• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
12:42 

Зацепило

Он говорил, что влюблён в мои смски.
Письма мои считал своим дневником.
Я была с ним предельно честной и вечно резкой,
Я была с ним немного милой и много дерзкой,
Я была с ним и не была с ним, я вот о чём.

Я была с ним и не была с ним, такое дело.
Тут у каждой таких историй - на миллион.
Он курил, глядя в воду, а я на него смотрела -
И в груди задыхалось, стучало, кричало, пело,
Заставляя совсем не помнить, где я, где он.

Он курил, глядя в воду, и время текло медово,
Расплываясь между лопаток следами пуль.
Я стояла - темноволоса и черноброва -
Не могла подобрать ни единого - внятно - слова.
Это был - дай мне памяти! - да, это был июль.

Это было смешно и глупо, почти по-детски,
Только руки дрожали как-то совсем всерьёз.
Я была с ним стихами, сердцем и в смсках,
Я была с ним предельно честной и слишком резкой,
Я была с ним. Я не была с ним?
Вот в чём вопрос.

alter-sweet-ego

@темы: Стихи

09:19 

ГГ/ДМ "В Норе Уизли". Фанфик по ГП.

Я умел быть жестоким, если это позволяло мне получить то, что я хочу. Я хотел Грейнджер в свою собственность, и у меня появилась возможность заполучить ее.
Лесники притащили их с Поттером, но везучему «золотому мальчику» удалось сбежать. Его подружке повезло меньше. Взрослым дела не было до грязнокровки, и она досталась мне. Отец снисходительно отметил, что мальчику не помешает «новая игрушка», будет на ком отрабатывать заклятие принуждения. Я молча кивал, соглашаясь с любым бредом, раз это могло помочь заполучить желанную добычу.
Теперь Грейнджер в комнате рядом с моей. Выйти она не может. Впрочем, так лучше для ее же безопасности, Беллатрисса вовсе не прочь повторить свое мерзопакостное развлечение.
Когда я вхожу в комнату, сперва мне кажется, что на-пуста. Обнаруживаю Грейнджер, скорчившуюся за диваном. Она сидит, привалившись спинок к стене, баюкая покалеченную руку. При моем приближении испуганно вздрагивает, неотрывно следит расширившимися глазами за мной.
Я присаживаюсь рядом с ней на корточки.
-Грейнджер.
Она вздрагивает всем телом. Я едва заметно морщусь:- Дай руку.
Она смотрит непонимающе.
Я протягиваю руку и тяну к себе ее левую. На нежной коже ниже локтя и до запястья тянется ненавистное «грязнокровка». Рана магическая и палочка здесь не поможет. Я запасся мазью и бинтами. Сейчас всё это беспорядочной грудой лежит между нами на полу. Не поднимая на нее глаз, накладываю мазь. Она шипит сквозь зубы. Я испуганно смотрю.
- Больно?
Она едва заметно морщится и ничего не отвечает. Накладываю повязку. Ни спасибо, ни кивка в ответ. Закрытые глаза. Бледная. Уснула?
Прикидываю, не перенести ли ее на кровать, но решаю, что потрясений ее психике на сегодня достаточно и, взяв плед, просто укутываю ее там же на полу у стены. Она вздрагивает от моих прикосновений. Значит - притворяется. Ухожу.
Провожу бессонную ночь, ворочаясь с боку на бок. Она в соседней комнате и так далека, будто на другом конце галактики.
Утром мне предстоит неприятный разговор с матерью. Она против того, чтобы я держал «девушку» в доме.
-Ее зовут Гермиона, мама, и она останется.- Когда мне нужно, я умею говорить так же арктически холодно, как и мой отец. Мать отступает. Она привыкла уступать злу. На миг я задумываюсь, что мог бы так же принудить Гермиону, как мой отец-мать. Представляю будущее. Холодный образцовый дом. Внутренности скручивает узлом: – не хочу!
Усмехаюсь, поднимаясь по лестнице.
-А чего ты хочешь, Малфой? Умчаться с любимой в розовый закат? Этого не будет, и ты прекрасно об этом осведомлен. Она тебя ненавидит, и даже если ты будешь внимателен и терпелив, это ничего не изменит. Хотя, если бы у вас было время…
Достаточно времени - невыполнимая мечта. Времени - почти не осталось. Это абсолютно ясно. Победит Поттер, и моя семья лишится не только положения в обществе, но, вероятно, и свободы. Победит Волан-де-Морт и всем маглорожденным придет конец. Грейнджер, как ближайшая подруга Поттера будет в первых рядах.
Я задумался, остановившись у двери в ее комнату. Что я могу сделать? Холодный аналитический ум, вот за что я мог сказать «спасибо» мои предкам. Оценивать Малфои всегда умели. Сейчас я должен был решить, что для меня важнее - ее жизнь или мои желания. В окончательном выборе скрывался ответ: кого я люблю больше - ее или себя.
Ее. Мне не нужно было решать мучительно и сложно. Я выбирал безопасность. Ее безопасность от себя, от Волан-де-Морта ,от статуса гонимой и преследуемой грязнокровки. Хорошо. Выдохнул. Всегда становится легче, когда принимаешь решение. Даже если оно не твою пользу.
Я помогу ей вернуться к Поттеру и помогу им в борьбе с Волан-де-Мортом тем немногим, что я могу им предложить. А потом отойду в сторону, предварительно потребовав обеспечить безопасность моих родных. Этот пункт будет безоговорочным.
Я тихо открыл дверь и вошел. Гермиона сидела в кресле у камина. Перед ней на столике стоял нетронутый завтрак. Она была все так же растрепана и грязна, в волосах застряли сосновые иголки, будто через лес ее тащили волоком.
Я подошел и опустился перед ней на корточки, она смотрела в пламя камина не отрываясь.
-Чего ты хочешь, Драко?- холодный, чужой голос. Мертвый голос. Вот что ожидает меня, если я оставлю ее здесь. «Не хочу!»- мысль резанула по нервам и я понял, что там за дверью сделал единственно правильный выбор.
- Гермиона, посмотри на меня, сказал я шепотом, не думая, что она послушается. Но, видимо, была в моих словах какая-то настойчивая мольба ,так что она перевела на меня взгляд. Я смотрел в ее такие родные для меня шоколадные глаза и быстро и четко проговаривал свой план. Она слушала внимательно. Я понял это по ее расширившимся зрачкам, залившим чернотой почти всю радужку.
-Ты согласна?
Она кивнула.
-Хорошо.- Я взял ее за руку, наши пальцы переплелись и мы трансгрессировали.
Первое, что я осознал, когда вращение замедлилось - мне в голову летит тяжелая сковородка. Едва увернувшись, так что основной удар пришелся в правое плечо, а не в висок, куда несомненно и метились, я рухнул на пол кухни Норы Уизли.
«Жуткое местечко»,- успела мелькнуть мысль, когда удар скалкой настиг мою многострадальную голову. Уплывая в черное беспамятство, я успел услышать отчаянный крик Гермионы: - Не надо. Он хотел помочь,- и отключился.
Я пришел в себя от нежного прикосновения ко лбу. Кто-то менял влажное полотенце на моей голове. Сквозь веки я ощутил розовый свет. «Уже новое утро? Я сутки провалялся без сознания? Какая непозволительная роскошь! Времени – по нулям». Видимо я что-то пробормотал вслух, потому что рука успокоительно погладила меня по волосам, а знакомый голос шепнул в ответ:
-Все в порядке. Прошел всего лишь час.
-И это - много,- хотелось возразить мне.
Я думал, что вот сейчас героически вскочу и полечу спасать мир. «Хотя,- я задумался,- это прерогатива нашего золотого мальчика».
«И почему я его всегда терпеть не мог?- отвлекся я от деловых мыслей.- Наверное, потому что он всегда был всеми любим. И ею - тоже. Не за имя или деньги, а за то, что он просто был».
Это было обидно. Видимо, мне действительно неслабо заехали по голове, если я смог признать столь тщательно охраняемые подсознанием вещи. Интересно, кто засветил мне в лоб? Непременно выясню и поблагодарю. И да, господа, никакого сарказма..
Я разлепил веки. Свет резанул по глазам. Я поморщился.
-Сейчас,- голос удалился, раздался шорох задвигаемых штор,- так лучше?
Теперь я смог открыть глаза. Передо мной стояла Гермиона. Та же и совсем другая. Она переоделась, причесалась, но дело было не только в этом. Во всем ее облике появилась какая-то спокойная уверенность. Я задумался: «Неужели она становилась собой только в присутствии Гарри?» Остро кольнуло в груди. Не стоит, Малфой, ты уже сделал свой выбор. Не о чем сожалеть. Она будет жить. Твои родители будут в безопасности. А разбитое сердце. Что ж - ему не привыкать. Ты мастер наступать на горло своей песне. Еще ни одна розовая мечта не ушла от тебя безнаказанно.
Из горла вырвался хриплый смешок. Гермиона подняла брови: - Это ты так рад меня видеть?
Теперь я действительно улыбнулся:- Ты даже не представляешь себе, как.
Нужно было переводить разговор, пока я с ходу не начал признаваться в любви и невозможности существовать вдали от нее.
-Какие планы? - Я постарался, чтобы голос звучал бодро.
-Планы?- задумчиво протянула гриффиндорка.- Поднять тебя на ноги, для начала.
-Я не об этом, ты же знаешь.- Я нетерпеливо заерзал, пытаясь подняться.
-Лежи, Малфой, - на плечо мне легла прохладная рука.
«Так бы и лежал, не двигаясь, лишь бы она не уходила»,- мысленно оценил я желания своего сердца. Но голова как всегда возобладала, направив мысли на путь холодной логики. И кто говорил, что голова-предмет темный и исследованию не подлежит? Глупости все это. Сердце - да, а голова-это лишь стратегия и тактика, чтоб их за ногу. Драко расстроился: «И зачем я всегда такой логичный?»
« Вот был бы я Поттер,- мысленно прикинул он, уже бы давно признался Грейнджер во всем. И она бы согласилась выйти за меня замуж. Точно. Проблема лишь в том, что я на Поттер, а Малфой, поэтому сейчас пойду спасать мир, а девушка потом достанется Гарри. Нет в мире совершенства».
-Гермиона,- я постарался вложить в голос всю настойчивость,- нужно действовать быстро. Ты понимаешь, что скоро уже в Малфой Мэнор поймут, что ты сбежала, и меня нет тоже. И они будут готовы, можешь быть уверена, они постараются обезопасить себя со всех сторон. И тогда вам уже не удастся попасть в сейф Лестрейнджей.
-Я знаю,- Гермиона смотрела все так же спокойно,- не волнуйся, Рон и Гарри сделают все, что нужно.
-Они, что отправились одни, без тебя? - Увидев ее потрясенное лицо, Драко тут же поправился:
-В смысле, я очень рад, что ты в безопасности но, Гермиона, ты же понимаешь, что эти идиоты пропадут без тебя. Каждый раз им везло только потому - что ты была с ними. Ты знала заклинания, открывающее двери, могла заколдовать сумку заклятием незримого расширения и приготовила все для побега, ты так много знаешь, им же без тебя не справиться!
Гермиона улыбнулась:- Не знала, что ты так за них беспокоишься.
Я рассеянно откинулся на подушки.
-Ты ведь не понимаешь,- я огорченно смотрел на нее,- мне на них наплевать.
Она вздрогнула. Я продолжил:
-Все, что я хочу - чтобы они победили Волан-де-Морта. Тогда ты будешь в безопасности!
Гермиона отвернулась к камину, добавила дров и помешала кочергой. Я ждал реакции. Ее на было.
Потом она повернулась и посмотрела на меня с легкой улыбкой:
-Не важны твои мотивы, важно, что ты делаешь. Ты помогаешь нам, значит выбрал сторону добра. Я рада, Драко. Отдыхай.
Она отвернулась и вышла из комнаты. Я лежал в постели и думал, отчего она избегала смотреть на меня, когда я сказал, что сделал это только ради ее безопасности. Фактически - признался ей в любви, на свой, слизеринский, манер.
Ничего не придумав, решил встать, спуститься вниз и выяснить все до конца. Лучше знать, чем мучиться неизвестностью - еще одна полезная поговорка клана Малфоев. Сначала получилось только сесть. Встал я, покачиваясь и держась за спинку кровати. Так, аккуратно ведя пальцами вдоль стен, добрался до двери. Открыл. За ней обнаружилась рыжая малявка. На меня воззрились зеленые глаза в золотистых ресницах.
-Малфой, Гермиона сказала, тебе надо лежать, может быть сотрясение.- Она скорчила рожицу.- Извини.
-Что?- Я непонимающе уставился на нее. Она усмехнулась. Это я тебя скалкой. Ну, точнее, сперва - сковородкой.
-А,- я потер плечо.
Она виновато покосилась: - Очень болит?
-Да не особенно,- соврал я и сам себе изумился: «Сказать неправду не имея на то никакой прямой выгоды? Теряешь хватку, Малфой?». Решал не заморачиваться причинами.
-Ты не знаешь, где Гермиона?- Я постарался, чтобы голос звучал ровно.
-Наверное, на кухне. Она когда нервничает, ужасно много готовит.
Я поднял брови:- Грейнджер умеет готовить?
Вот сюрприз. Я был уверен, что кроме книг ее в этой жизни ничего не интересует, и даже в свое время прикидывал, а не заманить ли ее замуж, соблазнив шикарной, полной старинных книг библиотекой.
-И где находится кухня в этом замечательно конструированном доме?- Я постарался, чтобы в голосе не прозвучал сарказм.
Но Джинни меня поняла. Нахмурилась.
-Направо до лестницы, затем вниз и прямо, найдешь,- и умчалась, пыхтя, как обиженный еж.
Я пошел искать кухню. Через 15 минут блужданий я припомнил один старый фильм, который когда-то смотрел в магловском кинотеатре, где милый южный персонаж бубнил, наворачивая третью милю по этажам: «Кто так строит? Кто так строит?!»
Потом плюнул, закрыл глаза и решил идти на запах. Потрясающий, кстати, запах - из моего детства: яблоки и корица. Я мечтательно представил кружку горячего чая и кусок яблочного пирога. Открыл глаза, передо мною, замерев с прихваткой в руке, стояла Гермиона. Я улыбнулся - вот она - третья составляющая моего счастья.
-Малфой, тебе нельзя вставать!
Расслышав в ее голосе беспокойство, я прикинул, что был бы вовсе не против еще раз получить по голове скалкой лишь ради ее внимания к моей персоне.
-Грейнджер, не трясись. Я не сахарный.- Я прошел на кухню и сел, радуясь ,что стул со спинкой и мне не грозит хлопнуться под лавку без сознания. «Если что, сделаю вид, что задремал и элегантно отключусь в вертикальной позе»- решил я.
- Не угостишь чашкой чая и куском пирога? Пахнет потрясающе,- заискивающе проговорил я, просительно заглядывая ей в глаза.
Ее скулы покраснели. Я задумался – отчего? Решил – слишком близко к печке стоит. Не могли же в самом деле на нее так подействовать хвалебные речи ее стряпне? «Хотя,- я прикинул,- если это так, я готов хвалить ее стряпню всю жизнь без перерыва, если при этом она будет развлекаться на нашей общей кухне». Я улыбнулся.
Перед носом возникла тарелка с большим куском пирога. Он выглядел гораздо аппетитнее стряпни Хагрида. «Может даже съедобный»- я зажмурился и откусил.
-Ммм, обалденно,- я удивленно уставился на Грейнджер. Та сидела напротив, подперев подбородок кулачком, и улыбалась.- А ты думал я только читать умею?
«Я думал, но не признаюсь даже под пыткой».
Я широко улыбнулся и только хотел продолжить идиллическую домашнюю сцену, как с резким хлопком посреди кухни возникли запыхавшиеся и взъерошенные Поттер и Уизли.
Рыжий тут же окинул меня подозрительным взглядом, особо задержавшись на пироге. Гарри молча приподнял брови и повернулся к Гермионе.
Она ответила ему сердитым взглядом: «И не надо так смотреть Гарри Джеймс Поттер, он нам помогает!»
Гарри вздохнул. Я явственно услышал в этом протяжное: «Ну-ну, хотелось бы верить».
Пирог вдруг показался кислым.
-Поттер,- я встал. – Надо поговорить.
Тот нехотя повернулся: - говори.
-Наедине, – я окинул взором Уизли. При нем говорить я не мог.
Рон зашипел, как рассерженная кошка, но Гермиона взяла его за локоть, что-то тихо сказала и он, опустив взгляд, вышел из кухни. Молча. Гермиона тоже ушла. Мне стало тоскливо.
Я вздохнул.
- Поттер, я знаю, ты мне не доверяешь.- Я взлохматил волосы, прикидывая, как же убедить его, что я на их стороне.- У меня есть информация, которая может вам помочь.
И я рассказал о диадеме.
Поттер просиял. Теперь у него были все ключи, ведущие к крестражам, а значит он мог действовать. В этом мы были с ним похожи: каждый-человек действия, устремленный как стрела к своему предназначению. Хорошо ему, он точно знал, зачем пришел в этот мир – убить Волан-де-Морта, избавить мир от психа и маньяка. Я до недавнего времени тоже был уверен в своем предназначении - гордо нести имя Малфоев, имя старинной чистокровной семьи. Теперь я уже не был уверен, что это именно то, для чего я родился. Теперь это казалось лишь частью «плана», притом - незначительной. Как будто я мог дирижировать оркестром, а вместо этого сидел пастухом в поле и играл на свирели. Хотя я теперь уже ни в чем не был уверен, даже в том, что роль дирижера важнее роли лесного пастушка.
Гарри вскочил, схватил меня за плечи: - Спасибо, Малфой!
На один ужасный миг мне даже показалось, что он меня расцелует. Обошлось.
Поттер выскочил из кухни. Наверняка полетел Уизли. «И что он в нем нашел? – Я задумался.- Хотя, если Поттер что-то видит, в нем наверняка что-то есть».
Я меланхолично принялся дожевывать пирог, прикидывая, что как только Поттер уделает главного «редиску» мне придет черед отчаливать, и Грейнджер я вряд ли еще когда-либо увижу.
Я постарался изгнать грусть из мыслей напомнив себе, что зато она будет безопасности. Идиллическую картину перебило видение Гермионы рядом с Уизли. Мигом налетела мигрень. Я взялся рукой за лоб.
- Я же говорила, что тебе надо лежать!- прохладная ладонь легла мне на лоб. Я скосил глаза - моя далекая, недостижимая и такая близкая родная мечта.
- Грейнджер, а ты бы вышла за меня замуж?- внезапно даже для себя, спросил я.
-С чего бы это?- Гермиона не испугалась и не удивилась.
-Ну, когда люди любят друг друга, они имеют привычку жениться.- Я разглядывал столешницу. Хороший стол: крепкий, дубовый, как раз для большой семьи. Я был не прав. Мне нравится дом Уизли.
-Так это когда люди любят.- Гермиона отошла к раковине и принялась за чашки.
-Я тебя люблю.- Терять уже было нечего. В худшем случае я больше ее не увижу. Так лучше сделать и пожалеть, чем промолчать и все оставшуюся жизнь мучиться неизвестностью.
Чашка звякнула о край раковины. Гермиона не оглянулся. Я встал:- извини.
-Драко, останься.- Она обернулась. Я сел. Она подошла, наклонилась и, взяв мое лицо в ладони, легко поцеловала. Руки у нее были мокрые, горячие и в мыльной пене, но меня это не беспокоило. Я смотрел и ждал. Приговора? Помилования?
-Подожди, прошу. Подожди, пока Гарри разрешит проблему.
Я поднял брови. Она называет Волан-де-Морта проблемой? Или она слишком оптимистична или легкомысленна. Второе вряд ли. «Значит,- понял я,- она настолько верит в Поттера, что уверена, он справится. Тогда я тоже буду верить».
И «золотой мальчик» оправдал все возложено на него доверие. И даже больше.
Он не просто победил, он выжил в финальной битве. Уж на это я не надеялся ни капли. А он вернулся. Все ликовали.
В Нору набилось бесчисленное множество старых знакомых: близнецы Уизли, Люпин и Тонкс, Сириус и Дамблдор - все живые и здоровые. Я смотрел на них, на душе было тепло, но я понимал, что мне пора уходить. Вряд ли на этом празднике жизни будут рады слизеринскому хорьку.
Я вышел в прихожую, натянул плащ, оглядел себя в зеркале. Как всегда элегантен и изящен, несмотря на мантию с чужого плеча. Я убеждал себя, что мне не о чем сожалеть. Все остались живы, мои родители на свободе, зло повержено, а то, что тупо болит сердце, это ведь только мои проблемы, не так ли?
Я вздохнул. Малфои идут по жизни с гордо поднято головой и уверенным взглядом, даже если сердце разбито в клочья.
Я ушел.
Но - не далеко. Когда я заворачивал за угол сад, на меня налетел маленький каштановый вихрь со скалкой наперевес.
-Куда собрался?- на меня требовательно смотрели веселые карие глаза.
-Туда…сюда… пока не решил.- Я смотрел на небо, сжав руки в карманах, чтобы не заграбастать ее в объятия. Глядеть на нее было выше моих сил.
-То есть ты решил смыться, да? - Тон был зловещим. Я покосился неуверенно.
-Признался девушке в любви, а как дошло до свадьбы, так в кусты?- Скалка угрожающе опустилась на правую ладонь. И еще раз. И еще.
Я не верил своим ушам. Это что - шутка? Если так, то очень жестокая.
-Грейнджер, ты чего?- Я начал отступать от гриффиндорки, пока не уперся спиной в стену дома.
Гермиона подошла близко-близко и теперь рассматривала меня со смесью веселья и неуверенности.
- Малфой, ты такой глупый, - сказала она, бросила скалку (кстати, попав мне по ноге, но я и не пикнул), шагнула ко мне и поцеловала.
-Sorry, дорогие мои, но я почувствовал себя невинной маргариткой рядом со смертоносной мухоловкой. Я думал, она меня съест. Хотя…, я бы не возражал. Главное, никогда не сболтнуть, с каким цветочком я ее мысленно сравнил, а то не избежать мне сковородки.
Грейнджер посмотрели на меня сияющими глазами, отступила и официально произнесла:
- Я люблю тебя, Драко Люциус Малфой и я буду твое женой.
Если до этого я не верил глазам, то теперь не поверил ушам. «Не хватало только чтобы пошел Рождественский снег и моя розовая мечта превратится в реальность».
И вдруг повалил снег - крупными пушистыми хлопьями, он опускался на волосы и ресницы Грейнджер, превращая ее в сказочную принцессу.
Я шагнул к моей мечте, ставшей реальностью и поцеловал ее. «Снег в июле»- мелькнуло на задворках сознания. И я – отвлекся.
А Фред и Джордж, сидя у окна, наблюдали романтическую сцену, не забывая подбрасывать новых хлопья снега .Они тоже всегда любили сказки. Особенно - со счастливым концом.

