнайки не осталось слов для ответа, значит завтра выпадет снег. Или, наоборот, шарахнет жара +30. Ты что предпочитаешь, а ,Грейнджер?- Малфой не отходил от стола и разглядывал Гермиону сверху вниз.
-Малфой, иди куда шел,- раздраженно отозвалась Гермиона.
-Малфой вздохнул, отодвинул стул и уселся напротив. Грейнджер разглядывала его с изумлением.
-К тебе я шел,- пояснил Малфой,- так что не фыркай. Ты сама разрешила мне присесть.
-Когда это?- изумилась Грейнджер.
-Только что, когда сказала 2Иди куда шел».- Малфоя явно веселило растерянное выражение лица Гермионы.
-Расслабься, Грейнджер, я по делу.- Малфой поизучал недоверчиво вздернутые брови гриффиндорки и добавил:- Меня послал Дамблдор.
Гермиона не особенно поверила словам хорька. Но и врать ему вроде бы было незачем. Но чтобы Дамблдор отправил Малфоя к ней с каким-то поручением, это было… это было из разряда фантастики. Хотя, не ведьме удивляться всему необыкновенному.
-Итак, Малфой,- Гермиона подобралась и села прямо.- Что ты должен мне передать?
-Не передать,- поправил Малфой,- помочь.
-Что?!- Гермиона чуть не упала со стула.- Ты - помочь мне?
-Что-то в этом роде.- Малфой сцепил руки в замок и уставился на переплетенные пальцы.- Я должен помочь тебе в организации рождественского бала.
-Тссс,- Гермиона медленно выдохнула, с шипением выпустив из себя воздух.- Какого Мерлина! О чем Дамблдор вообще думал?! На кой ты мне сдался?
-Грейнджер, прекрати истерику.- Малфой смотрел уже не иронично, а серьезно и раздраженно.- Естественно тебе нужна моя помощь.
И, прежде чем Гермиона успела возразить, он продолжил:
-Что ты знаешь об организации мероприятий такого масштаба?
И до того, как Гермиона скажет хоть слово .Малфой начал перечислять:
-Оформление зала-раз. Обеспечение музыкального сопровождения - два. Официанты - три. Организация обеда - четыре. И заметь,- добавил он, увидев, что она собирается возразить,- это тебе не домашняя вечеринка на 15 гостей. Здесь ты должна обеспечить приятное времяпрепровождение для тысячи учеников. И учесть малейшие нюансы.
Гермиона с ужасом смотрела на Малфоя. Она, конечно, понимала, что организация такого мероприятия дело ответственное, но до того как Малфой начал говорить, даже не подозревала насколько это сложно - организовать такой вечер.
Малфой вздохнул: -Расслабься, Грейнджер, все будет хорошо. И не смотри на меня с таким ужасом. Я ничего страшного не сказал.
-Но как мы все это подготовим?! - Гермиона прижала ладони к щекам.- Я не смогу. Я не справлюсь. Я подведу Дамблдора.
-Грейнджер, выдыхай.- Малфой взял гриффиндорку за руку.- Для этого у тебя есть я. Мы все решим.
Гермиона смотрела на Малфоя, и не могла понять что происходит. «Мир сошел с ума? Драко Малфой собирается помогать ненавистной зазнайке, и только что произнес слова: «У тебя есть я»?» Гермиона сглотнула.
-Малфой, что с тобой?- шепотом спросила она слизеринца.
-А что со мной?- Малфой мягко улыбнулся и закусил губу.
-Ты взял за руку грязнокровку, а сейчас обещаешь свою помощь гриффиндорской заучке,- конспиративным шепотом ответила Грейнджер.
Малфой тяжело вздохнул:
-Как же с тобой трудно, Грейнджер. Пикируешься с тобой – ты обижаешься. Не замечаешь-фыркаешь. Предлагаешь помощь - начинаешь подозревать в злом умысле.- Слизеринец наклонился через стол и впился взглядом в смутившуюся гриффиндорку.- Как мне себя с тобой вести?
Гермиона почувствовала что ее затягивает его взгляд, как омут. Она откинулась на спинку стула и выдернула свои ладони из его сильных пальцев. «И когда он успел взять меня за руки? Я даже не заметила»- смятенно подумала Грейнджер.
Малфой насмешливо фыркнул.- понял, возвращаемся к привычной модели поведения. Зазнайка, ты платье – то себе подготовила? А то придется потом из занавесок шить, все приличное разберут. Хотя,- Малфой окинул Гермиону взглядом,- тебя как ни наряжай, всё одно…
Гриффиндорка так резко вскочила, что стул позади нее с грохотом рухнул на пол. Мадам Пинс вскинула голову и раздраженно зашипела, что здесь библиотека, а не овощной магазин. Хотите выяснять отношения - идите не улицу.
-А это идея.- Малфой встал, быстро поднял опрокинутый стул, схватил Грейнджер за руку и потащил из библиотеки.- Спасибо мадам Пинс за отличный совет.
Всё так же, волоча за собой Грейнджер как законную добычу, Малфой спустился по главной лестнице и через парадные двери повел Гермиону в сторону Черного озера. «Утопить он меня решил, что ли?»- мелькнуло у Гермионы.
-Малфой, стой!- Грейнджер уже задыхалась от быстрого бега. Но вырвать свою руку из его цепкой ладони не могла - слишком крепко он ее держал, ведя за собой.
Слизеринец огляделся, они уже дошли до берега озера, здесь часто уединялись парочки, чтобы пообщаться без проблем. Почти у воды, под старым дубом стояла деревянная скамья, а чуть дальше лежал ствол поваленного дерева.
-Тут подойдет.- Малфой обернулся и выпустил руку Грейнджер, но лишь затем, чтобы подтолкнуть ее к скамье.- Сядь, пожалуйста.
Только что Гермиона собиралась сбежать, предварительно заколдовав хорька каким-нибудь особо противным обезображивающим заклятием. Но это его «пожалуйста» заставило ее молча устроиться на скамье. Она уставилась на Малфоя в ожидании, а тот, растерянно потирая подбородок, начал ходить туда-сюда.
-Грейнджер, я не хотел тебя обидеть.- Он остановился и присел на корточки у ее ног.- Вообще- то я так хитро сделал тебе комплемент. В смысле, во что ни наряди, ты будешь прекрасна.
Глаза у Гермиону расширились.- Я буду что?
-Прекрасна ты будешь,- раздраженно отозвался Малфой. Таким тоном говорить: «у вас язва открылась», но уж точно не комплементы делать.
Малфой поднялся и сел слева от Гермионы.- А про платье я сказал, потому что мне хочется, чтобы ты на балу была самой красивой.
-Зачем тебе это?- Гермиону не оставляло ощущение нереальности происходящего. У нее просто не укладывалось в голове, что они сидят и разговаривают с Малфоем нормальными голосами, а не орут и не обзывают друг друга мерзкими словами.
-Я бы хотел, чтобы ты пошла на бал - со мной.- Малфой взял Грейнджер за руку.- Я очень старался, чтобы ты обратила на меня внимание. Но, видимо, выбрал неверную тактику.
Гермиона подняла брови - обзывать «грязнокровкой» - это называется «неверная тактика»?
«Хотя,- философски задумалась она,- Снегг тоже однажды обозвал Лили этим словом, а сам вот уже 20 лет хранит ей верность».
Гермиона почти поверила, но решила все-таки уточнить:
-Малфой, это такая изощренная шутка, да? Здесь понатыканы микрофоны и ты записываешь беседу? Или под ближайшей елкой спрятались Кребб с Гойлом и сейчас вылезут и примутся издеваться?
-Нет,- Малфой крепче сжал ее ладони.- Грейнджер, ты мне нравишься, но политика факультета Слизерин не предполагает никаких чувств к гриффиндорцам. Мне это надоело. Я хочу все изменить. Бал нам в этом поможет. Я все организую, а ты пойдешь на бал в качестве моей девушки. И,- он упрямо сжал губы,- мы будем танцевать весь вечер вместе, пусть все видят.
Он вздохнул и добавил:
-И если после этого я переживу ночь, то возможно, отношения между факультетами навсегда изменятся.
Что значит «переживешь ночь»?- Гермиона вдруг поняла, что и сама крепко сжимает его ладони -своими.
Малфой усмехнулся:
-Во-первых, моему отцу все будет доложено в течение 10 минут после открытия бала; во-вторых- жаждущие крови однокурсники будут ожидать меня в гостиной Слизерина, конечно ,если я туда дойду, потому что- в-третьих- в темной коридоре меня наверняка будет поджидать Поттер со своим верным оруженосцем, чтобы отомстить за твою поруганную честь.
Гермиона выдернула ладони из пальцем Малфоя и потерла лицо.- Драко, ты что выдумал? Решил так оригинально покончить самоубийством? От твоих слов озноб пробирает.- Гермиона обхватила себя руками.
Малфой встал, снял мантию и укутал в нее Грейнджер, как маленькую.- Озноб тебя пробирает потому-то холодно от воды, а ты как всегда толком не одета.
-Я же не собиралась вести душеспасительные беседы у озера! -фыркнула Гермиона.
-Не перебивай.- Малфой поднял руку, останавливая Грейнджер.- Я не закончил. Видимо я недостаточно ясно формулирую свои мысли, или ты не такая умная, как я думал.
Гермиона опять его перебила:
- Ты считаешь что я умная?
Малфой скривил губы: -уже не уверен. Ей тут в любви признаются, а она на ерунду отвлекается.
-Ой.- Грейнджер закусила губу, села прямо и сложила руки на коленях. Точь- в- точь первокурсница перед суровым профессором. Малфой усмехнулся и продолжил:
-Грейнджер, ты мне нравишься. Я в тебя влюбился на третьем курсе. Да,- подтвердил он, увидев ее брови, приподнятые в немом вопросе,- именно после той пощечины. И я надеюсь, что я тебе тоже не вполне безразличен.
Брови Грейнджер опять поползли вверх. Малфой все поняв, покаянно заметил:
-Ну я знаю что вел себя мягко говоря глупо, но как я мог заставить тебя обратить на меня внимание, если не мог открыто проявлять симпатию?
Гермиона обдумала ситуацию. В принципе он был прав. Как слизеринец он не мог открыто симпатизировать гриффиндорке, но она бы и не заметила его, если бы он постоянно не попадался на глаза ей и Поттеру и не говорил бы гадости. Она должна была признать, что стратегия поведения была выбрана верно - для тех условий, в которых происходила реализация задачи.
Грейнджер поморщилась: «Фу, уже техническими терминами чувства пытаюсь описать, гадость какая».
И вдруг до нее дошло, что Драко Малфой ей только что в любви признался. Весьма своеобразно, надо признать, но по сути верно. Она покраснела.
Малфой улыбнулся. –Дошло? Я уж и не надеялся. Так что,- он опять ухватил ее за ладонь и развернул лицом к себе,- ты пойдешь со мной на бал?
-Да,- Гермиона прикусила губу.- Но Гарри меня убьет.
-Не убьет, я не позволю.- Малфой широко улыбнулся и встал, потянув ее за руку.- Пошли.
-Куда?
-В Хогсмит. Надо успеть на поезд до Лондона.
-Но зачем?