Пожалуйста ,если берете себе-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо.

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

09:18 

ГГ/ДМ "Вдвоем против всего мира". Фанфик по ГП.

Они все-таки схватили ее. Малфой был там, когда ее схватили. Он смотрел как Грейнджер яростно сопротивлялась, когда Макнейр с Ноттом волокли ее, избитую, с окровавленными руками, к Малфою.
-Ты!- она смотрела с ненавистью и отвращением.
Он почувствовал почти животное удовлетворение от этого ее взгляда.
Она плюнула ему в лицо, Нотт ударил ее по затылку, и она рухнула без сознания к ногам Малфоя. Он вынул белоснежный платок и отер лицо. На платке осталась кровавая клякса.
-Тащите ее,- бросил он помощникам,- Темный лорд не любит ждать.
Они волокли Грейнджер за собой, Малфой смотрел ей вслед, увидел как с ноги слетела и осталась лежать в грязи маленькая туфелька, вызывая острые ассоциации с Золушкой.
«Только принца не будет»- мстительно подумал Малфой и трансгрессировал.
Переодеваясь в своей комнате он слышал крики Грейнджер, когда Темный лорд допрашивал ее, пытаясь выведать где сейчас находится Поттер. Судя по всему пытали ее жестоко, но она не выдала никаких секретов.
Малфой слушал эти далекие крики, принимая ванну и думал, что Грейнджер все-таки очень женщина. Он усмехнулся, - если уж любить, то не задумываясь о рациональности и чувстве меры. И когда на одной чаше весов оказалась ее любовь- этот золотой мальчик- Поттер,- Малфой выдохнул сквозь зубы,- а на другой - весь белый свет, она сделала свой выбор без колебаний.- Малфой до хруста сжал костяшки пальцев:- почему, почему она не могла полюбить так - меня?! Затылком он стукнулся о бортик ванны, удар был такой, что перед глазами потемнело. Потер шею. Кровь. Он рассадил себе затылок, думая о грязнокровке. Его чистая кровь как жертва за ее мучения.
Волан-де-Морт был настойчив, когда желал получить что-то или кого-то. Он хотел найти и прикончить Поттера и надеялся с помощью Грейнджер добиться своего. Но он не учел одного, что Поттер, несмотря на своих друзей, всегда существовал с миром тет-а-тет. И на эту войну он отправился в одиночку. Они могли бы исколесить всю Европу и Азию, переловить всех его дружкой, но его бы не нашли.
Малфой хорошо понимал Поттера, все семь лет школы он потратил на то чтобы найти слабые стороны золотого мальчика и понял только одно - такие как Поттер ведут войну в одиночку, и если и есть у них кто-то по-настоящему близкий, то максимум-собака. Малфой усмехнулся - Сириус! - вот на кого надо переключить внимание Темного лорда.
Он тщательно оделся. Выглядеть идеально при любых обстоятельствах было привычкой вбитой с детства. Люциус никогда не жалел воспитательных мер и розги были еще не самым худшим из наказаний.
Черное - идеально, не видно будет крови. Малфой скривился, припомнив алое пятно на платке- видимо рот Грейнджер был тоже разбит, возможно, Нотт заехал ей по зубам за ее слишком острый язычок. Малфой усмехнулся - позабавимся. Если уж и мучить грязнокровку, то- ему. Она - его, не Темного лорда. Тот пусть довольствуется Поттером.
Малфой спустился в гостиную, теперь превращенную в комнату допросов. Грейнджер лежала на полу, не реагируя ни на что. Даже глаза ее, казалось, не двигались. На миг он испугался, что опоздал, но по едва слышному хриплому дыханию понял что она еще жива.
-Мой лорд, у меня новая информация,- Малфой подошел к Волан-де-Морту.
В него тут же внимательно впился взгляд красных глаз. По спине пробежали мурашки.
–Это касается Поттера,- бросил слизеринец свой козырь.
Грейнджер вздрогнула. Малфой проигнорировал ее попытку произнести «пожалуйста» и отвернулся от умоляющего взгляда карих глаз.
Волан-де-Морт нетерпеливо уставился на него,- слушаю, Малфой, но если это опять какие-нибудь глупости, пеняй на себя. Девчонка - абсолютно бесполезна!
-Да, мой Лорд,- перебил Малфой, стремясь отвлечь его внимание прежде чем он прикажет убить Грейнджер на месте, - думаю, я нашел нить что приведет нас к Поттеру.- И он поведал о Сириусе.
К счастью, Волан-де-Морт повелся на приманку. О Грейнджер было забыто, Малфой приказал увести ее в подземелье и запереть.
В течение двух недель пока Темный лорд мотался по стране, таская за собой Малфоя в попытках разыскать Блека, Грейнджер дважды пыталась бежать. Все это поведал Драко Эрик Макнейр, когда Малфой вернулся в имение. Темный лорд собирался прибыть завтра. Зная как тот рассержен, Малфой понимал, что не стоит дольше тянуть. Он спустился в подземелье. Грейнджер находилась закованной в одиночной камере.
Он подошел, рассматривая ее сквозь решетку. Она смотрела с ненавистью и презрением.- Ты предатель, Малфой, как ты мог?!
Слизеринец прислонился лбом к решетке.- Мог - ради моей семьи. Ты бы тоже смогла, Грейнджер.
Та презрительно хмыкнула, как будто ни на миг не подумала, что он обладает таким человеческим чувством как любовь к своим родным.
-Грейнджер,- он заговорил так, что она даже подняла голову с нар на которых лежала- без одеяла и белья,- прошу, - на этом слове его голос дрогнул, скажи ему где Поттер. Скажи и останешься жить.
-Тебе-то что за дело что будет со мной, -равнодушно проговорила Грейнджер, вытянув руку вверх и рассматривая вырезанное на своей руке слово «грязнокровка».
Малфой сел, наплевав на идеальный костюм, и прислонился спиной к холодной каменной стене коридора. Наклонив голову и рассматривая свои руки, он сказал:
-Помнишь, когда мы еще не прошли распределение в первый день в поезде, мы сели с тобой в одно купе. Ты веришь в судьбу, Грейнджер? Так вот я - верю. Из всех купе ты выбрала мое. И это был тот единственный миг, когда мы были вместе. Невилл нас видел, и – Финиган.- Малфой усмехнулся,- их уже давно поймали.
На этих словах Грейнджер резко села и уставилась на него. Малфой продолжил: -Так вот, он живы до сих пор только потому что ни помнят нас - вместе. Ради этого «кадра», когда ты сидишь на красном бархатном диване Хогвартс - экспресса и смеешься, когда я рассказываю тебе байки о школе- ничего-ничего-ничего не жаль. Они помнят, поэтому они живы.- На этих словах Драко поднял голову и посмотрел прямо в глаза Гермионе. -Я прошу! -Голос его охрип, будто он долго плакал, или пытался сдержать вырывающиеся всхлипы,- скажи где Поттер и я смогу тебя спасти!
Гермиона покачала головой, потом легла обратно на нары и, не отрывая от глаз Малфоя своего взгляда, сказала:
-Ты рассказывал анекдот о том, сколько нужно пуффендуйцев, чтобы вкрутить одну лампочку.
Драко едва заметно улыбнулся.- Да. Ты помнишь.
Грейнджер ничего не успела ответить. На лестнице раздались шаги. Малфой успел подняться и отступить в тень. В коридоре появился Нотт: - Малфой, тебя зовет Темный лорд.
-Хорошо, идем.- Слизеринец пошел к выходу. -Ты иди,- Нотт неприятно усмехнулся,- у меня здесь еще дела.
Малфой ушел, но только до поворота. И остановился. Он услышал, как открылась дверь камеры, а затем раздались удары. Нотт избивал Грейнджер, ядовито приговаривая, что она все равно расколется, потому что некому ее будет больше прикрывать.- Малфою тоже конец, Темный лорд с ним разберется, - приговаривал Нотт, нанося удары. Грейнджер уже не кричала.
«И почему настоящие принцессы вызывают у всякой мрази прямо-таки животную ненависть?»- подумал Малфой, входя из-за угла с палочкой в вытянутой руке.
Авада Кедавра упокоила Нотта навеки. Малфой подхватил на руки оседающею Грейнджер и трансгрессировал не заботясь более о конспирации. Терять уже было нечего, он потерял все: имя, состояние, положение, но не собирался терять свою гриффиндорку.
Переместившись в центр Лондона в тихую квартиру, которая давно была им заранее подготовлена на «всякий случай», Малфой думал, что возможно впервые за 7 лет он поступил правильно. Теперь он тоже преследуемый предатель крови, но все это стоило того. Он аккуратно положил Грейнджер на кушетку, принес бинты и мази и принялся залечивать раны Гермионы.
Он рассматривал ее лицо, под правым глазом расползался синяк, через левую щеку пролегал шрам, а он сидел и думал, то ничего красивее не видел в своей жизни. Он улыбнулся, теперь они вместе - понимает это Грейнджер или нет. Теперь они связаны, и гораздо крепче, чем принц из Золушки, носящийся с туфелькой по всем окрестным деревушкам.
Малфой припомнил туфлю Гермионы, упавшую в грязь, когда ее волокли Нотт и Макнейр, он тогда ее не поднял. Драко усмехнулся - ни к чему было ,он и так знал, кто его принцесса, знал с первого дня в Хогвартсе и даже раньше - с того часа, когда открылась дверь купе и кудрявая кареглазая девочка с открытой улыбкой заглянула к нему со словами: -Никто не видел жабу?
Видел - Волан-де-Морта. Малфой принялся составлять планы по уничтожению ублюдка. Придется объединяться с Поттером ради такого дела. Малфой ничего не имел против сотрудничества, лишь бы обезопасить Грейнджер
Но и в том, что он не отдаст ее никому, он был так же уверен. Хватит, 7 лет он стоял в стороне, опираясь на принципы, вложенные ему в голову его отцом.
Малфой тряхнул головой. Хватит. Мальчик вырос. Пора самому принимать решения.
Гермиона застонала и заметалась во сне.
-Тшш,- он лег рядом и обнял ее рукой, легко гладя по волосам.- Все будет хорошо.- Он лежал, баюкая свою любимую, смотрел в окно, где на вечернем небе загорались звезды, и думал, что ради этого стоило подождать и 7 лет.
Он понимал, что возможно, она ненавидит его настолько же сильно, насколько он ее любит. Но так же знал, что он будет бороться за свою любовь - хоть с Поттером, хоть с Волан-де-Мортом. И он победит, потому - что в правильных сказках любовь всегда побеждает.
Ну, скажем так, для слизеринца и даже бывшего пожирателя смерти Малфой оказался очень наивен.
Первое, что попыталась сделать Грейнджер после того как очнулась - это сбежать.
Малфой застал ее полуживую, спускающуюся по лестнице со второго этажа. Она цеплялась руками за перила, только это не давало ей рухнуть на ступени. Малфой уронил пакет с едой, отметив, что что-то хрумкнуло - яйца! Хана омлету, а жаль, - отметил он, -давно не ел ничего домашнего.
Малфой успел подхватить Грейнджер как раз когда её пальцы выпустили опору и она с тихим возгласом осела на ступеньки, грозя скатиться вниз и сломать себе что-нибудь.
-Тебе не живется спокойно, да? - голос слизеринца не предвещал ничего хорошего. -Отвали, Малфой,- первое ,что произнесла гриффиндорка, приходя в себя.
-Что, прямо тут отвались? - Малфой зло скривился,- бросить посреди лестницы ,чтобы ты со своим маразматическим энтузиазмом сломала себе шею? Денусь я от тебя, как же.
Гермиона не была уверена, что именно это прошептал Малфой, подхватив ее и неся обратно в комнату.
-Все равно сбегу,- решила гриффиндорка и отключилась.
Она проснулась от кошмара. Опять она была в Малфой Мэнор и Темный лорд пытал ее. Заклятие Круциатус. Она всегда была уверена, что сможет вытерпеть любую боль ради друзей - Гарри и Рона, но в тот момент она рассказала бы все ,что угодно ,только она не знала ответа на вопрос: «Где Поттер». Он и правда ушел один. И она осталась одна.
Она посмотрела влево. Сейчас она была не одна. На соседней подушке спал Драко Малфой. Во сне он казался таким нормальным, что можно было даже поверить, что тот мальчик, которого она встретила когда-то в поезде еще жив, где-то внутри того чудовища, каким он стал.
Она ни на секунду не верила, что все, что произошло - было на самом деле. Она была уверена, что это не более чем инсценировка, и все только ради того, чтобы выведать ,где Поттер. Сейчас она даже радовалась, что не знает, где Гарри. Так было безопаснее для него.
Малфой повернулся, глаза его распахнулись, он вовсе не выглядел сонным.- Что случилось?
Она не ответила. Отвернулась.
-Кошмар приснился? - Он попытался погладить ее по голове. Она дернулась. Он убрал руку. Она не смотрела на него, иначе бы заметила горькую усмешку, мелькнувшую на его губах. «Наивный идиот, думал, спасу ее и все наладится. Любовь побеждает все. Как бы не так!»- Малфой лежал, глядя в потолок и думал, что всем сочинителям сказок надо руки пообрывать, чтоб не повадно было. Так, в молчании, они и уснули.
Утром Грейнджер проснулась от запаха кофе. Как давно это было - такое вот утро, как будто все восхитительно нормально.
Малфой принес завтрак - поджаренный хлеб, одуряюще пахнущее кофе, омлет. (Пришлось опять с утра бежать в магазин. Но в этот раз он поставил везде охранные заклинания. Меньше всего ему хотелось, чтобы Грейнджер сбежала и влипла в какую - нибудь неприятность).
Гермиона смотрела на поднос, закусив губу. Впервые за долгое время хотелось есть, но принимать заботу от врага не хотелось.
-Расслабься, Грейнджер,- Малфой уселся на свою половину кровати, поставив поднос между ними,- стрихнин я подсыпал только в кофе, так что можешь смело есть.
Она молча и с негодованием зыркнула на него, села в подушках и принялась за омлет, запивая его большими глотками обжигающего кофе.
Малфой сидел, смотрел на нее: спутанные волосы, заживающая кошмарная надпись на левой руке, наполовину видимая из-под съехавшего рукава свитера, которому давно место в помойке, и мечтал, что вот сейчас она примет ванну, а потом наденет вещи, что он ей купил. Он очень старался и ему хотелось, чтобы ей было уютно.
Ванну она приняла, но, конечно, напялила свои невозможные тряпки. Малфой болезненно поморщился, разглядывая гриффиндорку:
-Значит так, или ты идешь в ванну и переодеваешься в те вещи ,что я для тебя приготовил, или я прямо здесь стащу с тебя всю эту ужасную, провонявшую синтетику и одену тебя - сам!
Гермиона испепелила его взглядом, взяла пакет с вещами и вышла. Вернулась через 2 минуты в уютно темно-синем платье с длинными рукавами и мягких пантуфлях.
-Так лучше, - одобрил Малфой.- Остальное примеришь позже.
Гермиона скривилась, он не менее непримиримо посмотрел в ответ:
-И не надо демонстративно спать в платье или таскать изгаженные джинсы, я и так понимаю как ты меня ненавидишь, так что можешь спокойно на ночь одевать спальную рубашку, я пойму что твое презрение ко мне неизменно.- Резко все это сказав он забрал поднос и вышел.
Гермиона задумчиво смотрела ему вслед. Его поведение не поддавалось логике. Если он и вправду хотел все выведать про Поттера, то должен был уже поднять этот вопрос. Вместо этого он лечит ее, готовит завтрак и покупает ей одежду. Как будто они и правда сбежали и он заботится о ней. Она терялась в догадках.
Но он вернулся и все стало на свои места.
-Гермиона, мне надо связаться с Поттером.- Малфой еще договаривал, а она ощутила вдруг жгучую обиду на судьбу, на провидение, что это был всего - лишь план- его и Темного лорда, чтобы добраться до Гарри.
-Я ничего не знаю! - Гермиона отвернулась, скрестив руки на груди, а Малфой стоял, хлопал глазами и гадал - показалось ему или нет, лишь минуту назад, когда он вошел в комнату, она смотрела на него, как тогда в детстве, а потом створки раковины захлопнулись, она опять «ушла».
Малфой наморщил нос. Ему было не привыкать к ее призрению. Важнее сейчас было подлечить ее руку, чтобы не пошло заражение. В больницу обращаться было опасно.
-Гермиона, подойди.
Фунт презрения, ноль реакции в ответ.
-Грейнджер! - рявкнул он. Она вздрогнула.
-Прости,- тут же поправился он,- твою руку надо обработать, подойди.
Она молча повиновалась, и пока он, подняв рукав платья, накладывал мазь, смотрела ему в макушку.
-Почему мы в центре Лондона?
-Потому-то так проще затеряться - в толпе сложнее найти кого-то. Вы были не правы, скрываясь в лесах, поэтому вас и поймали.- Малфой говорил ровным тоном, а рот наполняла горечь при воспоминании о ней - в его доме.
Он продолжал, накладывая бинт:
-Я надеюсь, Поттеру хватит мозгов тоже затеряться в толпе.
Она выдернула руку: - Так ты ничего не добьешься, хватит!
Он смотрел на нее таким непонимающим взглядом, что на миг она усомнилась, а театр ли это, разыгрываемый по воле Темного лорда.
-Ты ничего не добьешься от меня о Гарри, я не знаю где он, можешь и не стараться.- Она утомленно откинулась в кресле, где сидела пока Малфой лечил ее руку.- Можешь заканчивать театр, Малфой. Я все поняла. Что будешь делать? Вернешь меня в имение? -она содрогнулась.
-Ничего ты не поняла, хотя вроде бы и такая умная,- Малфой смотрел на Грейнджер сердито, но не зло, это удивило Гермиону.
-Я предал свою семью, чтобы увезти тебя,- Малфой говорил устало и обреченно, - и от того, что ты мне не веришь, только хуже. Уходит время, я мог бы помочь, я знаю, что замышляет темный лорд. Я мог бы предоставить Гарри необходимые сведения. Но ты же не можешь доверять мне! Как можно - белобрысому слизеринскому хорьку!
Малфой встал и вышел. Это было лучше чем устроить истерику на глазах Гермионы и переколотить пару-тройку предметов искусства в изобилии наполнявших эту дорогую квартиру.
Он курил на кухне, когда ему на плечо опустилась прохладная рука.
- Прости,- он покосился через плечо. Грейнджер стояла близко и смотрела виновато.- Мне сложно поверить, я так давно была одна и все решала сама, а от меня зависят жизни моих друзей! Ты понимаешь?
-А от меняя зависят жизни моих родителей, но я оставил их, чтобы все изменить,- Малфой повернулся.- Гермиона, я правда могу помочь, пожалуйста!
-Хорошо.- Грейнджер вытянула из-за пазухи подвеску на тонкой цепочке. Малфой помнил, она была на ней, когда ее схватили. Она отчаянно цеплялась за нее и что-то шептала, когда её волокли в имение.
Гермиона поцеловала маленький медальон с зеленым камушком.
-Гарри,- тихо заговорила Грейнджер,- у Малфоя есть информация, которая может помочь.
Камень запульсировал зеленым и в комнате раздался потрясенный голос:
-Гермиона, ты жива! Ты не выходила на связь. Я думал тебя нет в живых.
-Полегче, Поттер,- Малфой перехватил инициативу, поняв, что так они долго будут ходить вокруг да около.- Я знаю, где Темный лорд и могу провести тебя к нему.
Камень замолчал. Ровно на 10 секунд. Малфой посчитал ради спортивного интереса, а потом медальон взорвался воплями:
-Ах ты, хорек! Если ты ей что-то сделаешь…
Малфой не дал Поттеру договорить,- хватит, четырехглазый (он в отместку назвал его ненавистным тому прозвищем), не надо думать, что только тебя волнует ее безопасность, но я в отличие от тебя не отсиживаюсь в палатке в лесу.
Ответом было потрясенное молчание. Малфой понял, что «попал» и заорал:
-Поттер ты что - идиот? Ты правда в лесу? Да они же найдут тебя за пару часов! По всем лесам понатыканы следящие заклятия. Поттер, я даже от тебя не ожидал!
Малфой уставился на испуганно пискнувшую Гермиону.- Это медальон работает как портключ?
Она замялась.
-Не молчи!- Он тряхнул ее.
-Убери от нее свои грабли! - заорал издалека Поттер.
-А ты приди и начисти мне морду! - раздраженно отозвался Драко.
В эту же секунду посреди кухни засияло мерцающее серебром облако и из него шагнул Гарри. Он был грязен и худ, но глаза его горели яростью, а руки свои он явно собирался сомкнуть на шее слизеринца.
-Стоп, Поттер, - поднял руки Малфой,- сначала душ и только потом тесные дружеские объятия.
От неожиданности Гарри замер. В этот миг Гермиона кинулась ему на шею. Малфой отвернулся. Смотреть на милующуюся парочку было выше его сил.
-Пошли ,Поттер.
-Куда?
-Ну ты, тормоз! Ванну примешь, я тебе одежду дам, Гермиона пока поесть приготовит.
Грейнджер и Поттер подозрительно уставились на Драко.
-Ладно, я приготовлю поесть,- Малфоя уже забавляла ситуация. - Иди.
-Гермиона, останься,- попросил он, когда Грейнджер дернулась вслед за Гарри.
Как ни странно, она послушалась. Малфой удивился. Гермиона вопросительно подняла брови. Малфой вздохнул. Самое сложное - опять убедить ее:
-Гермиона, я все расскажу Поттеру, но мне нужно, чтобы ты его убедила не идти туда в одиночку. Он пропадет. Он должен взять меня с собой.
-Нет, тогда я тоже пойду. - Грейнджер поджала губы и скрестила руки на груди.
Драко понял, что нисколько она ему не верит. От этого стало тоскливо. - Хорошо.
Он машинально сделал омлет, нарезал хлеб, когда вернулся Поттер- накрыл на стол, не замечая удивленны взглядов гриффиндорцев.
Пока Гарри ел, Драко изложил план.
Гермиона сказала ,что она все равно пойдет. И пошла.
Собственно, из-за этого все и произошло.
Все было идеально. Поттер с Малфоем сумели незамеченными проникнуть в Малфой мэнор и удачно застали Темного лорда в одиночестве и без оружия. И тут в Потере взыграл хваленый гриффиндорский идиотизм и он позволил Волан-де-Морту взять палочку, чтобы все было по честному. Тот, конечно, играть по правилам не собирался, и первым делом запустил в Грейнджер иссекающим заклятием, чтобы отвлечь Поттера.
Драко не успел почти ничего. Он увидел летящее в Гермиону заклятие Сектумсемпра и успел только шагнуть, чтобы встать между заклятием и своей грязнокровкой.
Дальше только боль, сквозь которую он услышал отчаянный вскрик Гермионы. «Неужели тоже достало?» - успел подумать Малфой и потерял сознание.
Очнулся Драко от боли во всем теле, и оттого, что чья-то маленькая прохладная ладонь гладила его по волосам, а знакомый и родной голос что-то успокаивающе шепчет прямо в ухо.
Он скосил глаза. Рядом с ним на соседней подушке покоилась голова Гермионы, её встревоженные глаза смотрели на него, а губы шептали: - это просто сон. Спи, родной.
Он закрыл глаза. - Глюк! Как жалко. Защипало щеки. Он от неожиданности распахнул глаза. Он что - плачет?
Гермиона потянулась и поцеловала его в висок.- Это сон. Все хорошо.
И он уснул - пусть она всего лишь сон, но ради такого сна он был готов вовсе не просыпаться.
Утро Малфоя началось с запаха кофе, только теперь его в постель, как и завтрак, принесла Гермиона. На ней была та самая ночная рубашка - длинная, белая, в кружевах , абсолютно викторианская ,которую он старательно выбирал в магазине, игнорируя развешанные по вешалкам открытые шелковые комбинации. Пришлось соврать, что ищет подарок для бабушки, магазинные феи категорически отказались бы продавать такую ночнушку для девушки. Не мог же он им объяснить, что хотел создать для нее дополнительную защиту – от него самого.
И вот она сидела на кровати в этой ночнушке и он понимал что та нисколько не делает Грейнджер менее привлекательной, скорее добавляет очарования.
И тут до Малфоя дошло, что она спала с ним. Ну, то есть не спала, но ночевала в одной кровати! Поттер что - почил в бозе?!
Драко резко сел. Все тело опоясала боль, он опустил глаза и понял, что все тело - руки, ноги, грудь покрывает сеть тонких шрамов.
«Все, я Квазимодо, теперь она меня вообще никогда не полюбит!»
Он поднял на Грейнджер взгляд, та смотрела с тревогой и заботой, но без отвращения.
Малфой приободрился.- Так что там с нашим золотым мальчиком? - Он взялся за кофе.
-Еще раз обзовешь золотым мальчиком, - раздался от двери сварливый голос, - я тебе и правда морду набью, не посмотрю что герой войны.
Малфой обернулся, в проеме стоял Поттер, все такой же лохматый. «Даже моя одежда не смола придать ему и толику моего шарма»- удовлетворенно оценил слизеринец.
-Так может все же посвятите меня в ход событий? И что - вас можно поздравить?
Поттер и Грейнджер удивленно подняли брови. Малфой сообразил что его слова могут быть поняты превратно, - т.е. мы победили?
Гермиона успокаивающе похлопала его по руке: - победили. Гарри победил, а ты спас меня.- Она смотрела на Драко и улыбалась. Малфой покосился на Поттера, тот, казалось, ни чуточки не был расстроен тем, что его девушка улыбается нежно постороннему парню.
На месте Поттера Малфой бы давно уже убил потенциального соперника, а этому все нипочем.
Малфой был логиком, а потому задумался.
«Поттер не напрягается. Гермиона мне улыбается. Она ночевала со мной. И говорит ,что я теперь герой. О - стихами заговорил ,абзац, Пора покупать семейный мартрац».