Малфой закатил глаза: -Я же говорил - платье!
-Я думала это шутка. Не надо в Лондон.- Гермиона неловко поежилась.- В Хогсмите есть тоже неплохие наряды.
-Слово «неплохие» не подходит к нарядам будущей миссис Малфой.
Драко тащил Гермиону в сторону Хогсмита на приличной крейсерской скорости. Гермиона запнулась и встала:
-Что ты сказал?
-А что я сказал?- Малфой остановился , поглядывая на часы и нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, как арабский тонконогий конь.
Гермиона сглотнула и едав слышно уточнила:
-Про миссис, гипотетическую ,Малфой?
Драко смотрел на нее как на маленькую:
-И что непонятного? Так, знаешь ли, бывает. Люди знакомятся, общаются, потом начинают встречаться, а затем женятся. Это закономерно - отношения переходят с уровня на уровень.
-Но мы же…- Гермиона хотела казать, что они и не знакомы-то толком, и уж точно не встречаются. Но Малфой раздраженно перебил ее:
-Грейнджер, отключи мозги уже! Ты слишком много думаешь. Расслабься. Мы знакомы 7 лет. И, заметь, много общались.
Гермиона скептически подняла брови. А Малфой невозмутимо продолжил, опять ускоряясь и таща ее за собой по тропинке к деревне:
-Ты согласилась стать моей девушкой.
-Когда это?
-Сегодня,- терпеливо, но с видом мученика ответил Малфой.- Так что у тебя еще уйма времени до рождественского бала. Ты привыкнешь. Я, знаешь ли, могу быть очень милым, когда захочу.
-А почему «до рождественского бала»? К чему такой срок?
-Потому,- спокойно ответил Малфой,- что после бала нам останется только пожениться. Конечно, если останусь жив,- жалобно добавил он.
-Да зачем жениться то?
-Чтобы закрепить эффект!
-Какой?
-Дружбы между факультетами.
Гермиона остановилась так резко, что Малфой едва не упал, но руки ее не выпустил.
- Ну что еще?
-Так это только ради дружбы факультетов?- Голос Гермионы накалился и звенел как сталь.- В этом заключается задание Дамблдора?
-Ой, Грейнджер, какая ты глупая,- Малфой подошел и обнял Гермиону, а та зарыдала, уткнувшись ему носом в плечо.
-Я тебя люблю, я хочу пойти с тобой на бал и сделать предложение под бой курантов. Причем здесь, вообще, Хогвартс? Учись мы в какой-нибудь другой школе, все было бы абсолютно так же!- Малфой за подбородок осторожно поднял личико Гермионы и поцеловал под один глаз, а затем под другой.- Ты даже глаза не красишь. Здорово. Можно целоваться не превращаясь в вампира с черными губами.
Гермиона сквозь слезы рассмеялась:
-Малфой так ведь не бывает.- Она тоскливо вздохнула.- Никто так не влюбляется. И не женится через 2 недели, особенно, если до этого люди терпеть друг друга не могли.
Драко покачал головой: -Только так и бывает. Мои родители постоянно цапались в школе. Отец даже подсыпал маме какие-то лишние ингредиенты в зелья, а потом вызвался помочь ей в уборке класса. А она на него фыркнула. А потом он попал в больницу, когда на уроке ухода за магическими существами на маму бросился грифон, а отец е оттолкнул и подставится сам. В больнице он провел 2 недели. И она его навещала. А когда вышел - они сыграли свадьбу. Так что это совершенно нормально - пожениться через 2 недели. - Вот так, под рассказ Малфоя, они добрались до станции. Поезд пришел через 10 минут. А спустя еще 4 часа они уже были в Лондоне.
Платье они нашли. С музыкантами и оформителями Малфой договорился.
Вряд ли когда-то еще Хогвартс был украшен настолько строго и элегантно. Студенты робели. Но лишь до начала выступления группы музыкантов. Прибыли «Ведуньи» и буквально через полчаса зал сотрясался от грохота выступлений.
Малфой не отходил от Гермионы весь вечер. Гарри порывался набить ему морду. Но Грейнджер не позволила. Она отвела Поттера в сторону и то-то ему прошептала, после чего белый как снег гриффиндорец удалился, держась за стенку.
-Что ты ему сказал?- Малфой с интересом провожал взглядом Поттера.
-Что люблю тебя и собираюсь провести с тобой жизнь, если ты решишься предложить мне такой вариант.- Гермиона отвечала спокойно и буднично, вальсируя со слизеринцем.
Малфой споткнулся и сбился с ритма. Снегг, наблюдавший за крестником из-за колонны, нахмурился.
-Гермиона, ты правда…- Малфой не решился договорить.
-Да!- Гриффиндора смотрела уверенно и бесстрашно. Драко улыбнулся широко и открыто. Гермиона подумала, а видела ли она хоть раз, чтобы Малфой так улыбался?
-Мисс Грейнджер,- Малфой притянул Гермиону к себе, они стояли в центре зала, среди танцующих пар,- вы выйдете за меня замуж?
-Да, мистер Малфой.- Гермиона встала на цыпочки и поцеловала Драко.
По залу прошел рокот. Но - все обошлось. Люциус заявил, что сыну виднее и жениться надо по любви. Гарри не тронул Малфоя и пальцем, только больным взглядом следил - счастлива ли Гермиона. Слизеринцы не расправились со своим принцем. Напротив, уже через 2 месяца в Хогвартсе готовили не одну, а четыре свадьбы, где жених был с факультета Слизерин, а невеста- с Гриффиндора. Дамблдор довольно потирал руки. Старый сводник.

Пожалуйста, если берете себе-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

15:06 

ГГ/ГП "Неожиданные сочетания". Фанфик по ГП.

-Гарри, ты не прав, ты абсолютно не прав, ты относишься предвзято к профессору Снеггу и даже не пытаешься увидеть, как много хорошего он делает для тебя,- кричала Гермиона, стоя посреди палатки и глядя в потемневшие зеленые глаза своего друга.
-Гермиона, я не хочу больше об этом говорить. Этот гад сказал что мой отец-сволочь, он называет меня самовлюбленным, и пальцем не шевельнул чтобы помочь Сириусу, когда того в отделе тайн схватил Волан-де-Морт, неужели после всего этого ты думаешь, что я буду обсуждать достоинства профессора с тобой?- Гарри говорил не громко, но в голосе его звучали стальные нотки. Он сел на кровать и потер рукой лоб.
Гермиона, почему мы ругаемся? - он огорченно смотрел на гриффиндорку снизу вверх. Грейнджер вдруг осознала - какая это глупость - чуть не ссориться со своим другом из-за нелюбимого декана Слизерина. Но она была девушкой справедливой и отлично видела то, чего не замечали ее друзья - что профессор по факту реально заботится о Гарри, пусть и в очень своеобразной манере, он неоднократно прибывал в последнюю минуту и разрешал безнадежную, казалось бы, ситуацию. Да, при этом он оставался въедливым, саркастичным и желчным зельеваром, не упускающим возможности унизить Поттера, но обращать внимание на такие мелочи было просто глупо, они не давали картины в целом.
Гермионе хотелось разобраться, а Гарри делать этого совершенно не хотел. Но им необходимо было чем-то занять себя. Рон ушел. Неизвестность сводила с ума, как и отсутствие книг. Гермионе нужна была информация для исследования. На худой случай годился и профессор Снегг, не хуже чем анализировать причины гоблинских войн.
Гермиона присела за стол и начала вспоминать. Гарри посидел, посмотрел на нее, потом улегся, уставившись в полог палатки и обреченно произнес:- Ну давай попробуем, если для тебя это так важно.
Гермиона улыбнулась, Гарри распахнул объятия, она подошла и устроилась с ним рядом. Притянув ее к себе и щекоча дыханием висок, Гарри заговорил:
-На первом курсе Снегг с самого начала задавал мне неподъемные вопросы о том, что будет если смешать измельченный корень асфоделя с настойкой полыни.
Гермиона вдруг повернула к нему голову так резко, что чуть не ударила затылком по носу:
-Гарри, ты точно уверен, что он говорил об асфоделе и полыни?
-Да, а почему ты спрашиваешь? - Поттер крепче обнял Гермиону, будто желая избавиться от горького воспоминания об унижении.
-Мы же изучали язык цветов, Гарри!
Тот непонимающе уставился на Гермиону. Она в нетерпении попыталась сесть, чтобы прочитать лекцию, но он ей не дал. Что бы там ни говорил профессор Снегг, а выпускать Гермиону из своих объятий он не собирался.
Грейнджер смирилась, опять откинулась на грудь Гарри и проговорила ровным голосом, глядя вверх:
-Асфодель - это цветок забвения, им еще поминают тех, кто ушел. А полынь, это горечь утраты.
Она покосилась на Гарри, поняла, что он не понимает, что она имеет ввиду и продолжила:
-Гарри, он сказал что сожалеет о смерти твоей мамы и скорбит вместе с тобой.
Гарри ничего не сказал, он как будто застыл, только руки его крепче прижали Гермиону к себе.
Она по-тихоньку повернулась в этих окаменевших объятиях, протянула руку и медленно, успокаивающе погладила по щеке, по груди. Он смотрел вверх, глаза странно блестели. Нужно было возвращать его «обратно». Гермиона знала только один способ шоковой терапии. Она закусила губу, но решилась. Потянулась и нежно прижилась своими губами к его - сжатым в горькой усмешке.
Он вздохнул, захлебнувшись губы его ожили, раскрылись и он поцеловал ее в ответ, зарывшись пальцами в волосы.
«Что мы делаем, мы же старые друзья»,- мелькнула и пропала мысль. Думать Гермионе не хотелось. Какая разница. Он опять ожил, задышал, расслабился - это главное.
Она оторвалась от него, повернулась удобнее, устраиваясь рядом, положила локти ему на грудь и принялась разглядывать сверху вниз. Поттер лежал, чуть улыбаясь, и разглядывал ее в ответ своими невозможно-зелеными глазами.
Конечно, следовало встать и уйти, но у нее не было ни сил, ни желания делать то, что «должно».
«Хорошо бы вообще отключить мозги и пожить просто «здесь» и «сейчас», не задумываясь о будущем и о других людях. Хоть бы о Джинни, которая, наверное, заждалась Гарри»,- мелькнула грустная мысль.
Гермиона пальчиками провела по лицу Гарри, обрисовывая его контур, и прошептала:
-Поттер, ты же понимаешь, что ничего не получится.
Тот поднял брови: - Это почему?
-Потому что тебя ждет Джинни.
Гарри усмехнулся: - Может быть и ждет, только не меня.
Когда Гермиона в удивленном вопросе подняла глаза, он продолжил:
-Она меня не знает. Для нее я герой, спасший ее от Тома Реддла, этакий принц на белом коне. А ты,- Гарри слегка приподнял голову, чмокнув Гермиону в подбородок,- знаешь меня настоящего.
Гермиона отвлеклась, вспоминая: бедно одетый мальчик в заклеенных очках, жизнь в чулане, ее письма и посылки с пирогами - попытки подбодрить и подкормить, его обмороки из-за дементоров, боль в шраме - обо всем этом Джинни Уизли не имела ни малейшего понятия.
Да, она поняла, что Гарри имел ввиду. По ее виду Поттер понял что она оценила ситуацию верно и заговорил дальше:
-Я не хочу всю жизнь «быть героем». Я хочу маленький уютный дом и семью, где жена любит и знает меня, где не нужно быть мечтой и идеалом, а можно болеть и хлюпать носом, грызть гамбургер и смотреть телевизор, читать детективы и фентези, а не Кафку и Ницше. Понимаешь?
Гермиона кивнула, кажется, она поняла, о чем он говорит и что ей предлагает. И открывшаяся перспектива заворожила ее.
Она еще размышляла, а Гарри смотрел на нее в ожидании, когда появился Патронус. За мечом они пошли вместе, вернувшийся Рон помог вытащить Гарри. Они даже потом вместе отправились в школу, но Рон уже понимал, что отныне они - пара.
Джинни не расстроилась. Пока Гарри не было, она успела влюбиться в Невила. За этот год он стал совсем взрослым, вел активную диверсионную деятельность и вообще очень изменился. От неуклюжего мальчишки не осталось и следа, и теперь Джинни была уже рада, что в год турнира трех волшебников именно Невил пригласил ее на рождественский бал. А она тогда так переживала, что этого не сделал Гарри. Какая она была дуреха. Сидя теперь в оберегающих объятиях Невила, слушая таких же обнявшихся Гарри и Гермиону, Джинни понимала что не чувствует ни ревности, ни злости, только тревогу за своих друзей.