Малфой засмеялся и спросил:
-Ты выйдешь за меня замуж?
-Чего?!
Увидел потрясенное лицо Гарри:
-Выдыхай, Поттер, вопрос не к тебе.- И он обернулся к Гермионе.
-Да,- та смотрела на него точно так же, как когда-то на Гарри на турнире трех волшебников, когда думала что потеряла его навсегда, а он выжил.
-Да, Драко Малфой, я выйду за тебя,- и она кинулась ему на шею, уронив на подушки.
-Пойду-ка я погуляю,- Поттер дипломатично стал отползать в сторону выхода.
-Дверь закрой! - успел ехидно крикнуть ему Малфой и тут губы Грейнджер закрыли ему рот.

Пожалуйста ,если берете себе-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо.

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

09:17 

ГГ/ДМ "Волшебные истории". Фанфик по ГП.

Она всегда так четко присутствовала перед моим мысленным взором, что мне не нужно было делать набросок, чтобы увидеть ее. Поэтому сегодня, когда я вошел в кафе и увидел ее, сидящую над остывшим кофе, смотрящую вдаль рассеянным взглядом и что-то быстро строчащую в блокноте, я был почти уверен, что грежу наяву.
Не могло быть такое, что из всех лондонских кафе я выбрал именно то, где конкретно в этот день и в этот час сидела за столиком она - моя невозможная лохматая кареглазая любовь.
Но это была она – Грейнджер - сидела и писала. Я подошел к столику и заглянул в тетрадь. Видимо она так торопилась, что слова почти сливались в стенографическую скоропись. Я подивился, как она будет расшифровывать свои записи. Я еще больше поразился разобрав отдельные слова, это явно не были учебные записи. Гермиона, которая тратит время на записи не ради оценок, это было какое-то новое, непривычное зрелище в стабильной картине мира. Мне нужно было к этому привыкнуть. Я попытался привлечь ее внимание, она на миг оторвала взгляд от тетради, окинула меня отсутствующим взглядом, сказала: - минуту. И отключилась от мира на 2 часа. Я выпил кофе, заказал еще один. Съел кусок шоколадного торта. Кстати он оказался вполне съедобным, что большая редкость в наше время. А Гермиона все так же писала.
Я рассматривал ее и думал: осознает ли она, что является моею мечтой?
Я улыбнулся, было бы так странно сказать ей: «Грейнджер, а ведь ты чья-то мечта». Поверила бы она мне? Вряд ли. Моя гриффиндорская греза до отвращения практична. Вся ее романтичность переродилась в жертвенность. Вот если нужно кого-то спасти, она тут как тут. Но поверить в то, что она может быть для кого–то настолько необходимой и важной, что от одной ее слабо мелькнувшей улыбки хочется делать добро (а для слизеринца, напомню, любое добро не подкрепленное прямой выгодой - это нонсенс!), этого бы она не смогла признать.
Я задумался, что ей с ее желанием защитить весь мир вполне подошла бы сказка про Красавицу и чудовище. Вот кого нужно было спасать. Ей бы понравилось.
Я разглядывал Грейнджер, прикидывая, сойду ли на роль чудовища, и приходил к выводу, что вполне.
После победы Поттера над Темным лордом состояние моей семьи значительно уменьшилось, да и положение пошатнулось. Отец предпочел под видом «прогулки» увезти мать во Францию. Зная нашего министра магии, я был уверен что отец поступил единственно правильно. Под горячую руку и ради громких публикаций в газете наш «фигляр с полномочиями» вполне мог засадить в Азкабан не только отца, но и матушку.
Так что теперь я был сам по себе, единственный законный представитель семьи Малфоев на земле Великобритании. И за меня давно бы уже взялись, но Поттер почему-то защищал меня перед министерством. До меня дошли слухи через третьи большие и любознательные уши, что Гарри верит мне, потому-то верил Дамблдору.
Но все равно мое положение было крайне нестабильным. Что могло добавить мне шарма нечастного и нуждающегося в помощи, т.е. - более привлекательного объекта заботы по мнению нашей матери Терезы, она же - Гермиона Грейнджер.
Тут как раз наша спящая красавица очнулась.
- Малфой,- она подняла глаза удивленно рассматривая меня,- ты давно здесь?
-Часа два,- я смотрел на нее с явным удовольствием.
Она смутилась: -Упс ,прости, когда я пишу, не могу отвлекаться, они уйдут.
-Кто?
Гермиона смешалась: - Не важно. Ты хотел о чем-то поговорить?
-Вообще-то я хотел посоветоваться.- Я замолчал, потому-то просто еще не придумал, что бы такого интересного ляпнуть, чтобы она не ушла сейчас. - Так вот, о чем я. Ты же знаешь, что у нас в имени осталось много книг, которые я был бы не против продать.
Гермиона удивленно подняла брови. Я смотрел на столешницу и крутил чашку вправо-влево.
-Родителям нужны деньги они теперь живут во Франции ,а активы под арестом. Антиквариаты и букинисты мне в помощь.- Я криво улыбнулся.
- Не поняла, я-то тебе зачем?
-Ну Грейнджер, ты же умная, столько знаешь,- решил я польстить, но похоже, ожидаемого эффекта не добился. Она смотрела все так же удивленно и непонимающе. Я продолжил:- Я подумал, может ты поможешь мне отобрать наиболее ликвидные книги. Если ты свободна,- неуверенно закончил я.
Вообще то это была и вправду хорошая мысль, свободные средства родителям не помешают, хотя мой предусмотрительный отец и вывез у «увеселительную поездку»саквояж фамильных драгоценностей.
Я ожидающе уставился на Грейнджер, та задумалась: - Хорошо ,у меня свободны две недели, можно заняться книгами.
-Отлично.- Я встал. - Пошли?
-Куда? - Гермиона выглядела ошарашенной.
Я задрал бровь: - К тебе за вещами.
-Прямо сейчас?
-А чего тянуть-то?
Гермиона заморгала:- Ладно….
Квартирка у нее оказалась маленькая, но уютная, хотя и находилась в каком-то жутком обшарпанном доме. «Кто у нее здесь в соседях?» - с опаской представил я. Воображение сразу же услужливо подкинуло парочку вариантов, после чего я приказал ему заткнуться и пообещал себе, что в эту квартиру она больше не вернется.
Гермиона собрала сумку, большую часть составляли книги тетради. Я подивился, что никогда не встречал еще девушки настолько легкомысленной или самоуверенной, чтобы так беспечно пренебрегать женскими хитростями: косметикой и изящной одеждой.
Я рассмотрел Гермиону повнимательнее и понял, что похоже и вправду влюблен. На трезвый взгляд она выглядела не только несколько лохмато, но и одета была будто натягивала на себя первую попавшуюся одежду, причем в темноте и из кучи сваленного у углу барахла. Хотя, справедливости ради надо заметить, что дома у нее было довольно чисто, и куч тряпья я нигде не наблюдал.
Хотя, я не был в спальне. При мысли о спальне я смутился и покраснел. Щекам стало горячо, а я внутренне развеселился. «Малфой, ты крупно попал, если начал чувствовать себя как застенчивая барышня наедине с Невилом Долгопупсом». Я фыркнул.
-Что ты сказал?- в дверях стояла Гермиона.
-Я думаю, тебе стоит захватить эту музыкальную шкатулку, думаю, она тебе дорога.- Я указал подбородком на маленький деревянный восьмиугольный ящичек.
-Да, - Гермиона улыбнулась и легко погладила шкатулку по крышке,- это бабушкина… С ней связана одна история… Потом расскажу,- она подхватила шкатулку и, бережно завернув в шаль, уложила поверх записей в сумку.
А я стоял, ждал ее и радовался, что она обещала мне рассказать что-то таинственное, что-то, связанное с ее семьей. По крайней мере меня больше не ждет одинокий ужин в огромной столовой, уже от одной этой мысли становилось теплее на душе.
У меня был портключ, так что в Малфой Мэнор мы были буквально через пару минут после того ,как запихнули последнюю из «очень нужных книг» о которой она вспомнила в последний момент, в сумку.
Я проводил Гермиону в ее комнату и оставил распаковывать вещи. Хотя я и сам бы с удовольствием остался. Мне не хотелось расставаться с ней ни на минуту, но нужно было отдать дополнительные распоряжения по поводу ужина и прошерстить библиотеку, вытянув навскидку те из книг, что могли бы заинтересовать Грейнджер настолько, чтобы она не захотела уезжать и через 2 недели.
Я хорошо подготовился, но просчитался. В смысле - ужин прошел хорошо. Но вот вечером в библиотеке она едва взглянула на книги, быстро отложила в сторону те, что на ее взгляд представляли наибольшую материальную ценность, но даже не заглянула ни в одну из них. А я то надеялся, что она увлечется чтением и забудет обо всем на свете. Раньше это всегда срабатывало, но не теперь.
-Малфой, эти можешь продать, они редкие и дорогие. Завтра посмотрю еще, а сейчас, спокойной ночи,- Гермиона поднялась и пошла к двери.
-Грейнджер, ты что-то рано ложишься.- Я чувствовал себя брошенным и преданным, в общем, зайцем, которого хозяйка жестоко бросила под дождем.
-Малфой, мне надо писать, до завтра,- Грейнджер ушла какая-то рассеянная. Я смотрел ей вслед. Взгляд уперся в закрывшуюся дверь. Чего-то я видимо не понимаю.
Грейнджер, которую не волнуют книги, это как-то даже подозрительно. Но что делать. Я пошел спать. Наивный. Уснешь, как же. У Гермионы полночи горел свет и играла тихая музыка, я ворочался с боку на бок изо всех сил подавляя желание встать и отправиться «в гости». Почему-то мне казалось, что мне не будут рады.
Утром гриффиндорка вышла к завтраку бодрая и веселая. Я с кислой миной пытался жевать столь ненавистную овсянку. Не выспался, и это мягко сказано. А почему она после 4 часов сна была такой бодрой, это было интересно.
-Малфой,- Гермиона заглянула мне в тарелку через плечо и оценила расстроенный взгляд, которым я изучал обилие каши,- выкинь овсянку в окно!
-Что? -Я изумленно воззрился на Грейнджер.
-Завтрак должен радовать и поднимать настроение.- Гермиона наставительно подняла палец, накладывая себе ассорти сладостей.- Вот ты что любишь?
«Не что, а кого, тебя я люблю»,- хотелось ответить мне.
Гермиона ждала ответа, я чуть не ляпнул «овсянку», потому что под ее пристальным взглядом умудрился позабыть даже вопрос.
Вдруг она улыбнулась: - Шоколадный торт! Точно, я помню, в школе ты не мог от него оторваться.
Я порадовался, что она помнит какие-то мелочи о нашем школьном периоде жизни- значит я был ей небезразличен? Хотелось бы надеться. Я приструнил верещащий в восторге полный оптимизма внутренний голос.
-Займемся книгами, или лучше погуляем? Погода хорошая,- неуверенно предложил я.
-Погуляем.- Гермиона была как-то непривычно уверена и решительна.- Я только накину мантию.
Она вышла.
Потом мы гуляли, она расспрашивала меня о семье, не с жадным любопытством, каким отличались репортеры ,а спокойно и доброжелательно, как будто на самом деле хотела знать.
Я рассказывал ей о том, как мы спокойно жили, пока я был маленьким, о том, что в Имении заливали каток, и на Рождество был полон дом гостей. Поэтому, поступив в школу, я знал почти всех моих однокурсников. Даже Лаванда и Финиган с удовольствием проводили у нас время. Потом все изменилось. Отец поверил Темному лорду, ему хотелось все больше власти, все больше влияния. Мать пыталась уговорить его отступить, он не слушал.
Я вдруг осознал, что стою, уставясь на озеро и прижимаясь щекой к шершавой коре дуба, а Гермиона успокаивающе гладит меня по спине.
-Вот так мы оказались там, где сейчас,- неловко закончил я.
Вот тебе и Красавица с чудовищем. Все получалось по сценарию, но я вдруг осознал ,что не желаю быть объектом ее сострадания. «Жалость» и «Малфой»- два слова антагониста. Они не совместимы. Я был глуп, пытаясь таким образом заинтересовать Гермиону, мне не нужна была жалость, я хотел ее любви.
-Забудь,- я резко выдохнул, отвернулся и зашагал к имению.
-Драко, не надо,- Гермиона догнала меня у ворот и взяла за руку, - не сердись.
-Не буду, если расскажешь чем ты все время пишешь.
Она смутилась и покраснела,- тебе будет неинтересно.
Я засмеялся:- Ты даже преставать не можешь себе насколько мне интересно.
Она улыбнулась,- хорошо, я расскажу тебе вечером.
Я раздраженно вздохнул:- Опять вечером? А потом ты сбежишь, как Золушка с бала?
Гермиона успокоительно улыбнулась и похлопала меня по руке: - Но ты же знаешь, где меня найти, и тебе для этого даже туфелька не нужна.
«Это точно,- подумал я,- туфелька мне не нужна». Я и так знал кого люблю. Жаль, что я не принц, теперь даже не слизеринский принц и претендовать на любовь моей кареглазой принцессы - неслыханная наглость для разорившегося неудачника с подмоченной репутацией. Я встряхнул головой, отбросил хандру и отправился вслед за Гермионой в библиотеку.
Остаток дня мы провели за разбором и оценкой книг, отобрали для продажи редкий справочник лекарственных растений и календарь Якова Брюса. Гермиона сказала, что на деньги вырученные от продажи одной только из этих книг можно будет спокойно жить во Франции полгода. Я не стал огорчать ее, что с запросами моих родителей этой суммы вряд ли хватит и на неделю. Но, в конце концов, главной целью моей работы в библиотеке были отнюдь не книг, и уж точно - не деньги.
Вечером после ужина Гермиона поднялась. Я уже ждал «спокойной ночи», но она сказала: - Пойдем.
Что я себе нафантазировал, пока она вела меня в спальню, вам лучше не знать. Мне и себе то признаться во всем стыдно. А она усадила меня в кресло у камина , принесла тетрадь и шкатулку.
-Вот, - начала Грейнджер, - я обещала тебе рассказать. Это бабушкина шкатулка. Она писала сказки для детей, и когда она работала, эта шкатулка всегда наигрывала ей мелодию. Я раньше думала, что это был такой ее способ дать нам понять, что ее не следует беспокоить. Я точно помню, что только услышав мелодию под дверью кабинета, уже знала, что мешать бабушке нельзя. Теперь,- она улыбнулась и погладила бок шкатулки (мне показалось, что та тихонько заурчала как кошка), я знаю, что все совсем не так. Шкатулка действительно нужна, но она не ограждает, нет, она навевает образы. Когда я слушаю ее, в голове рождаются истории и все что нужно: просто записывать. Главное - успеть.
-Так вот почему такой стенографический почерк,- я смотрел на открытую страницу ее тетради,- ты тоже пишешь сказки?
Гермиона улыбнулась: - В некотором роде. Я пишу истории о любви, со счастливым концом.
Я понял брови: - Что, все умерли в один день?
-Нет, - она рассмеялась, - чаще всего они заканчиваются свадьбой.
-Ну естественно,- я скептически смотрел на нее,- ведь после свадьбы начинается реальная жизнь. Куда уж там сказкам. Два года женаты, потом развод, раздел счетов, ребенка отдают матери, на тебе алименты до совершеннолетия, но видеться со своим сыном ты можешь только под присмотром адвоката.- Я сам удивился злобности прозвучавшей в моем голосе.
-Малфой,- Гермиона огорченно смотрела на меня,- у тебя что какие-то личные воспоминания?
Я смутился. Да. Личные. А что вы хотите. Я бы женат. Конечно, на слизеринке. Конечно, на Алисии Гринграсс. Родители были в восторге: большое состояние, старинная чистокровная семья, отличные связи в министерстве. Все это не помешало моей идеальной женушке свалить от меня при малейшем ухудшении положения моей семьи. Потом я узнал что она умудрилась за эти два года закрутить с грумом, поваром и дворецким. Ха: «идеальное воспитание, «отличные связи». И вправду связи были хоть куда и все - на стороне. Но суд все равно оставил Скорпиуса с матерью. И теперь мы виделись только по выходным.
Все это я рассказал Грейнджер, меланхолично глядя в огонь камина. Хорошо что она все это никак не комментировала, хотя взглянув на нее, я увидел в ее глазах горячее сочувствие.
Опять жалось! Да что ж такое! Хотелось побиться головой о подлокотник кресла или разбить пару вазочек. «Но я не истеричная барышня»,- напомнил я себе. А потому встал и церемонно откланялся. Гермиона проводила меня внимательным взглядом.
Утром все было хорошо.
Овсянку я с ходу отправил в окно, а явившемуся рассерженному эльфу-повару заявил, что если еще раз найду не столе овсянку во время завтрака, то одену всю кастрюлю каши ему на голову. Эльф проникся и обещал больше каши не готовить.
Гермиона сегодня выглядела особенно уютно в темно-синем шерстяном платье и бархатных пантуфлях. Я помечтал, что вот бы мы поженились и она всегда так выходила к завтраку.
Заглянув в мою чашку, она заявила, что пить эспрессо по утрам - нонсенс и принесла мне большую чашку мокко с шапкой пены. Решительно отметая любые возражения, заставила меня сделать большой глоток этой странной смеси кофе и какао. Как ни странно - мне понравилось. Похоже Грейнджер задалась целью то ли подсадить меня на сладкое, то ли – сломать стереотипы моей жизни. Я был не против, пусть делает что хочет, только бы задержалась подольше.
Сегодня я придумал катание на лодке в лес на той стороне озера. Она отказалась, сказав, что не особенно любит воду, ей все кажется, что лодка перевернется, и она утонет. Я сделал мысленную заметку – научить ее плавать, когда потеплеет. И улыбнулся: «Строишь планы, Малфой? А почему бы и нет,- сам себе ответил саркастично,- это лучше, чем рыдать по несбыточному». Хороший тост: «за сбычу мечт»- пора бы его возвести в ранг девиза Малфоев.
Мы отправились в парк. Прошли по старинной лестнице, ступени которой успели основательно зарасти сорняками. Я попытался смущенно заявить, что завтра же все здесь приведут в порядок, но Гермиона, успокаивающе взяв меня под локоть, сказала что так ей нравится больше. «Ну что ж - прощай лестница, не видать тебе скребка и метлы, раз Гермионе ты нравишься в запущенном состоянии». Я прижал руку Гермионы к своему боку и довольный потопал дальше.
Днем мы вновь разбирали книги, а вечером она согласилась почитать мне. Я слушал с удовольствием не столько текст, сколько тембр и ритм ее голоса. Хвалил. Она улыбнулась и пояснила, что каждая история касается какой-то знакомой ей пары или человека -иносказательно. Она описывает их отношения, иногда что-то добавляя или убирая, а потом после того как рассказ написан и прочитан, в реальной жизни персонажей происходят изменения, такие, как в книге.
-Поэтому,- добавила Гремлина, - я пишу сказки только со счастливым концом.
Она задумалась, посмотрела на меня и добавила: - Я напишу про тебя.
-Не надо, пожалуйста,- я и правда испугался,- я не хочу мириться с Алисией.
-И не надо.- Гермиона лукаво улыбнулась,- обещаю, Алисии не будет.
-Хорошо,- я успокоился, потом задумался,- а о чем ты тогда напишешь?
Сам же хотел спросить: - О ком?
-Узнаешь,- гриффиндорка встала, чмокнула меня в висок и ушла.
До поздней ночи из-под двери ее комнаты неслась мелодия музыкальной шкатулки, а я мечтал, что же она напишет.
Утром овсянки на столе не было, а в кружке был горячий шоколад. «Жизнь налаживается»,- отметил я.
Гермиона вышла сонная, но какая-то светящаяся. Я любовался ею, когда раздался звонок в дверь.
Явилась Алисия. Я возмущенно воззрился на Грейнджер: «Ты обещала!»
Та выглядела удивленной, но не испуганной: «Честное слово, это не я».
Алисия с усмешкой оглядела уютное домашнее платье Гермионы.
-Я вижу ты тут не скучал, дорогой, завел себе «»мамочку». Так она всегда презрительно именовала девушек с неидеальной на ее взгляд внешностью- т.е. не похожих лицом на лошадь, а фигурой на фонарный столб.
Я молча поднял брови.
-Срок выплат по алиментам через 10 дней, что еще могло привести тебя в мой дом, дорогая?- яду в моем голосе позавидовала бы и королевская кобра.
-Дались мне твои алименты.- Алисия гордо поправила манто из бежевой норки.- Я выхожу замуж, он граф, поэтому,- движение за спину,- вот, забирай.
Она выпихнула вперед маленького светловолосого мальчика с испуганными серыми глазами.
-Скорпиус,- я шагнул вперед.
-Папа, - ребенок уткнулся лбом мне в колени. Я поднял его, он крепко уцепился мне за шею.
-В общем, мне некогда им заниматься, да и Патрик против чужих детей, так что пусть он поживет у тебя.
-Нет.
От решительного голоса Грейнджер я остолбенел, она что - против ребенка? Мне показалось, я сейчас рухну где стоял, но Гермиона продолжила:
-Сейчас мистер Малфой вызовет адвокатов, и вы составите нотариально заверенный отказ от прав на ребенка в пользу его отца.
Голос Грейнджер был арктически холоден и спокоен. Я хлопал глазами не хуже Скорпиуса.
Алисия удивленно окинула Грейнджер взглядом:
-Была не права, ты не ромашка, а вполне себе щучка. Ладно, давайте вашего нотариуса, только быстро, у меня еще маникюр.
На этих словах Грейнджер поморщилась. Я понял, ее перекосило от того что Алисия оценила отказ от ребенка делом менее важным, чем маникюр. Я не удивился. За 2 года я успел отлично узнать Алисию.
Отказ был составлен и подписан. Алисия ушла из моей жизни, зато вернулся Скорпиус. Теперь - навсегда. Я не мог поверить своему счастью, но нервничал, как воспримет ребенка Гермиона.
А та уже серьезно о чем –то болтала с моим мальчиком, он вел ее за руку, они шли по саду поминутно останавливаясь, чтобы рассмотреть травинки и жуков. «А может все будет хорошо?»- мне хотелось поверить в сказку со счастливым концом.
Вечером, поужинав втроем, мы пошли укладывать Скорпиуса. Гермиона читала ему сказку о принцессе на горошине, а я слушал, смотрел на нее и посапывающего сына и думал, как же я в свое время умудрился попасть на удочку к такой вот мнимой принцессе Алисии. Она правда всегда была не довольна: постель ей была не ортопедическая, шубка не того оттенка, ужин не на том фарфоре ит.д. и т.п. Вылитая «принцесса на горошине».
«Хотя,- философски подумал я,- не будь ее, не посапывал бы сейчас в своей кроватке маленький Скорпиус. Воистину - все что ни делается - к лучшему».
Сын уснул. Гермиона закончила сказку, поцеловала Скорпиуса в лоб и подоткнула ему одеяло. Я смотрел на ее действия, и мое сердце переполняла нежность к моей смелой и решительной гриффиндорке, которая как львица бросилась на защиту прав моего сына.
Может быть - нашего сына? Я опять размечтался. Их нее вышла бы хорошая мать, я был в этом уверен.
А потом она позвала меня в свою комнату. Я уже и не мечтал. Просто сидеть у камина и слушать ее голос было замечательно. Она усадила меня на диван, сама устроилась здесь же, вытянув ноги и подсунув под меня холодные лапы, и принялась читать. Она читала, а я узнавал: приезд Алисии, возвращение Скорпуиса, прогулку по саду и сказку на ночь. Но она – продолжила. Она рисовала перед моим мысленным взором картины нашего будущего: свадьба, еще дети, большая семья, каток зимой и полон дом гостей на Рождество. Она читала и читала, о том, что нам никогда не дадут выспаться в выходной, потому что чьи-то маленькие ножки будут протопывать по коридору имения в сторону нашей спальни, и чаще не одни, а сразу несколько пар. Мы будем просыпаться от тихого шебуршания под дверью, пока дети будут решать: можно ли разбудить маму с папой или все-таки нет.
Она читала, а я видел, как отворится дверь и маленькие разбойники возьмут штурмом родительскую постель порядком оттоптав при этом мне ноги. За ними ворвется ретривер Пушок и тихо просочится кошка с очками вокруг глаз, вылитая Макгонагл.
Она читала, а мне слышались наши разговоры по утрам - кто ведет детей по магазинам (к школе надо купить учебники и мантии), и наши с ней вечерние беседы (как там дети в Хогвартсе), и чтение писем от Скорпиуса, Розы, Драко младшего и малышки Лили. За Лили я больше всего буду переживать, она так похожа на Гермиону - сплошная ответственность и жертвенная любовь.
Но все будет хорошо. Альбус Северус Поттер за ней присмотрит, ради этого я даже подружусь с Гарри, и да, когда-нибудь мы с ним породнимся.
Все это видел я, когда моя радость и будущая жена читала мне свою историю из тетради в цветочек, и я радовался, что она так любит сказки- со счастливым концом.