Рон, кстати, тоже выглядел довольным. Едва они вошли в Выручай-комнату, на него налетела Лаванда Браун с поцелуями и причитаниями, что он теперь тааакой интересный. Так что и Рону досталась девушка. Только Полумна была пока без кавалера. Но и для нее принц нашелся, когда искали диадему Кандиды Когтевран в выручай-комнате. Туда же явился Малфой, но вовсе не с пакостными намерениями, как все изначально подумали, а как раз наоборот, с желанием помочь в борьбе с Волан-де-Мортом. На почве поиска крестражей Лавгуд и Малфой плотно пообщались, да так, что Драко Полумну поцеловал, про себя отметив, что она очень красивая, блондинка как его мать, со стройной фигурой, правда с мозгошмыгами в голове. Но это мелочи-при такой-то внешности. К тому же-чистокровная волшебница и не слизеринка, что редкость по нашим временам. В общем, Малфой решил, что как только уделает Волан-де-Морта, посмевшего применить Круциатус в его обожаемому отцу, так немедленно попросит руки Полумны у мистера Лавгуда. Малфой хищно улыбнулся - вряд ли Ксенофилиус посмеет отказать бывшему Пожирателю смерти и потомку одного из самых старинных кланов.
Полумна не возражала. Вообще, она была девушкой очень умной, но успешно маскировалась под блондинку. Оценив перспективы, она пришла к выводу, что Драко ей вполне подойдет. К тому же им было легко управлять - от ласки, внимания и восхищения он становился абсолютно шелковым, а она была совершенно не против оказывать ему эти маленькие знаки внимания.
Без девушки оставался только профессор Снегг, но у него была его любимая специальность, море ингредиентов и возможность изучать влияние экспериментальных составов на учениках, что делало его вполне счастливым. Так что и без девушки ему было не скучно.
Только достал Волан-де-Морт. На общем совете было решено быстренько разделаться с безносым кретином, что удалось вполне успешно осуществить совместными усилиями отряда Дамблдора и профессора зельеварения. Они его поймали, заткнули ему дырки через которые он дышал вместо носа и влили состав, изготовленный профессором Снеггом. После чего Реддл во всем раскаялся, чистосердечно признался и порывался идти сдаваться на милость дементоров, но его отправили в министерство магии на суд Визенгамота. Теперь он отбывал наказание, сажая цветочки на клумбах вокруг Азкабана.
А Дамблдор стал очень уважительно относиться к профессору Снеггу и никогда у него в гостях ничего не пил. Даже чай. Мало ли чего он туда подмешать может. А признаваться Дамблдору было в чем, ого-го. Одни грехи молодости, проведенной в компании Гриндевальда, чего только стоят. Поэтому в основном в гости приходил Снегг. Ну да, пару раз он таки умудрился незаметно подлить кое-что в чай Дамблдора, отчего тот подобрел, стал более рассеянным и меньше интриговал и хитрил. Но на фоне мирной жизни так было даже лучше.
Снегг подружился с Гермионой и даже стал куратором ее диссертации. Он все так же саркастично задирает бровь и сыплет едкими замечаниями, но Грейнджер это не пугает. Она уже умеет видеть лес за деревьями и понимает что все наезды декана - лишь ради ее блага.
Поттер все так же настороженно относится к восторгам жены по поводу профессора зельеварения, но не мешает ей заниматься любимым делом. И это хорошо. Потому что со всеми своими экспериментами Гермиона откроет принципиально новый препарат в лечении умственных расстройств, ранее считавшихся неизлечимыми. Невил даст согласие, зелье будет испробовано на его родителях, к ним вернется разум. Правда они будут долго отходить от шока, когда обнаружат вместо крошки-сына уже крошку-внука. Точнее – почти двух, потому что к этому моменту у Невила и Джинни будет уже сын и еще один - в проекте в ближайшем будущем.
Полумна заставит Драко подружиться с Гарри, пообещав, что если он это сделает, она подарит ему такую же ляльку, как у Долгопупсов. Малфой генетически мечтающий о наследнике лет с трех - немедленно согласится.
Правда, Гарри слегка очумеет от такой доброжелательной настырности бывшего врага, но рассудив, что хрен редьки не слаще и раз уж Снегг не оказался гадом, то и Малфой вполне может не оказаться хорьком, примет протянутую руку дружбы. Давайте скажем хором: -Наконец-то! И это правда. Кто знает, как бы все повернулось, прими Гарри эту руку 10 лет назад. Может, возрождения Волан-де-Морта не последовало бы. Кто знает. Все сложилось так как сложилось. И - к лучшему.
У Гарри теперь есть небольшой дом в Годриковой впадине, где друзьям всегда рады, а они и не переводятся. У него есть жена, которая беспокоится о нем, и ему очень привычно и спокойно- принимать ее помощь. Дети у них тоже будут, чуть позже, когда Гермиона, наконец, покончит со своими исследованиями. Иногда я думаю, может быть ей все же было бы лучше выйти замуж за профессора зельеварения? Они бы отлично работали вместе, не отвлекаясь на еду и сон.
Но – Гарри нужна была семья, дом и забота, он нуждался во всем этом гораздо больше, чем профессор Снегг, и Гермиона выбрала правильно. Одним «да» убила двух зайцев: дни проводила с профессором и его любимой женщиной-наукой, вечера и выходные-с Гарри, окружая его заботой.
Не думайте что Гарри только пассивно, как первокурсник, принимал ее помощь, нет. Он был вполне так себе прожженным и опытным солдатом к своим 18 годам и вполне видел, какие логические цепочки выстраиваются в голове его любимой жены. Но он любил Гермиону, а пока ее увлечение профессором носило чисто научный характер, ничего не имел против, раз это делало ее счастливой.
Для себя он оставлял другую - домашнюю и заботливую Гермиону. Он знал, что ей, чтобы чувствовать себя нужной, необходимо заботиться о нем. Поэтому регулярно ломал очки, резался ножом, растягивал лодыжки и вообще увечился насколько позволяла фантазия и инстинкт самосохранения.
Полумна поглядывала на него с улыбкой . Она видела все его попутки манипулирования женой и вполне их одобряла. Только иногда ее так и подмывало сказать Гарри, что Гермиона не перестанет его любить, если он будет просто самим собой - вполне успешным и востребованным, вертким и смелым мракоборцем, каким его знает весь остальном магическим мир. Весь мир, кроме его жены. Но Полумна мудро молчит. Не стоит лезть в отношения двоих. Пусть развлекаются как им хочется. Тем более по их виду они вполне счастливы и довольны друг другом.

Пожалуйста ,если берете себе-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

15:03 

ГГ/ГП "Любовь - это" Фанфик по ГП.

«Любовь-это когда трудно, почти невозможно существовать без этого человека».
Гермиона задумалась над прочитанной фразой. Есть ли в ее жизни человек, без которого она не представляет своей жизни? Да, она отчетливо поняла что есть, и при мысли о нем ей стало плохо, потому что он был ее другом. Только другом. И она не могла надеяться на что-то большее.
Она принялась вспоминать…
Вот первая встреча, когда она починила очки забавному мальчику в слишком просторной одежде. Его имя не произвело на нее особого впечатления, все-таки она выросла в мире магглов.
Когда же они стали друзьями? Она задумалась. Наверное, после того, как Гарри и Рон спасли ее от тролля в туалете для девочек. После того как она заступилась за мальчишек перед Макгонагл, взяв всю вину на себя они и стали друзьями. А с того момента как ему пришлось одному отправиться на встречу с Квиррелом, оставив ее заботиться о Роне, она не переставала бояться за него.
Чего только стоил квиддич! Ладно еще - заколдованная метла на первом матче, хорошо тогда Снегг помог, правда она по незнанию испортила его парадную мантию своим «Фламео», но - бедному профессору не привыкать. В последующие годы он неоднократно страдал от рук золотой троицы, и похищение шкуры бумсланга было еще самым безобидным делом шкодливых детишек.
Так вот - квиддич. Мерзкая игра - сплошное смертоубийство на жуткой высоте. Гермионе приходилось ходить на все тренировки, чтобы быть рядом, если случится неприятность. Поэтому она постоянно таскала с собой гору учебников - нужно же было чем-то себя занять на этих бесконечно - длинных зубодробительно - унылых тренировках.
Правда ее присутствие не спасло Гарри, когда Локонс своим неумелым заклинанием удалил кости из его руки. Гермиона в тот момент поняла значение выражения «глаза белые от злости». В тот момент она готова была наслать мышелетучий сглаз на самого профессора.
А потом Гарри едва не разбился, упав с метлы из-за дементоров - на третьем курсе. Какая же все-таки это гадость - квиддич!
Второй курс запомнился плохо. Вероятно все еще сказывались последствия взгляда Василиска. Единственное что помнила Гермиона, это то, что Гарри часто приходил навестить ее, когда она лежала обездвиженная, он приносил цветы, гладил ее по руке и говорил, что ему ее очень не хватает. Гермиона помнила как тогда ей хотелось обнять его и пообещать, что она всегда будет рядом.
Зато третий курс, когда они перемещались во времени, спасали Клювокрыла, бегали от одичавшего профессора Люпина и не побоялись залепить Пертификус Тоталус в многострадального профессора зельеварения, запомнился ей очень хорошо.
Они тогда с Гарри часа четыре просидели в лесу, ожидая, когда можно будет действовать. Заняться было особо нечем, и они разговорились о недостатках внешности. Тут-то и выяснилось что, по мнению Гарри, у Гермионы нет недостатков. Они смущенно помолчали и перевели разговор на безопасную тему Патронусов, но она очень отчетливо запомнила это ощущение переполнявшего грудь счастья от его смущенного: - Ты классная девчонка.
Четвертый курс. Вот его бы она хотела забыть как страшный сон. И вовсе не потому, что тогда сглупила, начав встречаться с Виктором Крамом, чтобы заставить Гарри ревновать. Нет. Её до сих пор холодной волной окатывал ужас, когда она вспоминала его соревнование с драконом. Следы от ногтей, которыми она впивалась в щеки, чтобы не забиться в истерике с криком: «Прекратите немедленно, он же погибнет!» сходили потом недели три. И Гарри кажется тоже что-то понял. Обнимал ее и успокаивал очень нежно и бережно, когда она как утопающая обхватила его за шею.
Пятый курс был ничуть не лучше четвертого. Снегг все так же свирепствовал. Но теперь добавилась еще и Амбридж. Про ужасы в министерстве до сих пор вспоминать не хочется, отдел тайн снится ей в самых страшных кошмарах. Зато было приятно вспомнить организацию отряда Дамблдора. Гермиона улыбнулась - тогда Гарри проявил себя как отличный учитель, из него вышел бы неплохой профессор ЗОТИ. Даже Хогвартс поддерживал их идею, и Выручай-комната появлялась по первому требованию. Возможно, тогда все еще было проще, чем потом - на шестом курсе, когда вернулся Слизнорт и организовал свой клуб «Знаменитых и успешных». Тогда Рон начал встречаться с Лавандой и у Гермионы все хуже получалось изображать огорчение по этому поводу. Когда Гарри приходил, чтобы утешить подругу, она клала ему голову на плечо и ей казалось –это так правильно, чувствовать себя абсолютно счастливой, сидя на ступеньке винтовой лестницы в обнимку со старым другом.
А потом случилась «палатка». И Рон ушел, и они остались одни. А ей даже не хотелось делать вид, что она расстроена. Как раз в тот момент она поняла абсолютно отчетливо, что не представляет своей жизни без Гарри. И когда он сознательно пошел умирать, а она обнимала его, думая, что в последний раз, то решила непременно найти Белатриссу Лестрейндж и подставиться под Авада Кедавру. Как жить без Гарри Поттера она не знала. А он выжил. «Удачно, что не поторопилась с малфоевской теткой»,- потом ехидно думала Грейнджер без сил сидя во дворе полуразрушенного замка.
И тогда ей так хотелось наконец-то сказать Гарри, что она его любит, что она не сможет без него жить - просто не знает как, но – налетела Молли Уизли, утащила Гарри, а к Грейнджер подошла Макгонагл с просьбой остаться в замке и помочь с восстановлением учебного процесса.
И вот теперь Гермиона, наводя порядок в библиотеке, машинально просматривая книги, наткнулась на эту фразу. И ей вдруг стало так тоскливо и горько, что она села, обхватила себя руками и заплакала ,раскачиваясь вперед-назад.
Что толку сожалеть. У Гарри своя жизнь. Готовится свадьба с Джинни, он герой войны, знаменитость ,а она… - в библиотеке. «Хватит!- Грейнджер встряхнулась и вытерла слезы, - не сказала, когда было возможно - теперь молчи». Вырвавшийся вздох больше походил на всхлип.
И когда она услышала за спиной такое знакомое: «Гермиона», с его характерной «р», то не поверила своим ушам. Но даже галлюцинация была бы приятным разнообразием - она так давно его не видела.
Обернулась - посреди зала стоял Гарри Поттер собственной персоной. Он изменился - кажется, еще подрос, волосы теперь были аккуратно подстрижены, на нем была новая и очень элегантная мантия, а круглый очки заменили узкие стекла без оправы. Он выглядел совсем другим - старше, увереннее, но и более усталым и беспокойным.
-Гарри, что случилось,- Гермиона уже неслась к нему на всех порах.