Пожалуйста ,если берете себе-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо.

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

09:15 

ГГ/ДМ "Проведи со мной день". Фанфик по ГП.

-Гермиона, проведи со мной день
Грейнджер от неожиданности едва не выронила книги, которые должна была вернуть в библиотеку.
-Малфой, ты чего? Очень хотелось сказать «рехнулся», но как-то было странно самой ругать слизеринца, а не слушать оскорбления от него. И она - промолчала.
-Не отказывай. У меня сегодня день рождения.- Драко выглядел непривычно смирно. Он стоял, поглядывая на нее снизу вверх из-под длинной челки.
Гермиона очень хотела сказать «нет», но не смогла с ходу придумать убедительную причину для отказа. Нельзя же сказать: «Я с тобой не пойду, мне заниматься надо». Не сработает. Все и так знают, что она целыми днями просиживает в библиотеке. Плюс-минус один вечер – никак не повлияют на итоговые отметки. Это совершенно ясно, а больше ничего убедительного с ходу на ум не пришло. Грейнджер обреченно кивнула.
Малфой просиял:
-Встречаемся у ворот замка после занятий. Разрешение у Дамблдора я взял. И, Грейнджер, оденься потеплее.
Гермиона кивнула и пошла в библиотеку, думая по пути, не решил ли Малфой заманить ее в лес и оставить там ,чтобы она замерзла насмерть. Что –то он слишком обрадовался ее согласию. «Хотя,- утешила себя гриффиндорка, тогда он вряд ли стал бы советовать мне одеться потеплее».
А Малфой все так же стоял в коридоре у статуи горбатой ведьмы и думал, что день обещает быть интересным. Впервые за все годы он собирался в день рождения делать то , что он хочет ,а не то, что положено, и- быть с кем хочет ,а не с кем принято и можно завести полезные связи.
В 16 00 Гермиона ждала у ворот замка. Малфоя не было.
«Какая же я идиотка, он просто меня разыграл. Сейчас, наверное, прячется со своими дружками за колоннами и хихикает от восторга». Гермиона развернулась, чтобы уйти и увидела бегущего со всех ног Малфоя.
-Прости,- запыхавшись проговорил он. Видимо он действительно очень спешил , никак не мог отдышаться и даже оперся ладонями в колени и наклонился вперед ,чтобы восстановить дыхание, как бегун, заканчивая длинную дистанцию.
Малфой выпрямился и улыбнулся:
-Никак не мог отделаться от Кребба с Гойлом, они очень хотели присоединиться к нашей прогулке. Но я объяснил, что у нас свидание.
-А у нас свидание?- удивленно уточнила Гермиона.
-Когда парень куда-то приглашает девушку, и она соглашается, это обычно и называют свиданием, - наставительно заметил слизеринец.- Так что, Грейнджер, да, у нас свидание. И не спорь!- Он поднял руку, отметая любые возражения.
-Расслабься, Грейнджер. Я не кусаюсь, хотя и хорек.
Гермиона испуганно посмотрела на Драко. Малфой улыбался.- Ну да, я знаю свое прозвище. И, знаешь, это не самое худшее, что могло со мной случиться. Хорьки в принципе симпатичные,- продолжал слизеринец, подавая Гермионе руку чтобы помочь спуститься по обледенелой дорожке.
Он примирительно улыбнулся и добавил:
-Поверить не могу, что ты меня послушалась.
Гермиона подняла брови.
-Я о мантии.- Он оглядел ее теплую зимнюю мантию, - синий тебе к лицу.
Гермиона молча приняла поддерживающую руку, и, спускаясь по направлению к Хогсмиду, думала, что сегодня небывалый день.
Малфой позвал ее на свидание. Уже это выходило за все рамки вероятности.
Малфой извинился за опоздание. А ведь все знают - Малфои не извиняются.
Малфой не злился на свое прозвище, прилипшее к нему, кстати, с ее легкой руки. И даже сделал ей комплемент, что, вообще, нонсенс.
Когда они дошли до деревенских ворот, Гермиона ожидающе посмотрела на Драко. Она хотела знать, куда они пойдут: в Сладкой королевство, в кафе мадам Паддифутт или в паб «Кабанья голова». Вместо этого Малфой свернул к вокзалу.
- Драко,- Гермиона решила уточнить, - куда мы идем?
- Мы едем, Грейнджер,- Малфой усмехнулся, - в Лондон.- И предупреждая следующий вопрос, добавил:
-Я не говорил, что вечер мы проведем в Хогсмиде. Обещаю, к 11 я верну тебя в гостиную гриффиндора. Поттер может быть спокоен. С его мисс ничего не случится.
-Я не его мисс, как ты выразился,- Гермиона решила уточнить, еще не обдумав, обиделась она или нет.- Мы просто друзья.
-Ага,- Малфой не спорил,- ты хоть видела, как он на тебя смотрит?
-Как?- заинтересовалась Гермиона.
Малфой помрачнел:- Забудь!
Грейнджер удивленно посмотрела на Малфоя. «Он что - ревнует? Ну нет, этого не может быть. Он же ее едва замечает. Ничего кроме грязнокровки« она от него за эти годы и не слышала. Нет,- Гермиона помотала головой.- Бред».
Поезд прибыл через 10 минут. Замерзнуть они не успели. В купе они оказались одни. Это было странно - путешествовать в почти пустом поезде, все-таки обычно они ездили в нем с толпой однокурсников.
Они устроились напротив друг друга. Малфой молча рассматривал Гермиону. После того, как он, как джентльмен, помог ей снять теплый плащ, он будто воды в рот набрал.
Гермионе было неуютно под столь пристальным взглядом, она пыталась найти тему для разговора и тут очень удачно заглянула приветливая волшебница с тележкой сладостей.
-Желаете чего-нибудь, голубки?
Малфой отрицательно качнул головой но Гермиона, вспомнив Рона и Гарри, которые, как все мальчишки, обожали сладкое, решительно сказала:
-Да. Нам, пожалуйста ,6 шоколадных лягушек и лакричные конфеты.
Она потянулась за деньгами, но Малфой расплатился укорив ее:
-Не позорь меня, Грейнджер. Еще не хватало, чтобы девушка в моем присутствии сама за себя платила.
Гермиона рассмеялась:
-Вообще то я хотела угостить тебя. Торта здесь нет, так можно обойтись шоколадной лягушкой. Но теперь даже не знаю - ты сам их купил. Угощать тебя твоими же сладостями, это как-то очень по-слизерински.
Малфой улыбнулся и предложил:
- Давай забудем, что я за них расплатился. Что ты хотела устроить?
Гермиона с хитрой улыбкой разглядывала его:
-Я хотела предложить соревнование на время- кто за 2 минуты осилит больше шоколадных лягушек.
-Да?- Драко скептически смотрел на нее. А лакричные конфеты зачем?
Гермиона покаянно призналась:
-Вообще то я рассчитывала, что всех лягушек одолеешь ты один ,а я отделаюсь парой карамелек.
Малфой огорченно разглядывал сладости:
-То есть, я теперь не прост хорек, а Рики-тики-тави, победитель шоколадных лягушек?
Он так обиженно разглядывал Грейнджер из-под челки, что Гермиона сдалась.
-Ладно, Малфой, я же пошутила.
Он рассмеялся: - Я, вообще то, тоже. И да, я не против соревнования, только если ты присоединишься.
-Идет, - Гермиона потянулась и взяла одну шоколадку.- Начали!
Конечно, Малфой победил. И, конечно, как все мальчишки он любил шоколад, это было видно по его счастливой улыбке.
Гермиона слегка расслабилась. И - напрасно. Оглядев Грейнджер, Малфой серьезно заявил:
-Гермиона, теперь мы с тобой в некотором роде - одной крови.
-Что?- гриффиндора чуть не подавилась конфетой.
А Малфой продолжал с серьезной миной:
-А что, я - истребитель лягушек, ты - тоже. Я Рикки-тики-как-его-там, и ты теперь тоже. Значит мы родственники - два мангуста - слизеринский и гриффиндорский едем в одной купе.
Малфой задумался: -А неплохая сказочка бы получилась, верно?
Гермиона рассматривала Драко Малфоя и думала, что вот сегодня он опять говорит о крови - его любимая тема, но ракурс ,который он выбрал, совершенно сбивал ее с толку. Она не знала, что и подумать.
«Кто ты и что сделал с настоящим Малфоем»,- хотелось спросить ей. Но она промолчала. А вдруг сегодня в первый раз в жизни она как - раз и видит настоящего Драко Малфоя?
Они уже подъезжали к Кингс-Кросс, а она и не заметила, как быстро прошло время. Странно. Ей казалось она с трудом вытерпит Малфоя два часа, но вот уже прошло гораздо больше времени ,а она чувствовала себя с ним уютно и спокойно ,он совершенно не напрягал ее Это было непривычно и странно.
-«Все страньше и страньше»- вспомнила она слова Алисы из книги Кэррола. В детстве это была ее любимая книга. Похоже все странности сегодня решили сконцентрироваться рядом с ними - с ней и Драко.
Малфой помог ей надеть плащ, на миг задержав руки на ее плечах. Потом развернул, оглядел с ног до головы, заправил за ухо непослушный локон и улыбнулся.
-Ну что, Малфой, я соответствую твоим высоким стандартам?
-О да, более чем,- Малфой улыбнулся,- и тебе не надо соответствовать каким-либо стандартам - моим или чьим-то еще, просто будь собой. И они вышли на платформу девять и три четверти.
-Куда мы, Малфой?
Гермиона уже автоматически взяла Драко под локоть - на улице было скользко и дуло, а от его руки распространялось успокаивающее тепло.
-Я хотел бы сводить тебя в свой любимый парк. Там есть несколько дорогих мне мест. Мне бы очень хотелось быть там сегодня с тобой,- добавил он.
-Хорошо,- Гермиона же совсем успокоилась и была вовсе даже не против парка.- Ведите меня принц.
-Как прикажете, моя королева.- Малфой поддержал ее игру с улыбкой, утянув по старинной горбатой улочке.
До парка они дошли минут за 15.
-Я и не знала, что рядом с Кингс-Кросс есть такое замечательное место. – Гермиона шла и осматривалась. Парк окружал старинный кованный забор, ворота открылись с тихим скрипом. Несмотря на будний день по тропинкам бродило довольно много народа. Но Малфой свернул с главной аллеи к малозаметной тропинке под соснами, роняющими хлопья снега на случайных путников, и потянул ее вправо.
Они медленно шли по петляющей тропинке, и Гермионе вдруг показалось, что они как та старая семенная пара, что недавно прошла мимо и рассматривала их с доброй улыбкой. Будто они давно женаты, живут поблизости в том старинном бледно-розовом доме с белыми лепными украшениями, мимо которого они проходили по пути в парк. Ей показалось, что уже много лет они так каждый вечер гуляют в этом парке. А потом вернутся домой и будут читать письма, полученные от детей из Хогвартса. Скорпиус будет жаловаться, что он все же попал в Слизерин и Драко придется писать ему успокоительное письмо, А Роза будет рассказывать, как они подружились с Альбусом Северусом Поттером, и Малфой будет кривиться, когда она, смеясь, заметит:
-Вот будет здорово, если вы с Гарри породнитесь.
Они остановились. Гермиона вынырнула из задумчивости, поражаясь яркости настигнувшего ее видения. Они стояли перед старинным мостом, перекинутым через небольшой ручей.
На мосту, смеясь, стояла пара, парень обнимал девушку и что-то шептал, а она улыбалась и заглядывала ему в глаза.
-Мост влюбленных,- шепнул Малфой на ухо Грейнджер .-Постоим на не ,ты не возражаешь?- Он за руку потянул ее на мостик. Тот крутой и засыпанный снегом не хотел поддаваться ее каблукам. Тогда Малфой со вздохом подхватил Гермиону на руки. Она от неожиданности ахнула и обвила его руками за шею. Он удовлетворенно улыбнулся и взошел на мост со своим трофеем.
Парень и девушка с улыбкой смотрели на них: - Молодожены?
- Не совсем, - с улыбкой ответил Малфой.- Но я надеюсь.
Молодежь засмеялась. Гермиона решила поддержать шутку:
-О да, как только закончим школу, так и поженимся.
Малфой смотрел на нее с веселым изумлением в глазах:
-Грейнджер, я тебя за язык не тянул. Но учти - все, что сказано на этом мосту - подлежит обязательному исполнению.
Гермиона испуганно уставилась на него. Парень, обнимавший девушку, согласно кивнул: «Мол, правда».
-Расслабься, Грейнджер, до конца учебы еще год. Ты привыкнешь.- Малфой весело улыбнулся. Гермиона поняла, что это все-таки шутка. «Очень в Малфоевском стиле»- оценила она, а вслух произнесла:
-Может уже поставишь меня на ноги, а, Малфой?
-Ну нет, свою будущую миссис Малфой я буду носить на руках ,по крайней мере пока с моста не сойдем. Уж очень скользкий.
На этих словах Малфой поскользнулся и рухнул на спину. Гермиона приземлилась ему на грудь, основательно заехав локтем в солнечное сплетение. Он охнул.
-Драко, больно, голова?- она очень испугалась и постаралась поскорее извернуться, чтобы его осмотреть.
Малфой обнял ее не дав подняться.- Не кипиши, Грейнджер, все в порядке. Я живой. Давай лучше ангелов делать. Ты умеешь делать ангелов?
Малфой смотрел на нее снизу вверх очень близко.
-Я то умею, Малфой, а вот ты откуда все это знаешь? Это же детское магловское развлечение: копание в снегу, постройка снежных крепостей и рисование ангелов раскинутыми руками.
-Ты не поверишь, Грейнджер,- конспиративным шепотом ответил Малфой,- но я тоже был ребенком.
-И похоже еще не вырос.- Гермиона отодвинулась.- Вставай, Малфой, простудишься.
Драко кряхтя, поднялся. Похоже, он все-таки отбил себе спину.
-И совсем-то ты не романтичная. Грейнджер.- Малфой говорил жалобно, но весь его вид показывал, что он прямо-таки лучится от удовольствия.- Идем дальше.
-А это что, еще не все?
-Нет, сейчас я покажу тебе что-то особенное.
-Волшебное?- с усмешкой добавила Грейнджер.
-Именно,- Малфой был само обаяние,- и я гарантирую, такого даже ты не встречала.
И он подвел ее к фонтану.
Ну да, Малфой, незамерзающий фонтан посреди зимы, это, конечно, здорово, но что в нем чудесного? Это просто вода с особыми добавками.- Гермиона принялась вспоминать курс химии, собираясь объяснить слизеринцу принцип управления агрегатными состояниями вещества, но он перебил ее, подтащив к чаше фонтана:
-Посмотри в воду, пожалуйста.
Грейнджер наклонилась и увидела волшебный замок. Он отражался в воде. Подняла голову - замка не было. Посмотрела в фонтан- замок как в фильмах Диснея - абсолютно сказочный.
-Драко, как?- Она потрясенно уставилась на Малфоя.
-Что ты видишь, опиши.- Он смотрел серьезно и очень заинтересованно.
-Замок как в сказке,- она растерянно смотрела на него.
Малфой широко улыбнулся и выдохнул: - хорошо1
-Объясни мне, что все это значит?- Гермиона расстроилась. Она не любила, когда чего-то не понимала.
-Все просто,- Малфой успокаивающе взял ее за руку.- Это волшебный фонтан, его еще называют «родственный души». Люди близкие душевно, обычно видят в нем одно и то же.
-А что ты видишь в нем?- Гермиона смотрела внимательно.
Замок как в сказке Диснея.- Малфой извиняющее улыбнулся. - Я не специально.
Гермиона опустила взгляд.
-Не переживай, пожалуйста.- Малфой присел на корточки и заглянул снизу вверх ей в глаза.- Обещая, больше никаких испытаний, только радости.
-Что, нас ждем еще что-то особенное?- Гермиона смотрела очень подозрительно.
-Обязательно,- Малфой улыбнулся,- сегодня же мой день рождения. Идем.
Они пошли по аллее, обогнули заросли какой-то душистой подсохшей травы и вышли к дереву. Это было очень необычное - железное дерево, даже листья на нем позвякивали при дуновении ветерка, а еще на ветке сидела железная курица с ярко блестевшими крыльями.
-Что это?- потрясенно спросила Гермиона.
-Дерево желаний.- Малфой взглянул на нее.- Загадай желание, потри крыло курицы, и оно непременно исполнится.
Гермиона подошла, посмотрела задумчиво на курицу, потом легко улыбнулась и потерла ее крыло: «Пусть сбудется то, что я видела, когда мы шли по петляющей тропинке, и пусть все будет хорошо».
Она обернулась к Малфою: А что ты загадаешь?
-А я уже загадал до этого.- Он спрятал руки в карманы и рассматривал ее с улыбкой. Вообще, он сегодня много улыбался.
-И как?
-Все исполнилось.
-Что?- Грейнджер не удержалась, что поделаешь - любопытство у отличниц в крови.
- Я загадал, чтобы ты провела со мной вечер в мой день рождения. И вот ты - здесь.
Это как-то мало для деньрожденьевского желания. В рубежный день можно просить самое – самое и все обязательно исполнится.
-Тогда, - Драко тронул курицу за крыло,- я прошу чтобы гриффиндора Гермиона Джин Грейнджер исполнила свое обещание, дано не намосту влюбленных.
Он договорил и застенчиво поднял на нее взгляд.- Ты не отказывайся сразу, пожалуйста, присмотрись, вдруг я тебе еще и понравлюсь?
-Ты и так мне нравишься, Драко, особенно, когда не строишь из себя придурка, - с извиняющей улыбкой ответила Гермиона.
Драко просиял:
-Прекрасно, тогда идем пить кофе и есть торт.
-Торт? Ты не наелся лягушками?
Малфой оскорблено замер:
-У тебя отвратительная манера настойчиво напоминать мне, что я хорек.
-Не хорек, а мангуст.
-Один фиг, грызун. Фу. Хочу торт! Кто мне обещал, что сегодня все желания сбываются?
Будет тебе торт, сластена.
Малфой довольно улыбнулся и потащил Гермиону в любимое французское кафе. Там они пили кофе и шоколад, ели торт и птифуры, болтали и много смеялись.
Потом Гермиона не могла вспомнить о чем они говорили - так, «болтовня ни о чем», но эта ниочемная болтовня значила для нее больше, чем все разговоры по существу с Роном.
Зря она вспомнила об Уизли. Он то и поднял скандал, когда утром в гриффиндорской гостиной обнаружил в кресле спящих в обнимку под одним пледом Драко и Гермиону.
Как ни успокаивала Грейнджер Рона, что Драко просто проводил ее до гостиной, еще и 11 не было и просто остался поболтать, да так и уснул, Уизли все равно верещал о том, что Малфой непременно хочет использовать ее в своих целях.
Доведенная Гермиона заорала в ответ:
-Да, хочет, жениться он на меня хочет. И я сказала: «да»!
Рон потрясенно умолк. Малфой вскочил из кресла, сцапал Гермиону и закружил:
-Согласилась, согласилась, я слышал, при свидетелях. Теперь не отвертишься.
-Это ты не отвертишься,- ответила Гермиона и поцеловала Драко Малфоя. Портрет Гриффиндора потрясенно хлопал глазами.

Пожалуйста ,если берете себе-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо.

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

09:12 

ГГ/ДМ "Театр". Фанфик по ГП.

-А она забавная,- Малфой младший рассматривал смешную кудрявую девчушку разыскивающую по всему поезду жабу какого-то неудачника.
Это было до распределения. Она попала в Гриффиндор, а значит по определению должна была превратиться во врага. Сам он конечно - же оказался в Слизерине. Если бы он промахнулся, отец бы его убил.
Потом Малфой узнал, что улыбчивая девчушка - магглорожденная. Это должно было поставить крест на любых отношениях между ними, но этого не произошло.
Внешне - да, они враждовали. Он обзывал ее, задирался и пакостил. Она кривила губы, обливала презрительным молчанием и однажды прилюдно врезала ему по лицу. Это был театр. Он восхищался ею.
-Сцена по тебе плачет, Грейнджер,- говорил он ей с любовью, когда они встречались тет-а-тет. Гермиона смеялась и лохматила пальцами его уложенные волосы:- А тебе остро необходим стилист, Малфой. Разве можно выглядеть так до отвращения идеально?
Встречи были редкими и за то малое время, что было им дано, они не успевали наговориться.
Каждый раз расставаясь с ней он чувствовал острый укол в груди. Опять придется говорить гадости и наблюдать как она ходит с Поттером.
Вот пожалуй кого он действительно терпеть не мог. И дело было вовсе не в звездном статусе четырехглазого, а том, что тот- счастливчик - мог быть с Гермионой сколько хотел - открыто не прячась, не воруя украдкой минуты свидания.
А еще Малфой видел как она смотрит на Поттера, как обнимает его в большом зале, как смеется, сидя за столом Гриффиндора между Поттером и Уизли.
Его смешная девочка…. Она была совершенно необыкновенная, ничем не похожая на других. Когда она читала ему свои истории , который украдкой писала, сидя в кровати по вечерам, он осознавал, что вполне способен поверить ,что в обыкновенном подвале может разместиться целое королевство, как было в одной из ее историй, или - что на чердаке ничем не примечательного дома обитает ангел-хранитель.
Это она была ангелом-хранителем своих мальчишек. Он тешил себя надеждой, что тоже может быть причислен к их золотому кругу.
Она помогала Уизли заклинаниями, она целовала в макушку едва не утонувшего Поттера на турнире трех волшебников. Драко тогда еще бросил бинокль, наподдал ни в чем не повинному первокурснику, попавшемуся под горячую руку и ушел, не имея сил видеть столь явное проявление любви и заботы со стороны Гермионы - не к нему.
Но и его она охраняла, защищая от него же самого, делая его лучше, не давая скатываться во тьму.
Они продолжали видеться украдкой, оставляя записки под статуей горбатой ведьмы в одном из малопосещаемых закутков Хогвартса.
Он рассказывал ей о родителях, о том, что отец слишком увлекся идеями Темного лорда и его тянет в эту же авантюру.
Она успокаивала, гладя по волосам, и улыбаясь той особенной, предназначенной только ему улыбкой, какой она впервые улыбнулась ему в поезде, разыскивая жабу Невила.
Он был уверен, что никогда не видел такой же улыбки у нее на лице, когда она обращалась к кому-то другому, и ему было отрадно, что есть что-то, кроме тайных свиданий, то предназначено только для них двоих.
Когда Темный лорд возродился, он понял, что детство кончилось. Он просил ее уехать к родителям, бросить школу, она возмущалась и отказывалась. Самоуверенный котенок…. Он боялся за нее. Теперь то и понял, что любит.
-Любишь того за кого страшно,- так всегда говорила Андромеда, сестра Нарциссы. Она не одобряла выбор сестры, но всегда поддерживала ее во всем. По закону любви.
На людях он обзывал Гермиону грязнокровкой, отпускал едкие замечания на зельеварении - о ее неуемной прыти при ответе на вопросы и помогал (якобы!) Амбридж выслеживать отряд Дамблдора. На деле - оставлял записки с предупреждениями о планах Филча, на встречах обнимал и не мог отпустить ее от себя, ему казалось, что с ней непременно что – то случится. После того случая в отделе тайн министерства магии он поседел. Мальчишка с седой прядью в волосах. Удачно, что блондин- почти ничего не заметно.
Он понимал что она не бросит Поттера в его борьбе с Волан-де-Мортом и оттого ненавидел того еще больше. Но при встречах с ней наедине молчал.
Напротив, они много смеялись. Смех помогал преодолевать тревогу, забыть о том что они ходят по тонкому льду над зыбким болотом и казалось, если смеешься, то все не так ужи плохо.

О будущем они не говорили, и это разбивало ему сердце. Иногда ему даже казалось что она использует его чтобы выведывать информацию. Но он отгонял от себя видения, где она обнималась с Поттером, потому - что понимал, иначе он пойдет и прикончит золотого мальчика на месте.
Тяжелее всего стало, когда в школу вернулся Слизнорт. Профессор сразу обратил внимание на одаренную студентку, так же ему льстило и внимание Поттера. Как результат, теперь Гарри и Гермиона проводили еще больше времени вместе.
Малфой бесился. Стараясь не показывать, как его ранит ее общение со старым другом, он отсиживался в туалете Плаксы Миртл.
Было особенно сложно держать себя в рамках, когда она вся необыкновенно красивая шла на бал с Камом или на вечеринку с Макклагеном. Для всех он был холодный и надменный слизеринский принц, который замечает грязнокровку Грейнджер только когда хочет поупражняться в остроумии. Он не мог позволить себе открытое проявление чувств.
А потом ему поручили починить исчезательный шкаф. Он знал что за этим последует падение школ. И он оказался причастен к этому - ради безопасности своей семьи. Не дай Бог никому - выбирать между родителями и любовью.
Он сделал выбор, она тоже. Когда она увидела его на башне, стоящим и направленной на Дамблдора палочкой, такая боль блеснула в ее глазах, как будто все годы, что они были вместе, промелькнули в одно мгновение и – сгорели.
Она выстрелила заклятием, он почувствовал что падает. Он выжил, а она исчезла. Ушла с Уизли и Поттером.
Это было хуже всего. Он мог смириться с тем, что она захотела его убить, он мог пережить то, что она его возненавидела, но мысль о том, что она где-то с Поттером - убивала его медленным ядом.
Он искал ее по всей стране, предполагая что они скрываются в лесах. Однажды нашел ее шарф, обвязанный вокруг дерева. Она оставила метку. Для кого? Ему хотелось надеяться, что для него.
Ему казалось, что она в конце концов должна была понять причины его поступков , и это непонимание и отчуждение, возникшее между ними - уйдет. Только бы они смогли поговорить.
Случай представился…. Лучше бы его не было. Лесники приволокли их на потеху Белатриссе, и Драко вынужден был наблюдать как его безумная тетка мучает его дорогую любимую девочку.
Он забрал ее под предлогом, что доставит в подвал к Поттеру, отвел к себе. Подлечил руку и отправил в безопасное место, к друзьям. За все время она не сказала ему ни слова. Он хотел умереть.
Когда он отправил ее в «Ракушку», то понял, что больше не будет ничего. Никогда.
Не будет редких встреч и нежных записок, не будет посиделок в кафе в Лондоне, где они тайно виделись последние 2 года, не будет никакого будущего: детей, пикника на лужайке и лабрадора по кличке «Пушок».Все закончилось когда он починил исчезательный шкаф. Он выбрал неправильно и теперь ничего не изменить.
Тогда он взял тетрадь и начал писать истории, как когда-то делала она. Он был слишком рационален и практичен чтобы мечтать что его записки могут оказать какое-то влияние на переустройство мира или изменить ее отношение к нему. Он не верил что с помощью бумаги и чернил можно успешно с чем-то бороться, но так же и понимал, что если не выпишет все то, что съедает его на бумагу, то просто сойдет с ума.
И он писал - о том как в первый раз увидел Гермиону в поезде, о том как ему было жаль что она попала на Гриффиндор, о том как его снедала ревность к Поттеру, о том как он боялся за нее, о том что за одну ее улыбку был готов смотреть на мир с совсем иной точки зрения.
Он писал и писал как в лихорадке. Тетрадь в 96 листов закончилась за три дня.. Но он смог жить дальше. Собрался и вернулся в школу. Тетрадь взял с собой, чтобы спрятать потом в выручай - комнате и так похоронить свою любовь.
Эту тетрадь и нашла Гермиона когда, пробравшись с Гарри в Хогвартс через тайный путь из паба «Кабанья голова» искала в выручай-комнате диадему Кандиды Когтевран.
Она прочла ее и отправилась на поиски Малфоя. Они наконец-то поговорили и поняли, что все то, что происходило и их вина. Они не должны были прятаться, скрывать свои чувства и играть во врагов.
-Мы заигрались.
-Все-таки ты слишком хорошая актриса.
И они поцеловались последи главного зала Хогвартса, переполненного людьми готовящимися к защите замка.
Они стояли в круге света. Гермиона в спортивной розовой курточке и джинсах и – Малфой в идеальном черном костюме, и не отрывались друг от друга. Постепенно шум в холле затих. Раздавалось только потрясенное пощелкивание фотоаппарата Колина Квири. А Драко и Гермиона стояли и не размыкали объятий и не отрываясь смотрели друг другу в глаза.
-Ну, я так и думал,- философски заметил Невил Долгопупс, оглядывая влюбленных.- Сразу было понятно что она таскается в теплицы явно не ради меня.
После чего обернулся и проследовал к Лавгуд с предложением руки и сердца.
После этих его слов все выдохнули и рассудив, что на войне и не такое бывает, занялись минированием подходов к замку во главе с мистером Финниганом.
А потом был бой. И Гарри ушел умирать. И при прощании они с Драко пожали друг другу руки и Поттер попросил Малфоя присмотреть за Грейнджер. Они посмотрели друг другу в глаза и поняли ,что той ненависти между ними что была когда-то больше нет Выцвела.
А когда Волан-де-Морт со своими приспешниками ворвался в замок и предложил всем желающим податься в предатели и Люциус звал сына, Драко вышел вперед и встал рядом с Гермионой - рука в руке.
Тому кто пережил рождение и гибель любви, тому кто на страницах своего дневника пытался склеить разбитое сердце, было проще принять смерть, но больше не разлучаться со своей любовью.
Драко стоял крепко сжимая ладонь Гермионы в своей, а в голове проплывали слова: «Любовь не перестает, любовь все покрывает и все терпит, любовь не ищет своего и все побеждает».
Он улыбнулся, и Гермиона ответила ему той самой, предназначенной только ему улыбкой.
Оказывается, он был не прав. С помощью чернил и бумаги можно бороться. Можно победить боль потери, одиночество и ревность, предательство и отчаяние, если в основе всего будет лежать любовь.
Одна мудрая женщина однажды сказала ему, Драко вдруг вспомнил ,будто она шептала ему в ухо: «В каждой истории главное-любовь».
И теперь он выбрал правильно.
Поттер очнулся. Они победили.
Гермиона согласилась выйти замуж за Малфоя.
На свадьбе гулял весь Хогвартс.
Они даже сдали экзамены. Рон ругался сквозь зубы, а Гермиона была счастлива - она получила отлично по всем предметам.
Драко просил Гарри быть шафером на свадьбе и тот согласился. Все налаживалось. Ведь любовь победила. А это - главное.