-Гермиона, все в порядке,- Гарри поймал ее в объятия и слегка покружил.- Как я рад тебя видеть!
Он смотрел на нее внимательно-внимательно, будто впитывал все что видел. Она тут же вспомнила что на ней старый свитер и потертые джинсы, а волосы забраны в небрежный пучок.
-Не смотри на меня, Гарри, я плохо выгляжу.
-Ты выглядишь восхитительно, впрочем, как и всегда.- Гари со вздохом выпустил Гермиону из объятий и отступил.
Глаза у него были грустные.
-Гарри, скажи все-таки, что случилось? - Гермиона разволновалась. Не так должен выглядеть герой войны и счастливый почти что молодожен.
Гарри сел за стол у окна, наклонил голову, закрывшись челкой, и разглядывая свои руки, сказал:- Мне очень тебя не хватает, Гермиона.
Гермиона вздохнула, так и хотелось ответить: «Мне тоже», но она понимала - для него это не означает то же самое, что для нее. И она сказала:- Я всегда буду рядом с тобой, Гарри, я же обещала, помнишь?
Он поднял голову, посмотрел на нее, закусил губу и не очень понятно спросил:
-Ты помнишь наш танец в палатке?
Что за вопрос, конечно, Гермиона помнила, это было одно из самых волнующих и романтических воспоминаний, связанных с Гарри, и она собиралась трепетно хранить его в своей душе всю жизнь, как бы сентиментально это не звучало. Но признаваться в том, что фактически хотела бы увести Гарри из-под венца, она не могла. И она ответила:- Да.- Спокойный и обтекаемый, ни к чему не обязывающий ответ.
Гарри опять опустил взгляд. Потом вздохнул и сказал, будто разрубая узел, быстро и решительно:
-Гермиона, прости, я тебя люблю. Я не хочу жениться на Джинни, это как заменить идеал суррогатом. Я с ней даже говорить не могу, постоянно мысленно советуюсь с тобой, спорю, обсуждаю события, я как будто на твоей волне.
Гарри встал и принялся ходить перед Гермионой, которая наблюдала за ним с онемевшим видом, прижав ладонь к губам.
Он продолжил:
-Я не хочу упустить возможность признаться тебе. Я не хочу в угоду друзьям и чужим людям соблюдать какие-то правила. Да, я встречался с Джинни Уизли, и она мне нравилась когда-то, но без тебя я жить просто не могу.
Он потряс головой, будто пытаясь поставить мозги на место.
-Я просто не представляю ,как это я буду каждое утро просыпаться, а тебя не будет рядом, и поговорить будет невозможно, и кофе я б буду варить не для тебя. Я не могу!
Гарри повернулся, подошел к Грейнджер и взял ее за руки:
-Гермиона, я понимаю, ты всегда видела во мне только друга, но послушай, вдруг бы ты могла меня полюбить ,пожалуйста?- Он заглянул ей в лицо.
Гермиона сглотнула, попыталась что-то сказать, не смогла и молча уставилась на Поттера.
Гарри отпустил ее руки, его плечи поникли, он присел рядом с Грейнджер и тихо сказал:
-Понимаешь, я хочу чувствовать себя живым. А я такой только рядом с тобой. Даже когда мы скрывались по лесам в палатке, с ненавистным крестражем на шее, и тогда я чувствовал себя более живым, чем в последние дни, и это потому, что ты была со мной.- Он вздохнул и добавил:
-Свадьбы не будет. А рассказал Джинни о тебе, а она горько рассмеялась и сказала, что так и знала. Что она знала, Гермиона?- Гарри повернулся к Грейнджер.
Та опустила голову:
-Она знала, что я тебя люблю. Я проговорилась тогда, после скандала в Рождественскую ночь, я рыдала в гостиной, костеря тебя на чем свет стоит, что ты не решился пригласить меня на бал и я назло тебе отправилась с Крамом. Я рыдала, глядя в огонь камина, а Джинни все слышала. Поэтому у нас были такие настороженно-натянутые отношения, она считала, что я посягаю на ее территорию.
Гермиона зябко поежилась, Гарри обнял ее за плечи, притянув к себе и заворачивая в свою мантию. Гермиона вздыхала тяжело и всхлипывала, будто сдерживала рыдания. А Поттер сидел с блаженной улыбкой, зарывшись носом в волосы Грейнджер, и понимал, что теперь все будет хорошо.
Гермиона сама призналась, что, по крайней мере, на четвертом курсе была к нему неравнодушна. И сказала, что помнит про палатку. Это обнадеживало. Это давало повод надеяться и бороться.
-Гермиона, давай поженимся, а? - Гарри говорил тихо и убежденно.- Ну не понравится тебе, ты же всегда можешь со мной развестись. А вдруг ты решишь, что и ничего?
-Ничего, как дышать, совершенно необходимо.- Гермиона смотрела на Гарри, ее глаза сияли - слезами и каким-то идущим изнутри светом.- Гарри Джеймс Поттер,- она сделала глубокий вдох и торжественно произнесла:- Я выйду за тебя замуж.
После чего обхватила Гарри за шею и уткнулась носом в плечо. Поттер обнял Грейнджер крепко-крепко, как будто не собирался выпускать из своих объятий больше никогда. А он и не собирался.
Свадьба была очень тихая. Их гостей лишь Хагрид, Макгонагл, Невилл и Полумна. Но все присутствующие были по-настоящему рады за жениха и невесту. Уизли прислали вежливую открытку, но никто не явился, хотя потом стало известно что Молли хотела поехать, но Джинни закатила скандал из серии «или я или они». Родственные узы победили.
Гарри и Гермиона остались в Хогвартсе. Он преподает ЗОТИ. Она работает в библиотеке. В их комнатах царит уютное, спокойное, домашнее счастье. Может у них будут и дети. Кто знает. Но они есть друг у друга, это уже немало.
Им очень спокойно в обществе друг друга. Кто-то другой назвал бы этот брак скучным, мол, мало в нем страсти. Возможно, со стороны они и кажутся супругами, что давно женаты и уже не ждут особых страстей. Но они-то помнят - через что им пришлось пройти за эти годы, и аккуратно оберегают свой хрупкий мирок как раз от всех лишних потрясений.
Они любят ходить на чай к профессору Макгонагл и слушать ее истории об Альбусе Дамлдоре. В выходные они часто навещают Хагрида, помогая ему с его экзотическим зверинцем. Они ходят в Хогсмит - посидеть в пабе «Кабанья голова». Изредка они ездят в гости к чете Долгопупсов. Недавно у Невила и Полумны родились близнецы и Гермиона с Гарри потратили полдня, выбирая подарки молодым родителям.
Им не нужно «быть на высоте», когда они остаются наедине. Гермиона знает, насколько устал Гарри уже по тому, как он заходит домой. Иногда, когда он в раздражении швыряет палочку, едва переступив порог, и рычит, что теперь понимает Снегга, она просто наполняет ему ванну и силком загоняет в ее тепло, а потом приносит ему крепкий чай.
А он знает, что когда Гермиона со скоростью пулемета пишет в своих свитках, ему не следует ее беспокоить, а то может и заавадить.
И ночи их так же нежны и гармоничны. В них нет пламени пожара, но есть ток шаровой молнии - неяркий шарик и зреет медленно, но как шарахнет- разнесет всё в молекулы. Вот такая жизнь. Кому-то покажется скучной. Но когда ты рядом с человеком без которого тебе - никак, на мелочи уже не обращаешь внимания.

Пожалуйста, если берете себе-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

11:52 

Гарри Поттер научил меня, что ради некоторых вещей стоит умереть.
Рон Уизли научил меня, что вера в себя, в сто раз более мощна, чем удача.
Гермиона Грейнджер научила меня, что образование является лучшим активом девушки.
Северус Снейп научил меня никогда не судить кого-то.
Рубеус Хагрид научил меня, что все может быть симпатичным с какой-то точки зрения.
Джинни Уизли научила меня, что можно быть смелой и одновременно красивой.
Лили Поттер научила меня, что материнская любовь самая мощная сила на земле.
Ремус Люпин научил меня, что страх Единственное, чего я должен бояться.
Сириус Блэк научил меня, что те, кого мы, действительно, любим, никогда не оставят нас.
Альбус Дамблдор научил меня, что хорошие люди не всегда могут быть хорошими на самом деле.
Драко Малфой научил меня, что плохие люди не всегда могут быть плохими на самом деле.
Невилл Долгопупс научил меня, что мужество значит отстаивать то, что правильно, даже если ты боишься где-то глубоко в душе.
Луна Лавгуд научила меня, что быть странным это прекрасно.
Добби научил меня, что свобода это дар.
Люциус Малфой научил меня, что ни за какие деньги или связи нельзя купить себе настоящих друзей.
Фред и Джордж Уизли научили меня, что иногда все, что нам нужно, это хороший смех.
Дурсли научил меня, что мир без воображения скучное и тоскливое место.
Артур Уизли научил меня, что чувство любопытства и немного навязчивая идея может быть нормальным.
Флер Делакур научила меня, что истинная любовь основана не на внешнем виде.
Молли Уизли научила меня, что счастливая семья не измеряется в золоте.
Беллатрикс Лестрейндж научила меня, что ненависть и предрассудки могут свести с ума и превратить даже самого красивого человека в монстра.
Кричер научил меня, что если вы хотите познакомиться с человеком, нужно посмотреть, как он относится к своим подчиненным, а не к равными ему.
Нимфадора Тонкс научила меня любить себя, независимо от того, как я выгляжу.
Перси Уизли научил меня, что, в конце концов, никакая карьера не стоит пожертвований своей семьей.
Сибилла Трелони научила меня, что мы не можем изменить прошлое, только будущее.
Питер Петтигрю научил меня, что крысы не могут быть хорошими друзьями.
Минерва МакГонагалл научила меня, что за благое дело стоит бороться в любом возрасте.
Букля научила меня, что любовь, которую мы испытываем к нашим питомцам может быть вполне реальной.
Лорд Волдеморт научил меня, что жизнь без любви это не жизнь.
Джоан Роулинг научила меня, что истории, которые мы любим всегда будут с нами.

vk.com/overhear_hogwarts

@темы: Гарри Поттер

11:33 

Заставь меня вспомнить нас.

Запомни меня таким, как сейчас - беспечным и молодым, в рубашке, повисшей на острых плечах, пускающим в небо дым. Неспящим, растрепанным, гуляющим босиком. В разорванных джинсах, с разбитой губой, с ромашками в волосах...
Нагим заходящим в ночной океан, с десятками шрамов, царапин и ран, с укусами у ключиц. Бесстрашным, отчаянным, смелым и злым, не знающим слова ''нет'', на толику грешным, на четверть святым, держащим в ладонях свет.
Запомни мой образ, когда в полутьме целую твое лицо, запомни мой голос и след на стекле от выдоха хрупких слов. Запомни меня сидящим в метро и мокнущим под дождем, стихи напевающим богу ветров, и спящим, и пьющим ром. Смотрящим на то, как в костра дым и чад врезаются мотыльки. Горячим, горящим, влюблённым в тебя - запомни меня таким.

И если когда-то, спустя десять зим, ты встретишь меня в толпе, найдешь меня серым, безликим, пустым, ушедшим в чужую тень, схвати меня крепко, сожми воротник, встряхни меня за плечо, скажи, что я трус, неудачник и псих, брани меня горячо. Заставь меня вспомнить ночной океан, рассветы, ромашки, джаз.
Прижми свои губы к холодным губам,
заставь меня
вспомнить
нас.
© Джио Россо
vk.com/weaver_of_dreams

@темы: Стихи

Можно я буду тебе писать?

главная