Пожалуйста, если берете себе-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал.

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

15:46 

Сон в Рождественскую ночь. Пайсано.

Плохое настроение и температура отлично снимаются чтением фанфика по ГП от Пайсано "Сон в Рождественскую ночь".Искать на "Сказках..." Вариации Гарри/ Гермиона и Падма/Энэкен. Ухохоталась. Температура прошла. Вылечила так же подругу. Спасибо Пайсано.

15:11 

ГГ/ДМ "Алые паруса". Фанфик по ГП.

- Ну же, Грейнджер, ты же хотела принца под алыми парусами, так чего удивляешься?- кричал Гермионе Малфой, подплывая на парусной яхте, действительно, с алыми парусами.
-Малфой, ты больной? Я, вообще то, замужем!- Грейнджер рассматривала его с явным удовольствием, то ли издеваясь, то ли любуясь.
-Да меня это не напрягает.- Малфой пришвартовал яхту, спрыгнул на пирс и с довольной улыбкой пошел к Гермионе.
-Ага, а это тебя тоже не напрягает?- Гермиона демонстративно выставила живот.- Седьмой месяц как с куста.
- Принцы они, знаешь ли, в реальности не такие разборчивые, как пишут в сказках.- Малфой подошел, подхватил Грейнджер на руки и, сжав губы, потащил к лодке.
Та верещала и отбивалась, правда не очень настойчиво, боясь, как бы похититель не уронил добычу. Драко внес трофей на палубу, аккуратно поставил на ноги и, окидывая рукой паруса, заявил: - Как заказывали. Получите, распишитесь.
Грейнджер по-хозяйски огляделась.- Оркестр где? В книге был еще оркестр и музыканты играли самую красивую мелодию.
-Айн момент, запамятовал.- Малфой хлопнул себя по лбу, щелкнул пальцами и над яхтой поплыли нежные звуки скрипки.- Теперь довольны, миссис Малфой?
-Вполне, мистер Малфой.- Гермиона рассмеялась и обняла мужа за плечи.- Хотя мог бы так и не напрягаться, я и так знала, что вышла замуж за принца.
Малфой только усмехнулся. Никогда не бывает лишним еще раз подтвердить свой статус. Как и права на законную жену. Хотела алые паруса - получай. И - принца в придачу. Теперь - не отвертится.

Пожалуйста, если скачиваете, указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

15:09 

ГГ/ДМ "Всегда твой". Фанфик по ГП

Гермиона раздраженно просматривала переполненную папку входящих в своем электронном ящике. Почему-то было много сообщений с одного, но не известного адреса. Раздумывая, открыть и почитать, или удалить все скопом, она налила себе кофе, натянула теплые носки - в квартире немилосердно дуло и уселась перед компьютером.
Она до сих пор ощущала себя странно, когда пользовалась ПК. Все-таки столько лет в ее жизни была магия, свечи, волшебные палочки, зелья, и это - вместо электричества, медицинских центров и компьютеров.
После школы пришлось адаптироваться - жить на стыке двух миров. Это было непросто, но она - справилась. И ее все устраивало в той системе, что она выстроила для себя - все было удобно, в соответствии с ее потребностями и вкусами. На работе е ценили, дома - не донимали, и было достаточно свободного времени ,чтобы зарыться в книги.
Вот только - ноутбук. Почта. Эти странные письма и адрес «Всегда твой». Любопытство победило лень, и Гермиона открыла письмо наугад. Судя по тексту - далеко не первое.
Здравствуй, Грейнджер.
Мне странно называть тебя даже так, не говоря уже о Гермионе. Поэтому, пусть будет так. Я скучаю по тебе. Мне не хватает твоих вздернутых при ответе рук, нетерпеливого подпрыгивания на месте, свитков пергамента длиной в два метра.
«Снегг что ли пишет?»- подумала Грейнджер.
…И твоих нежных прикосновений. Меня греет воспоминание о хуке справа.
«Нет, наверное, Малфой»,- все же решила гриффиндорка.
…Может черкнешь пару строк, как твои дела?
Всегда твой.
Гермиона решительно отодвинула ноутбук и отправилась за второй порцией кофе. Необходимо было поразмыслить. Про ответы, руки и свитки явно мог написать Снегг, но - нет. Он же терпеть не мог мои вздернутые в ответе лапы, значит - не Снегг. Гермиона задумалась, глядя в окно. Вечерело, зажглись фонари, снег валил крупными хлопьями.
-Снег идет,- задумчиво проговорила Гермиона и фыркнула, представив аналогию-профессора Зельеварения в темном плаще, идущего по заснеженному тротуару. - Отдыхать тебе пора, Грейнджер! То профессора мерещатся, то сама с собой разговариваешь.- Гермиона направилась к компьютеру, чтобы удалить письма. Но огонек непрочитанной почты так призывно мигал, что она не устояла. И все же, любопытно было бы узнать, кто же это - «Всегда твой». «Надеюсь, не Рон развлекается?»- раздраженно прикинула Гермиона.
С рыжим Уизли она рассталась еще на шестом курсе. Гермиона так и не простила ему интрижку с Лавандой Браун. «Возможно,- отстраненно подумала Грейнджер,- все это было к лучшему». Лаванда, несмотря на ее отвратительный вкус в одежде, сетчатые колготки и короткие шортики даже в минус тридцать, подходила ему больше. И она родила ему сына. Это было лучшее, что она могла для него сделать. Гермиона видела маленького Уизли. Он поразительно походил на своего отца - глазами и выражением маленьких поджатых губ. Из Рона выйдет хороший отец, уверена. Гермиона улыбнулась. Ее увлечение Уизли осталось в прошлом. Пора было жить дальше.
Она открыла письмо.
Дорогая Грейнджер,
Я пишу тебе, сидя на подоконнике и глядя, как снег крупными хлопьями ложится на мерзлую траву. Мне бы хотелось прийти к тебе на часок, попить чая, и остаться - эдак на сотню январей. Ты бы выделила полку под мой свитер, мы бы читали и болтали - ни о чем, и не нужна была бы волшебная палочка, чтобы понять- нам не хочется расставаться, да и не надо. Ведь у нас еще сотня январей, и за это время можно успеть все, и даже больше.
Всегда твой.
Гермиона задумчиво рассматривала письмо. Хук справа-это определенно указывало на Малфоя, но он из старинной магической семьи, а значит, все технические новинки для него, наверняка, темный лес. «Это не он»,- решительно отмела Грейнджер. Но и Снегг не стал бы так писать. Хотя, слова о том, что «мы могли бы читать вместе» - вполне в его духе. Вряд ли он может представить что-то более романтическое.
Гермиона заглянула в чашку, кофе опять закончился, будто его выпил кто-то другой. Со вздохом Грейнджер поднялась и отправилась за следующей порцией. Кофе не было, оказывается, она высыпала последний в предыдущую чашку. Идти в магазин не хотелось. Конечно, можно было призвать упаковку зерен «Акцио», но злоупотреблять таким способом доставки не следовало. И продавцы нервничали, когда недосчитывались пачки кофе, и на прилавке из ниоткуда возникали деньги, и соседи странно косились на необычную девицу, к которой продукты прилетали сами, без шустрого разносчика. Только две девочки, живущие по соседству, нисколько не удивлялись такой доставке. Наверное потому, что к ним периодически прилетали шоколадки и эскимо. Гермиона развеселилась, натянула свитер, куртку, ботинки и отправилась в магазин.
Город готовился к Рождеству. Приготовления, вообще, начинались задолго до наступления праздника, и Грейнджер всегда любила это время ,когда покупались подарки ,планировалось праздничное меню, обдумывался выбор платья. Люди на улицах выглядели чуть иначе, чем в любое другое время года, все больше улыбались, а в глазах встречных светилась вера в чудо. И иногда, ради шутки, Гермиона устраивала такие чудеса.
Вот стоит дедушка с букетиком простеньких гвоздик, к нему спешит смешная старушка с подсиненными волосами и в мохнатом оранжевом шарфе. Незаметный взмах палочкой и в руках у кавалера - роскошный букет мандариновых роз.- Дорогой, ты как предчувствовал, это мой любимый цвет,- слышит Грейнджер ,удаляясь по тротуару. Оглянувшись, Гермиона успевает заметить ошеломленное лицо мужчины и сияющее восторгом и радостью - женщину. И она идет дальше.
В маленьком магазинчике продавец кивает ей, как старой знакомой.- Опять кофе и только кофе?- ворчит старый хозяин,- детка, и кушать когда-то надо. Съешь мармеладку, протягивает он ей пакет со сладостями. Гермиона с улыбкой берет одну желейную фигурку.- О, тебе достался лев, значит, непременно встретишь любовь еще до Рождества,- авторитетно заявляет продавец, быстро пробивая на кассе цену кофе. Грейнджер молча расплачивается и уходит с улыбкой. Она никогда не спорит.
Заварив третью за вечер чашку кофе, и прикидывая, что теперь она вряд ли вообще уснет ночью, она открывает третье письмо, опять наугад. Читать подряд сил нет. Их, наверное ,штук пятьдесят, и все - за последние 2 месяца.
Грейнджер задумывается - 2 месяца, как они окончили Хогвартс. После этого еще ни с кем не виделись. Закрадываются подозрения - не могут ли эти письма быть от Гарри? В конце - концов, он вырос в семье магглов, и вполне подкован во всех технических тонкостях, в отличие от Рона, который даже по телефону не может позвонить без того, чтобы не орать в трубку.
«Но Гарри прислал бы сову»,- убеждает себя Гермиона. Хоты, email- куда удобнее и практичнее - один клик мышкой и письмо на другом конце земного шара за две минуты – и никакого использования сов. Зеленые должны быть в восторге. Повернувшись к экрану, Гермиона читает:
Моя дорогая Г.
Я скучаю. Напиши, как ты живешь? Если и дальше будешь играть в молчанку, я явлюсь к тебе лично, и думаю, тогда ты уже от меня не отвертишься. Я очень настырный и упрямый, когда мне что-то надо. А похоже, мне нужна ты. Без тебя - тоскливо. Жду письма.
Всегда твой.
Нет, это не Гарри, облегченно выдыхает Гермиона. Во-первых, в предыдущем письме он пишет, что ему сложно называть ее по имени, во-вторых, Гарри всегда подписывал свои письма- «с любовью ,Гарри»- но эти слова никогда не несли в себе какого-либо дополнительного смысла, кроме дружеского расположения. Может Крам? На минуту Гермиона задумалась. Она долго переписывалась с Виктором и даже ездила к нему в Болгарию. Он оказался не совсем таким, как она представляла, хотя, возможно, реальный Виктор нравился ей больше Кама - знаменитого игрока в квиддич. У него был уютный старый дом со светлыми крашеными полами, белеными стенами и полками, забитыми книгами. И он их явно читал. Много. И еще он – писал книги. «Нет, это не Крам, стиль речи совершенно не его»- решила гриффиндорка и открыла письмо ,которое пришло последним. Оно было датировано сегодняшним числом и поступило двадцать минут назад.
Моя любимая,
От тебя не было писем, и я приехал. Я стоял у твоего дома, набираясь смелости постучать, и решал – принести тебе розу или не стоит. И тут ты вышла. На тебе была смешная дутая куртка, жуткие угги и белая шапка с ушкам, как у кошки. Но волосы были явно твои, как и сверкающие глаза. Ты прошла мимо, не заметив меня. Я, как привязанный, отправился следом. Ты шла и улыбалась. А потом я увидел, как ты заколдовала букет влюбленной пары. Ты обернулась, я отступил в тень, и ты не заметила меня. Ты весело болтала в магазине с продавцом – я видел в витрине твои пушистые волосы, жаль, что я не слышал, о чем вы говорили. Потом я проводил тебя домой. Был такой снегопад, что когда ты добралась до подъезда, твоих волос уже не стало видно под снежной пеленой. Мне захотелось отряхнуть тебя и посадить у печки, чтобы ты согрелась. Хотя, судя по яркому румянцу, ты была вовсе не против мороза. Я дам тебе 15 минут. И - позвоню в дверь. Надеюсь, ты мне откроешь.
Навсегда твой.
«Малфой!»- поняла Грейнджер. И раздался звонок в дверь. Обняв кружку, будто медведя, она пошла открывать.
На пороге стоял Драко Малфой - волосы его сверкали снежинками, а глаза были как зимнее небо- такими же серо-синими. Он улыбнулся кривой улыбкой, пряча руки в карманах.
- Привет, пустишь?
-Проходи. Ты надолго?
-Надеюсь, на сотню январей. Угостишь кофе?
-Да.
-А полку выделишь? Под свитер. Правда, там еще будет пара - тройка чемоданов, ты же знаешь, я люблю устраиваться с комфортом.
-Устраиваться?
-Ну да, там ,где собираюсь жить.
-И где ты собираешься жить?
-Некорректный вопрос, Грейнджер.- Малфой шагнул вперед и сгреб Гермиону в объятия, засыпав снегом.- О, прости,- он принялся старательно отряхивать ее волосы и кофту, и при этом щурился, как кот, наевшийся сметаны.
-Не уходи от темы, Малфой, что там насчет того, где ты собираешься жить?
-Не «где», а «с кем». Я собираюсь жить с тобой.- Малфой снял пальто и в ожидании уставился на опешившую Грейнджер. - Так где мой кофе?
-А ты не слишком торопишься, Малфой?
-Не думаю.- Драко приобнял Гермиону и потянул в сторону кухни.- О, пахнет кофе. Я же написал: «Навсегда твой», ты же читала,- утвердительно проговорил Драко,- а ты знаешь, Малфои не лгут и всегда держат слово.

Пожалуйста, если скачиваете - указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

15:07 

ГГ/ДМ "Старый мост" Фанфик по ГП.

Гермиона шла с работы домой. Она очень устала. Практика колдомедика забирала много сил, и ей даже думать не хотелось, что сейчас придется еще готовить ужин, а потом выслушивать сентенции Рона о его работе спортивным обозревателем.
«И почему я тогда выбрала его»,- с тоской думала Гермиона, шагая по заснеженному тротуару Косой Аллеи. Фонари уже зажглись. Зимой темнело рано. Многие викторины были уже украшены к Рождеству. Она хмуро оглядела викторину кондитерской, расцвеченную яркими огоньками - красным и зеленым - цвета Гриффиндора и Слизерина, противоположности, а как гармонично смотрятся вместе - будто рождены друг для друга.
На душе стало тоскливо. Почему-то вспомнился Малфой. Они никогда не ладили. Он всегда доставал ее саркастичными или просто – обидными замечаниями, делал мелкие гадости и постоянно попадался на пути. От него не было спасения…. И все же сейчас она с большей радостью была готова выслушивать придирки и издевательства, чем терпеть пустую самодовольную болтовню Рона. Гермиона с безнадежной тоской подумала, что в выходные их ждет как обычно, поездка в Нору, где Молли начнет придирчиво осматривать ее плоский как доска живот, и глубокомысленно комментировать, что годы-то идут, а внуков что-то не прибавляется.
Гермиона тряхнула головой, осознав, что уже минут 15 таращится на витрину кондитерской, застыв соляным столбом. Ступни уже превращались в ледышки. Отвернулась от заманчивого мерцания красно-зеленых огоньков и, засунув поглубже руки в карманы пальто, пошла по направлению к дому.
Она споро шагала, представляя хотя бы одну радость на сегодня - полную ванну горячей воды, погрузившись в которую можно было забыть обо всем на свете хотя бы на 15 минут. А повезет – и на полчаса. Хотя, вряд ли. Скорее всего, уже через 10 минут, Рон начнет ломиться в дверь, требуя ужин. А ведь сам приходит на 2 часа раньше ее, мог бы и приготовить что-нибудь. «Как же, дождешься»,- Гермиона раздраженно дернула головой, сбрасывая с челки налипшие снежинки. И вдруг обнаружила, что в густом снегопаде явно свернула куда-то не туда.
Перед ней находился старинный каменный горбатый мост. В Англии таких не водилось. Больше всего он напоминал старые мосты в Карловых Варах. Гермиона ступила на брусчатку моста, раздалось едва слышное позвякивание, как будто задели по ободку хрустального бокала тонкой ложечкой. Перегнувшись через низкие перила, Гермиона увидела быструю речку, что журчала, переливаясь на камнях. «Вероятно, не там свернула-,- подумала Грейнджер. - Не страшно, открою новый маршрут, это всегда полезно, и домой приду позже, что тоже радует». Гермиона ужаснулась своим мыслям: «Я так откровенно не хочу домой, как это неправильно».
Она вспомнила своих родителей, которые и спустя 20 лет брака нежно любили друг друга. Это проявлялось в мелочах: они любили проводить вместе как можно больше времени, читали, готовили, ходили вместе в магазин. Покупали друг другу забавные мелочи и помнили все важные даты: знакомство, поцелуй, свадьбу, и в такие дни всегда устраивали уютные праздничные ужины. Они любили наряжать елку - вместе, и даже дружно объединившись, терпеливо сносили визиты многочисленной родин с обеих сторон.
Гермиона грустно улыбнулась. Ничего подобного у них с Роном не было, даже, когда они только начали жить вместе. Он всегда на праздники притаскивал сковородки или поваренные книги, однажды даже приволок пылесос. У Гермионы создавалось ощущение, что он воспринимает ее в качестве бесплатного приложения к кастрюлям и тряпкам.
И даже школа…. Она вспомнила день святого Валентина на шестом курсе, когда получила от неизвестного кавалера изящную коробочку с кулоном внутри. Серебро, цепочка тонкой работы, кулон в виде капли, и надпись: «Люблю и надеюсь». Конечно, она подумала, что это Рон. Они тогда как раз перешли от фазы «друзья» к «мои парень, моя девушка». Но когда она с благодарностью расцеловала Уизли, сказав «спасибо» примерно 20 раз, тот удивленно пожал плечами и пробормотал, что электронная открытка того не стоила. Грейнджер тогда еще порадовалась, что не успела показать ему кулон. Тот так удачно лег в вырез платья ,что его не было видно. Она тогда так и не выяснила, кто же его подарил.
Гермиона запустила руку под шарф и нащупала слезинку кулона. Он всегда был с ней - с того самого дня Валентина. Почему-то ей остро не хотелось с ним расставаться, как будто вместе с ним ее окутывала какая-то невидимая защита.
Она вздохнула и зашагала через мост. Брусчатка была скользкая. Левой рукой Грейнджер придерживалась за перила старого моста, а правой все так же сжимала кулон. Две минуты и она на другой стороне. Снег валил все так же, но почему-то здесь освещение было ярче, или это так казалось Гермионе. Когда она оглянулась на мост, то на другой его стороне не увидела ничего, все скрыл снежный буран.
Гермиона пошла дальше. Здесь витрины магазинов тоже были украшены к Рождеству. На пути попалась еще одна кондитерская. Гермионе вдруг страстно захотелось лимонных эклеров. Она вспомнила, как в начале шестого курса ходила в Хогсмид в кафе мадам Паддифут. Ей просто хотелось эклер, но в заведении мадам все сидели парочками, мест не хватало, и хозяйка недолго думая, усадила ее с единственным человеком, который тоже был за столиком в одиночестве.
-А вот вам и собеседница, не все же с книгой скучать.- Мадам подвела Гермиону к столику, находящемуся в нише в конце зала, помогла Грейнджер снять плащ и, пообещав вернуться через две минуты с заказом, умчалась, как деловая тетушка пчела.
Сидящий за столиком парень поднял глаза - серые ,как зимнее небо.
-Грейнджер.
-Малфой,- она смотрела на него, чувствуя, что все её настроение насладиться лимонным пирожным, пусть и в одиночестве, тает как весенний снег. Слушать издевки не хотелось.- Извини, что помешала, я сейчас уйду.- Гермиона попыталась подняться, оглядываясь в поисках своего плаща.
-Да нет, оставайся,- Малфой попридержал ее за руку.
От неожиданности Гермиона опустилась обратно за столик.
-И что, ты не будешь саркастически комментировать каждое мое действие и сверкать ледяными взглядами оттого, что грязнокровка посмела осквернить твой столик в кафе своим присутствием и испортила твой уикенд своим существованием?
Малфой разглядывал гриффиндорку.- Пока, гадости говоришь только ты.
Гермиона собиралась ответить какой-нибудь колкостью, но тут вернулась мадам Паддифут с заказом:
-Эспрессо для юноши, горячий шоколад - для дамы, и каждому - лимонный эклер. – Мадам улыбнулась, разглядывая оторопелые лица ребят.- Вы бы присмотрелись друг к другу,- доверительно шепнула она, наклонившись к ним.- У людей с общими вкусами в отношении пирожных, часто гораздо больше общего, чем кажется.- И она удалилась, провожаемая потрясенными взглядами.
Малфой первым пришел в себя, взял кофе, обнял чашку ладонями и сделал большой глоток. Прикрыл глаза, наслаждаясь, потом посмотрел на Грейнджер и улыбнулся.- Предлагаю нейтралитет. Та, недоверчиво подняв брови, принялась за шоколад.
-Давай сделаем вид, что мы только что познакомились, и обсудим, например, эту книгу.- Он поднял темный томик в потрепанном переплете: «Ромео и Джульетта» Шекспира. Гермиона опустила глаза, чтобы спрятать потрясенный взгляд. «Слизеринский хорек в свой выходной вне стен школы читает историю о любви?! Мир сошел с ума и завтра Макгонагл и Дамблдор объявят о помолвке?»
-Ешь свой эклер, Малфой.
-С удовольствием.- Тот переложил пирожное на маленькое блюдечко, оглядел его с явным удовольствием и принялся есть пользуясь вилкой.
«Офигеть! Это надо же быть таким элегантным даже поедая банальное пирожное!» -Гермиона потрясенно разглядывала Малфоя. Потом двумя пальцами ухватила эклер и впилась в него зубами, запивая его кисло-сладкий вкус большими глотками шоколада. Малфой невозмутимо наблюдал за ней.
-Что?- от его пристального взгляда ей было не по себе.
-У тебя усы от шоколада.- Взяв салфетку, Драко вытер ей губы, как маленькой.
-Спасибо,- чопорно поблагодарила Гермиона, чувствуя себя замарашкой рядом с принцем.
-Не за что. Так как, поговорим о Шекспире?- Малфой расслабленно откинулся на спинку стула, разглядывая Грейнджер, будто видел ее в первый раз.
-Зачем нам говорить о Шекспире?- Гермиона сама не могла понять почему, как только она оказывалась рядом с Малфоем, ее тянуло говорить гадости.
-Ну, или можем молчать, как тебе угодно.- Малфой скрестил на груди руки.
-Или я могу уйти.- Грейнджер зеркально повторила его жест.
Малфой улыбнулся.- Нет, если ты уйдешь, я последую за тобой, и все парочки,- он окинул широким жестом полное народа заведение Паддифут,- решат, что мы ушли вместе, а значит - мы пара. Вот слухов-то будет,- он мечтательно прищурился, как кот, заловивший жирного голубя.
-Малфой, ты извращенец!- Гермиона тряхнула волосами.
-Почему? Потому - что читаю Шекспира? - Драко насмешливо поднял брови.- Вот читал бы я Уайльда, тогда ты могла бы с большим основанием подозрительно ко мне относиться.- Малфой с прискорбием пожал плечами.- Но «Ромео и Джульетта» - классика вне подозрений.- Он взмахнул перед ней книгой и широко улыбнулся.
Грейнджер не верила своим глазам - вежливо разговаривающий Малфой - небывалое явление, но Малфой ,улыбающийся так, что глаза лучатся, а к вискам разбегаются морщинки- это нонсенс!
«Сладкое на него так действует что ли?»- подумала Гермиона.
А потом они мило болтали, обсуждая, могла ли счастливо закончиться любовь двух человек, принадлежащих вражеским кланам. Малфой утверждал – могла, если бы Ромео был более предусмотрительным. Гермиона возражала. Она не верила, что двое столь разных людей могли бы «жить долго и счастливо». Малфой кривился и отстаивал свою точку зрения. Так незаметно прошло два часа, пока мадам Паддифут неслышно подойдя в своих войлочных туфлях, деликатно не намекнула, что они могли бы и прогуляться. Они расстались у входа в заведение и в Хогвартсе не общались. Но у Гермионы сохранились теплые чувства к лимонным эклерам.
Их- то она и купила в кондитерской. Аккуратно прижимая к себе картонную белую коробку в снежных кружевах, она шла и думала, что сейчас сварит горячий шоколад, достанет томик Шекспира, возьмет эклер и вернется в тот день в заведении мадам Паддифут. Жаль ,обсудить «Ромео и Джульетту» будет не с кем. Рон в жизни не читал ничего, что выходило за рамки школьной программы.
А вот и дом. Подходя, Гермиона заметила, что на крыльце кто-то топчется, кто-то в черном пальто, высокий и худощавый, в обнимку с пушистой елкой. Мужчина повернулся, блеснули серебристые волосы.
«Не может быть»,- Гермиона смотрела прямо в улыбающиеся глаза Малфоя.
- Солнце мое, ты что так долго сегодня?- Драко освободив одну руку, ухватил Гермиону за рукав, подтянул к себе и чмокнул в нос.- Смотри, какую красавицу я добыл, сейчас будем наряжать. Он зашарил по своим карманам.- Я куда-то задевал ключи, ты откроешь? А то я скоро превращусь в северного оленя.
Глаза Гермионы полезли на лоб, он тут же поправился,- ладно, в Санта Клауса.
Не в силах вымолвить ни слова и представляя, как Рон сейчас устроит истерику, Гермиона открыла дверь. Рона не было. Более того, не было его мантии в прихожей. И вообще - обстановка в доме была другой, более простой и элегантной, что ли? Грейнджер потрясенно остановилась, переступив порог.
Драко вернулся из гостиной, где, видимо, и оставил свой зеленый пушистый трофей.
-О, лимонный эклеры, ты умница.- Он помог Гермионе снять плащ, а затем, усадив на оттоманку, снял с нее сапоги.
-Устала, да?- он поднял и заботливо повел Грейнджер в сторону кухни.- Трудный случай, да? Привезли кого-то с особо острым проклятием?- Он еще что-то успокоительно говорил, заглядывая ей в глаза, а сам быстро поставил чайник, сварил горячий шоколад, приготовил эспрессо и разложил эклеры.
Гермиона сидела, смотрела на него, не имея сил оторвать взгляд, и пыталась понять, как это может быть? Малфой в ее доме, хозяйничающий на ее кухне, как у себя дома, Малфой, искренне интересующийся, как прошел ее день, Малфой, притащивший елку и обещавший, что они будут наряжать ее вечером вместе, после того, как она поест и как минимум час поотмокает в ванной. Этот Малфой был так же невероятен, как тот Драко – тогда в заведении мадам Паддифут.
- Драко,- вопросительно протянула Гермиона,- а что ты тут делаешь?
Малфой обхватил кружку двумя руками, хлебнул кофе и зажмурился.- Сюрприз!
Только Грейнджер выдохнула, решив, что он просто зашел в гости, (ну да, с елкой!), как тот невозмутимо продолжил:
-Удалось завершить все дела раньше, чем я рассчитывал, так что я сократил командировку на два дня. И да, Конкорд летает гораздо быстрее фестралов,- он счастливо улыбнулся,- поэтому я успел даже купить елку, как ты мечтала.
-Мечтала?
- Ну да, чтобы наряжать ее вместе, как твои родители.- Малфой ласково погладил Грейнджер по плечу.- Выдра ты моя, иди уже в ванну, ты сама не своя.
Тут он заметил кулон, улыбнулся, вытянул его из пальцев Грейнджер и погладил ласковым жестом,- ты его носишь.- Он поднял на нее взгляд.- То, что ты надела его и не снимала, очень поддерживало меня. Я надеялся, то нам все же удастся преодолеть ситуацию «Ромео и Джульетты». Нам удалось, правда?- Он наклонился и поцеловал Гермиону.- Иди,- он оторвался от ее губ, посмотрел на гриффиндорку, глаза его сияли, – я буду ждать.
И Гермиона пошла в ванную. И, погружаясь в горячую воду, слушая переливы водяных струй, она вспомнила горбатый старый мост и поговорку: «Пересечешь текучую воду, попадешь в другой мир и никогда не вернешься назад». И это оказалось правдой. Но она совершенно не хотела вернуться назад. Здесь был ее настоящий мир, ее дом. Здесь, где Малфой был с ней рядом. Гермиона закрыла глаза. Сейчас она полежит в теплой воде. А потом они будут наряжать елку. И все будет хорошо. Ведь сегодня сочельник и мечты должны сбываться.

Пожалуйста ,если берете - указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

14:13 

ГГ ДМ "Вернуть Гарри Поттера". Фанфик по ГП.

Гарри проиграл. Нам пришлось уехать. Нам - это Гермионе и мне. Мы бежали через пролив во Францию. Уже оттуда на корабле - в Австралию. Гермиона надеялась, что сможет вернуть память своим родителям. Я был согласен ехать туда, куда она пожелает. У меня больше не оставалось родных, ничто больше не держало меня в Англии.
На корабле мы занимали небольшую уютную каюту среднего класса. Конечно, мне привычнее был бы люкс, но теперь приходилось разумно подходить к тратам - неизвестно было, что нас ожидает в Австралии, к тому же отнюдь не все активы были ликвидны к моменту побега.
Удачно что мои родители всегда предпочитали вкладываться в камни - меньше по весу в сравнении с золотом, легче вывезти, зашив в швы одежды, идеально для продажи- принимают на всех черных рынках мира. В принципе не должно было возникнуть проблем с обустройством, но Гермиона настаивает на экономии, а я не сопротивляюсь.
Я вообще с ней не спорю. Пусть будет, как она считает нужным, лишь бы она улыбнулась.
После того, что случилось с Гарри, она все время плачет или молчит, уставившись в одну точку. Тело так и не нашли. Иногда я думаю, что может быть было бы лучше, если бы мы его похоронили. Тогда она хотя бы смирилась. А так… неизвестность убивает медленной пыткой. Моя девочка превратилась в угрюмую тень. Я при ней как сиделка и курица наседка в одном лице. Клоун с идиотской улыбкой в 32 зуба, всегда готовый развлечь беседой, книгой, всем, чем захочет. А она молчит. И не хочет ни-че-го.
Поэтому мы едем в Австралию. Может быть, если удастся вернуть ее родителям память, она оживет. Я надеюсь.
Сижу на кровати, подсунув под спину жесткую подушку, в иллюминатор видно, как солнце окрашивает морскую гладь багрянцем и золотом. Цвета гриффиндора. Завтра будет ветрено. А я смотрю на мою горькую радость, она спит, сжав кулачки как маленькая, скрестив руки у подбородка, и тихо всхлипывает во сне, будто и в мире грез все так же теряет Гарри, раз за разом.
Я смотрю на нее и пытаюсь вспомнить, с чего же все началось, как она вошла в мою жизнь?
Наши миры пересекались постольку, поскольку на ее орбите был Поттер, а я основное время в Хогвартсе тратил не на учебу, а на травлю знаменитого очкарика.
«Четырехглазый» - Поттеру, «грязнокровка» - Грейнджер, «нищеброд» - Уизли, вот эпитеты чаще всего звучащие в моих показательных выступлениях. Я доводил Поттера - пугал его дементорами, носил позорящий его значок, говорил гадости. Мой отец был мною очень доволен. Я собой - нет.
Конечно, я выполнял все, что от меня требовалось в рамках роли «слизеринский принц и чистокровный волшебник», но эти действия не приносили мне радости или удовлетворения. Я не мог признаться в этом даже себе, но я завидовал дружбе, которая существовала у Поттера и Уизли. И я завидовал им по еще одной причине - Гермиона их любила.
Этак кудрявая зазнайка, эта мелкая самоуверенная грязнокровка, эта волшебная, изящная, умная, потрясающая…ну вы поняли. Эта девица сводила меня с ума. Я пройти мимо не мог без того, чтобы не сказать ей какую-нибудь гадость. А на уроках зельеварения, когда она садилась слева от меня через проход, я выпадал из реальности, не слушал ни слова из того, что говорил Снегг, путал ингредиенты и неправильно рассчитывал пропорции.
Удивительно что к концу обучения в одном классе с Грейнджер кабинет зельеварения все еще оставался цели невредим. Я по определению должен был устроить как минимум один взрыв. Впрочем, один раз я все-таки ухитрился растворить свиток экзаменационных заданий на столе профессора. От неминуемой кары меня спасло только близкое родство с Снеггом - он был моим крестным. Хмурый человек с добрым сердцем. Его больше нет. Тело тоже не нашли, как и в случае с Поттером. Но я в отличие от Гермионы иллюзий не питаю.
Конечно, я не все время дерзил и кривлялся. В конце – концов мы взрослели и я научился отличать негативное внимание и то настоящее внимание, которого я хотел от нее.
Я неплохо разбирался в травах и когда она на третьем курсе, занимаясь сразу по двум расписаниям курса, не успевала с лабораторной у профессора Стебль, предложил помочь с изготовление гербария. Она оторопела, но согласилась. Видимо, совсем выбилась из сил со своей учебой.
Мы собирали травы на опушке около запретного леса, я рассказывал ей о растениях и думал, какая удача, что родители заставляли меня учить латынь. Теперь я жонглировал медицинскими наименованиями растений, как профессор, а Грейнджер слушала меня, открыв рот. Бесконечная зубрежка в течение нескольких лет вполне стоила этого ее восхищенного взгляда. Я задумался, не податься ли в медицину, мне кажется, ей бы мой выбор понравился.
Я вынырнул из воспоминаний. Возможно, это хорошая идея. Врач – колдомедик - профессия, которая всегда позволит обеспечить семью, да и умение накладывать излечивающие заклинания – не лишнее в нашем нестабильном мире. Вспомнить хотя бы битву за Хогвартс. Чего я тогда насмотрелся…. До сих пор ужасы по ночам смотрю, кошмары мучают. Спасает только сон в обнимку с Гермионой. Когда она рядом я сплю как ребенок. Она моя радость, мое счастье, моя боль. Видеть, как она мучается - выше моих сил.
Если бы я мог вытащить Поттера с того света, я бы его вернул.
В конце - концов, помогать Гарри мне не впервой.
Еще во время турнира трех волшебников, когда Поттера затянуло на кладбище, я, срываясь в мантии Пожирателя смерти отвел от него несколько смертельных проклятий. Конечно, он не знал, кто ему помог. Но я делал это не из-за желания получить благодарность, и уж точно не из-за любви к Поттеру. Просто для Грейнджер он был важен, а значит за ним следовало присматривать. Так, сам того не зная, Гарри обрел еще одного союзника в стане врага.
И даже с приходом Амбридж я не оставил свою диверсионную деятельность.
Официально по версии факультете Слизерина я с восторгом помогал новой власти в лице генерального инспектора Хогвартса. В действительности же - предупреждал отряд Дамблдора о готовящихся неприятностях. Информацию передавал через Гермиону. Сначала она не доверяла мне и все время ожидала подвоха. Потом привыкла и поняла, что может на меня положиться. Она думала, что я на их стороне и стою за дело добра. Я ее не разубеждал. Я был на ее стороне. На борьбу добра и зла мне было наплевать. Как, впрочем, и на Волан-де-Морта. Меня интересовало ее благополучие и душевное спокойствие. Если для этого нужно было помогать Гарри, я ничего не имел против.
Потом наступили сложные дни. Под угрозой жизни родителей мне предстояло обеспечить доступ в школу пожирателям смерти. Я все рассказал Гермионе. Мы встречались в туалете Плаксы Миртл. Однажды я пришел на встречу с ней, а нарвался на Поттера. Его Сектумсемпра меня едва не доконала. Снегг спас меня, а Гермиона выхаживала. Не в больничном крыле, а в комнатах профессора зельеварения. Она сидела со мной, меняла повязки, читала мне вслух учебники. Я готов был слушать даже арифмантику, если из ее уст. Снегг фыркал, но не прогонял гриффиндорку, только однажды сварливо заметил, что родители будут не в восторге. Я уломал крестного пока ничего не сообщать в Малфой Мэнор. А потом сообщать стало некому…
На меня навалилось страшное чувство потери: родители, крестный, мой привычный мир-все рухнуло. Такую всепоглощающую боль я чувствовал лишь однажды, когда узнал, что Гермиона ушла. Золотое трио скрывалось в лесах по всей стране, а я ничего о ней не знал, и от того становилось еще тяжелее. Часто, лежа без сна, я думал, не холодно ли ей, есть ли ей чем поужинать? Волнами накатывала тревога, вдруг она больна, и эти идиоты не смогут позаботиться о ней должным образом. Неизвестность – убивала.
И потому, когда ее приволокли лесники, я испытал что-то похожее на облегчение - как вырвали больной зуб. Конечно-больно и неприятно, но лучше так, чем бесконечная неизвестность.
Я не смог уберечь ее от Белатриссы, но отправил Добби вытащить их из подвала.
Я уже смирился с тем, что теперь она меня ненавидит, ведь Лестрейндж была моей теткой, мучила ее в моем доме, и я ничего не сделал, чтобы остановить ее.
Но ночью, когда я лежал без сна, думая, куда же перенес ее Добби и мечтал, что теперь она с друзьями в безопасном месте, с легким хлопком трансгрессии, Гермиона возникла посреди моей комнаты.
Я замер, разглядывая ее, я не пытался встать. Ее появление было настольно невероятно, что я даже не подумал, что она реально здесь - в моей комнате.
В тишине раздался шорох шагов, она приблизилась к кровати, все такая же бледная, как несколько часов назад в большой гостиной.
-Драко,- тихий шепот. Она ладонью коснулась моей щеки.- Ты не спишь?
- Нет, - так же шепотом ответил я. – А ты правда здесь, или ты мне снишься?
Конечно, это был глупый вопрос, и вполне заслуженно она ущипнула меня в ответ.
-Никакой романтики,- только хотел обидеться я, когда она наклонилась и поцеловала меня.
-Спасибо, что прислал Добби.
Я поймал ее руку, потянул на себя, она опустилась на кровать.
-Побудь со мной. Честное слово, я не буду приставать, просто побудь со мной еще немного.- Я сам не узнавал свой голос, где же решительность и самоуверенность Малфоев?
Она опустилась на подушку лицом ко мне, так мы и лежали, рассматривая друг друга. Она гладила кончиками пальцев мое лицо: переносицу, брови, губы, подбородок, а я рассматривал ее каре-зеленые глаза, веснушки на носу, шрам, пересекающий левую бровь. Он появился уже после меня, когда они скрывались с Поттером и Уизли.
Я протянул руку, погладил шрам.- Как это произошло?
-Что? А,- она улыбнулась,- неудачная попытка приготовить я яичницу.
-Что?- потрясенно,- Грейнджер, тебе надо срочно за меня замуж.
На ее удивленно поднятые брови я объяснил:
- Я смогу обеспечить тебе полный штат прислуги, и повара тоже, так что яичница тебе не грозит. Я шутил, но сам мечтал - вот бы она огласилась.
А Гермиона сказала:- ладно, только помогу Гарри, подождешь?
-Подожду. Я могу ждать тебя всю жизнь, Грейнджер и мне не надоест.
И вот теперь я жду. Моя жена спит на соседней кровати, а я не могу к ней даже прикоснуться. Переживу. Пусть только спит без сновидений. В них к ней всегда приходит Поттер, и потом она плачет и говорит, что он называет ее предательницей.
Придется, видимо, все же возвращать золотого мальчика с того света. Не хотелось бы. Чаще всего такие прогулочки в царство Аида завершаются очень пакостно для самого путешественника. Стоит только вспомнить Орфея.
Мысли о снах и загробном мире навели меня на воспоминания об одной старой книге из библиотеки моего отца. Она называлась «Кроличья нора» и на примере сказки Кэрролла объясняла теорию поливариантности вселенной. Магглы бы сочли эту книгу схожей с теорией относительности Эйнштейна- т.е. существующей, но практически невыполнимой. Но я то вырос в Хогвартсе и точно знал - все, что ты можешь себе представить - где-то существует. Не существует лишь то, что ты представить не в состоянии.
Я был более чем в состоянии представить себе живого Поттера. А значит, где-то на одном из ответвлений нынешнего события он вполне себе продолжал жить. Оставалось только выяснить, как перетащить его с этой параллельной ветки в нашу реальность. Нужна была книга.
Я встал, внезапно меня переполнила энергия. Впервые за долгое время я мог действовать. Я вызвал Добби и подробно объяснил ему что искать. Особняк Малфой Мэнор перешел в собственность Волан-де-Морта. Я всегда подозревал, что безносый ублюдок завидует богатству и имени моего отца. Я оказался прав. В результате Волан-де-Морт забрал себе деньги моей семьи. Не смог присвоить только имя. Оно осталось за мной, и за моими потомками, даст Бог. Я тоскливо покосился на Гермиону, будут ли у нас когда-нибудь дети? Кто знает. В одном я был уверен, если я не верну Поттера, Грейнджер я тоже потеряю. Этого я допустить не мог.
К утру Добби вернулся нагруженный книгами. Удачно, что Темный лорд не интересовался знаниями, потерю книг никто не заметит. «Хотя, - философски признался я себе,- читай в свое время Том Реддл больше истории - знал бы, как кончают диктаторы, глядишь, было бы у нас на одного маньяка меньше».
Я обложился книгами и принялся за чтение. Проснувшаяся Грейнджер застала меня за фолиантами, взъерошенного и с покрасневшими глазами.
-Драко, что ты делаешь?- Заинтересованный взгляд.
Я порадовался - хоть что-то смогло ее отвлечь. И рассказал свою теорию. Она загорелась идеей и принялась помогать мне. Я любовался женой - глаза ее сияли, щеки раскраснелись, сейчас было видно, что она просто молоденькая девчонка. Мы искали с усердием кротов в малине и - нашли.
Заклятие оказалось не слишком сложным, страшных последствия не обещалось, и мы решились. Когда мы закончили произносить заклятие - раздался хлопок и посреди каюты возник Поттер - живой и невредимый. Гермиона с задушенным воплем кинулась ему на шею, он машинально обнял ее, затем увидел меня и, одним движением задвинув гриффиндорку себе за спину, выхватил палочку.
Я поднял руки: - Полегче, Поттер.
-Малфой, что ты тут делаешь рядом с Гермионой?- голос был не просто угрожающим, а страшным.
-Поттер, выдохни ,она моя жена!
Глаза Гарри полезли на лоб.
Наконец-то очнувшись, Гермиона полезла из-за его спины:
-Ой, правда, Гарри, Драко мой муж, он хороши, он столько нам помогал.
Она говорила быстро и захлебываясь, а сама добралась до меня, крепко обняла и поцеловала в губы. Поттер зашипел, будто прижал себе руку дверью.
-Не шипи -не Слизерин,- поддел я, обнимая жену.
Гермиона счастливо рассмеялась. - Гарри, Драко помог вытащить тебя сюда.
-Куда - сюда?- Поттер потер лицо.- Что вообще происходит?
- Подожди,- остановил я Гермиону уже открывшую рот.- Поттер, скажи мне, там откуда ты, что стало с Темным Лордом?
-Малфой, ты с катушек съехал? Что значит «там откуда я»? Оттуда же, откуда и ты, и Волан-де-Морта больше нет, мы же победили! - Гарри оглядел наши ошарашенные лица.- Ребята, вы чего?
-Поттер,- я подошел и положил руку ему на плечо. - Надо поговорить.
Потом мы два часа убеждали его, что он попал в другую реальность. Когда до него дошло, какая это засада, ведь здесь ему предстояло победить гадкого маразматика еще раз, он развернулся ко мне, саркастично задрал бровь, почти как я и заметил:
-Малфой, в умении делать гадости ты превзошел сам себя. Такого я даже от тебя не ожидал!
-А ты,- развернулся он к Гермионе,- еще подруга называется!
Глаза Гермионы наполнились слезами, губы затряслись,- Гарри, я….
И она разрыдалась. Я обнял захлебывающуюся слезами жену и посмотрел на офигевшего Поттера:
-Ну ты и придурок, Поттер!
-Я…прости, Гермиона, не расстраивайся. Ну разберемся с Реддлом еще раз, делов то, ты только не плач.- Он неуверенно похлопал Гермиону по плечу. Мне захотелось оборвать ему руки по самые локти. По моему он понял мой выразительный взгляд. Отдернул грабли и отошел.
Я рукавом рубашки вытер Гермионе глаза. - Котенок, не реви, ты же слышала, все будет хорошо, и этот придурок на тебя не сердится. - Озверевший взгляд в сторону четырехглазого.
-Все, все,- я похлопал ее как ребенка по спине.- Все хорошо, мы со всем разберемся.
-Мы? - Поттер смотрел на меня во все глаза.
Я раздраженно вздохнул.- Какие-то проблемы, Поттер?- Я усмехнулся.- Ты же не умаешь, что я позволю тебе тащиться в логово врага в одиночку, чтобы там доблестно сдохнуть - опять?
Я поднялся, подошел к шкафу и принялся выбирать одежду.- Мы сделаем это вместе. И твои комментарии,- саркастично подчеркнул слово «твои»,- меня не интересуют!
Гермиона не хотела оставаться, но я настоял и даже попросил Добби приглядеть за ней, пока нас не будет.
И мы с Поттером - справились. Хогвартс теперь свободен о безносого маньяка, Малфой Мэнор вернулся в мою собственность, а Поттер остался в нашей реальности. Оказывается, там, откуда мы его выдернули, Джинни Уизли закрутила с Крамом и уехала в Болгарию еще на шестом курсе. Здесь же Джинни не отходила от Поттера ни на шаг и смотрела как на восьмое чудо света и самый желанный подарок. Конечно, он остался.
Мы с Гермионой все же добрались до Австралии, но только чтобы забрать ее родителей домой. Мама еще пыталась сопротивляться, мотивируя тем, что очень привязалась к кенгуру, но я прозрачно намекнул, что в скором времени понадобится ее помощь в оформлении детской, и она согласилась.
Мы живем в Малфой Мэнор, правда сделали грандиозную перепланировку. Западное крыло закрыли, а восточное преобразовали в уютный загородный дом с полами светлого дерева, белеными стенам, голландской печью в цветочек на кухне и простым белым сервизом в будни дни.
Мы живем уединенно. Добби нам вполне достаточно в качестве помощника. А, да, пришлось взять также и повариху. Винки вполне подошла, а то я , памятуя случай с яичницей, опасался за жизнь наших будущих деток.
Поттеры - Гарри и Джинни частенько наведываются к нам. Хотя Гарри все так же смотрит недоверчиво, но по крайней мере не фыркает и не кидается на меня с кулаками, когда я целую и обнимаю жену. Возможно, этому способствует ее довольный и счастливый вид, или округлый живот, скрытый просторный белым платьем. Не берусь сказать, все же мне всегда сложно давался неописуемый полет логики Поттера. Впрочем, Бог с ним. Он вернул мне жену. Гермиона живая и счастливая. Пожалуй, мне больше ничего от этого мира и не нужно. Я заполучил мою радость, мое сердце, мою душу. О чем еще мечтать?

Пожалуйста, если берете-указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

14:10 

ГГ ДМ "Возвращение". Фанфик по ГП.

Вы когда-нибудь думали о том, что вот в эту самую минуту в каком-нибудь портовом городе всходит на корабль тот, кого вы могли бы любить вечность. А может быть он сходит и бродит по городу, разыскивая вас. И самое ужасное, что городов так много - целый земной шар… Я закрыла книгу и прислонилась спиной к стволу старого дуба.
Слова отзывались болью. Прикрыв глаза, я видела его так отчетливо, будто он стоял рядом. Протяни руку и дотронься. Светлые волосы, серые глаза, упрямый подбородок, насмешливый взгляд, как всегда элегантен. Если костюм, то шелковый, если трость - то палисандрового дерева. Пижон. Улыбнулась. Самый красивый, самый дорогой мальчик на свете. Моя боль, моя потеря. Где же ты бродишь теперь, мальчик?
Уже два года от тебя нет ни слуху ни духу, после той финальной битвы, когда ты ушел к своим родителям и вы покинули Хогвартс не дожидаясь развязки.
Мы победили, но у победы был привкус пепла. Слишком многие остались навечно в той войне. Нет больше Люпина и Тонкс, маленький Тедди растет у бабушки и деда. Джордж никак не оправится после гибели Фреда. Много потерь. И моя - не самая тяжелая. По крайней мере, я могу надеяться, что ты жив и где-то думаешь обо мне. Без ненависти. Возможно (снисходительное допущение моему измученному сердцу), даже с нежностью.
Я закрываю глаза и погружаюсь в воспоминания.
Первый курс. Ты - протягивающий руку Гарри и он - отвергающий твою дружбу.
Дальше: – грязнокровка, - выкрик в лицо, перекошенный рот, испуганные глаза - твои. Подхалимы, радостно ржущие над твоей выходкой.
Вечер. Записка с филином: «Приходи, надо поговорить. Под старым дубом у темного озера. Сегодня в восемь». Ты не оставил подписи. Зачем? Твоя особенная птица объяснила мне все без слов.
Пришла. Боялась подставы. Но твои глаза тогда на поле… Нужно было прийти. Ты ждал, стоя под деревом. Развесистая крона выкладывала причудливый узор тени на твоем лице.
-Малфой? (Неуверенно. Нерешительно)
Ты быстро обернулся:- Ты пришла!
Молча смотрим друг на друга. Ты потупился.
«Нет. - Сжал руки. - Малфои не трусы».
-Грейнджер…. Гермиона….,- умоляющий тон,- прости! Я не должен был тебя так называть.
-Ну,- я старалась говорить спокойно,- по сути-то ты был прав.
Я внимательно смотрю на тебя. Ты кривишься, как от зубной боли.
-Прости, я не должен был… это отвратительное слово и плевать, что так говорит мой отец. Я не мой отец,- резко и умоляюще:- ты прощаешь меня?
-Да, Малфой.
-Мир? - протягивает руку. Обменивается рукопожатиями. Твоя открытая улыбка так похожа на улыбку Гарри.
Расходимся. На людях мы по-прежнему враги. Ты достаешь Поттера. И почему ты никак не можешь оставить его в покое? Тебя не отпускает то воспоминание…. Ты считаешь, что он прилюдно унизил тебя, отвергнув руку дружбы. Встречаемся за теплицами мадам Стебль, пытаюсь втолковать что вам бы просто поговорить. Ты ворчишь и растягиваешься на склоне, жуя травинку и как кот, щуришься на солнце. Я параллельно успеваю читать учебник.
-Грейнджер, поговори со мной, - жалобным тоном.
-Я и так говорю с тобой, Драко.- Удивленно.
-Не так, - он садится и отбирает учебник,- посмотри на меня!
Я поднимаю на него глаза, он изменился: вытянулся, волосы отрасли, но все та же неприятная кривая улыбка и настороженно - холодные глаза.
-Что?
-Ничего (обижено потупившись). Не замечаешь ничего, кроме своих учебников!
Качаю головой раздраженно: «Вот вед нарцисс! Не может жить без всеобщего восхищения!»
Отираю книгу, читаю дальше.
-Малфой, завтра сдавать эссе по оборотням. Старица 394. Открывай, давай, готовься.
Раздраженно бурча ты принимаешься за домашку.
А потом я тебя ударила. За гиппогрифа, за слезы Хагрида, за твою кривую усмешку. И за то, что уже две недели ты не приходишь. Хоть бы записку послал! Хук справа удается наславу, но я не горжусь тем, что сделала. Я знаю, твой отец бил тебя. Я сама видела рубцы этих воспитательным мер на твоей спине и шее. Теперь я опустилась до уровня Люциуса Малфоя, хуже ,чем плесень на камне, и чувствую себя соответствующе.
С Гарри спасаем Клювокрыла и Сириуса. Сил уже никаких, но надо найти тебя и поговорить.
Ни на что не надеясь, иду к нашему дереву. Уже темно. Едва не наступаю на тебя. Спасает светлая шевелюра - лунный свет запутался в прядках. Замечаю тебя, и сердце пропускает удар. Ты сидишь, обхватив колени руками, и сейчас кажешься таким одиноким, что мне больно. От того, что ударила. От того, что злилась. Подхожу и опускаюсь на колени. Правой рукой осторожно касаюсь синяка на твоей левой щеке. Ты вздрагиваешь.
-Прости,- шепчу в темноту.
Я не вижу выражение твоих глаз, даже дыхания не слышу. Ты затаился как зверек.
-Прости, пожалуйста,- голос срывается в мольбу.
Ты прижимаешь мою руку к своей щеке, ласкаясь, целуешь в ладонь, повернув голову, переплетаешь мои пальцы со своими, за руку подтягиваешь меня к себе и обнимаешь крепко-крепко, уткнувшись лицом мне в волосы.
-Грейнджер,- как заклинание шепчешь ты и гладишь меня по голове. Мне неудобно сидеть, в колено впивается острый камушек, правая нога проехала по скользкой траве под странным углом. Но я лучше отсижу себе все на свете, чем отпущу тебя сейчас, когда ты хватаешься за меня как за спасательный круг.
Первый серьезный скандал-четвертый го обучения. Турнир трех волшебников. Виктор Крам. Рождественский бал.
Перед вечеринкой ты, подловив меня в коридоре, закатываешь скандал даже не похвалив мое платье. Первокурсники удивленно таращатся, тогда ты хватаешь меня за руку, отнюдь не нежно, и тащишь в пустой класс.
-Не ходи с ним!
Ты рассерженно ерошишь себе волосы и становишься похож на панка - дикобраза.
-А что ты предлагаешь, сидеть одной в гриффиндорской гостиной?
Я раздраженно воззрилась на тебя, скрестив руки на груди:
-Ты же меня не пригласил,- резонно добавляю со злорадством наблюдая, как отливает кровь от твоего лица.
Ты устало присаживаешься на парту: - Я не подумал!
Мне становится тебя жаль, я подхожу, приглаживаю тебе волосы, ты подтягиваешь меня к себе за талию, прижимаешься губами к ложбинке у ключицы. Вдыхаешь.
-Прости, я должен бы пригласить тебя.
-Нет,- успокаивающе поглаживаю тебя по плечу,- твой отец бы не одобрил.
Ты вздрагиваешь и упрямо сжимаешь губы,- и пусть!
-Драко….
Ты поднимаешь лицо, я успокаивающе целую тебя в губы легко, нежно. Любой француз примет это за жест чисто дружеского расположения.
-Твоя семья важна для тебя. Не надо усложнять. Мы же видимся, так?
Ты упрямо мотаешь головой. Потом со вздохом соглашаешься. Мы идем на бал. Каждый -со своей парой. Виктор очень мил, но весь вечер я ищу глазами светлую макушку. И, когда вижу Паркинсон, виснущую на тебе, понимаю ,что мне очень расцарапать лицо одной конкретной слизеринке.
Потом мы долго не общаемся. Мы по разные стороны баррикад. Ты с Амбридж. Я с отрядом Дамблдора. Ни встреч, ни писем, ни взглядов.
Шестой курс. Ты не похож сам на себя. Сторонишься. Не желаешь говорить. Я часто жду тебя у нашего дерева. Ты не приходишь.
Ты вырос, похудел, очень элегантен. Впрочем, так было всегда. Стал еще бледнее. Не снимаешь рубашку даже на квиддиче. Накатывает ужас: ты принял метку? Плохо уже от одних только подозрений, но когда я застаю тебя рыдающим в туалете Плаксы Миртл, и ты все мне рассказываешь, становится по-настоящему тошно. Мне не хочется избить тебя, нет, хочется и одновременно удушить собственными руками - самоуверенного идиота, - и –обнять и не отпускать в страхе, что с тобой лучится что-то ужасное. Куда уж больше -случилось…. Мы сидим в обнимку на полу туалета, твоя голова покоится на моем плече, и я уговариваю тебя –идти к Дамблдору.
Ты устало отбрыкиваешься:
-Бесполезно, Гермиона, он не поймет не поверит, и главное - он не сможет защитить родителей.
Ты смотришь в одну точку на стене туалета и твердишь одно и то же как под гипнозом. Нужна встряска, пока ты в таком состоянии я ничего не смогу тебе доказать. Поворачиваюсь, беру твое лицо в ладони, наклоняюсь и целую - нежно, насколько в моих силах, пытаясь с поцелуем влить в тебя свои силу и решимость - стоять до конца за правое дело. Судорожный захлебывающийся вздох, расширенные зрачки, потрясенный взгляд, но ты по крайней мере опять стал собой. Я узнаю в этом взгляде того 11летнего ранимого
и самоуверенного мальчика, который уже тогда был готов на многое ради своей семьи.
-Идем,- поднимаю тебя за руку.
Ты встаешь. - Куда?
-К Дамблдору.
-Нет. Ты все еще не веришь.
-Идем, Драко, так надо.
-Надо? - неуверенный вопрос.
-Все будет хорошо. Идем.
И ты идешь со мной, доверившись грязнокровке.
Дамблдор не удивлен, как и Снегг, который появляется в кабинете директора через 2 минуты.
Они уже все знают и у них есть план, который включал тебя независимо от того, признался бы ты или нет. Я зла и испытываю облегчение. Хорошо, что Драко ничего не грозит, это плюс, но вот равнодушие этих «взрослых» к тому, что творится в душе Драко, к тому, через что ему пришлось перешагнуть, чтобы прийти в кабинет директора - убивает.
Им все равно, но не мне. Когда мы выходим, я крепко обнимаю тебя:
-Драко, я горжусь тобой!
Ты сжимаешь меня объятиях, я вновь чувствую себя спасательным кругом. Я всегда рядом. И всегда - друг. И я понимаю - мне этого мало.
Ты смотришь на меня долго, внимательно, как будто пытаешься что-то прочесть в моих зрачках. Потом наклоняешься, целуешь, и это не дружеский поцелуй. Нас спугивает Снегг, когда, поморщившись, протискивается мимо, комментируя ситуацию словами «подростки», «гормоны», «крышу сносит». Мы краснеем и расходимся. Глупо. Больше мы не виделись до финальной битвы, когда Гарри спас тебя от огня в Выручай - комнате. А потом ты ушел.
Я сижу на берегу озера под нашим деревом и читаю книгу. Я теперь много времени провожу здесь, наивно надеясь, что когда-нибудь ты вернешься.
Шуршит листва под чьими-то осторожными шагами. Я вскидываю голову с надеждой. Это Долгопупс, сконфуженно топчется.
-Гермиона, прости, я тебя напугал. - Добрая улыбка. Как хорошо, что он остался в Хогвартсе как помощник мадам Стебль.
-Тебя просила прийти мадам Помфри, у нее какой-то особенно интересный случай, хочет тебе показать.
-Спасибо, Невилл. Встаю и иду по направлению к медицинскому отделению. Теперь я студент колдомедик и прохожу практику у мадам Помфри.
Заворачивая за угол, буквально врезаюсь в грудь высокого загорелого мужчины в дорожном плаще. - Простите,- не поднимая глаз, пытаюсь его обойти.
Меня хватают за плечи и стискивают в объятиях. Кажется, что-то знакомое, сейчас чувствую себя уже не крепким спасательным кругом, а резиновой точкой, которой сейчас запросто переломают ребра.
-Полегче, Малфой,- шепчу, уткнувшись носом в твою грудь, вдыхая родной запах, чувствуя, как твои губы путешествуют по моим волосам от макушки к виску.
-Грейнджер…
Как сладко может звучать моя фамилия, когда её произносишь ты!
Поднимаю взгляд. На меня смотрят серые внимательные глаза. Что-то в тебе изменилось, ушло затравленное выражение, появилась уверенность во взгляде, от глаз лучиками разбегаются морщинки, как будто ты много щурился, глядя вдаль.
-Где ты был, Малфой? - Нет злости за его молчание, нет обиды, просто огромное облегчение, что он вернулся.
-Плавал.- В голосе улыбка.- Служил матросом (усмехнулся), драил палубу и технические помещения, смотрел на водную гладь и звезды, старался забыть - всё.
-Всё?
-Тебя только забывать не хотел.
Ты вздыхаешь, зарывшись лицом мне в волосы.- Прости, что не писал. Но,- помолчал,- меня оправдали. Суд Визенгамота.- Уточнил ты, увидев, что я не понимаю о чем ты говоришь.- Дамблдор выступил свидетелем, Снегг подтвердил, теперь я свободен. И - я приехал за тобой.
Ты говорил негромко, но уверенно, меня это рассердило.
-И ты уверен, что я все брошу и кинусь за тобой?
-Нет,- ты качаешь головой, - совсем не уверен. Но если ты останешься, останусь и я. Я не хочу жить вдали от тебя. Во всех городах мира, когда я сходил на берег, я думал о тебе. Смотрел на цветы и думал, что ты уж, наверняка, знаешь название каждого, а когда мне предлагали наряды или украшения, я оценивал, какое бы подошло тебе. В толпе каждого портового города я видел тебя - твои волосы, наклон головы или улыбку, и тогда я понял, что должен вернуться и быть рядом - на любых условиях.
Ты смотрел немного грустно, но уверенно, и я поняла, что мальчик вырос. В тебе уже не оставалось той потребности - быть лучшим, первым, ценимым всеми, будто ты не можешь быть ценным сам по себе, просто от того, что есть. Теперь передо мной стоял мужчина, точно знающий, что ему нужно. Кто ему нужен. И пришедший за этим.
-Я не поеду. Ты не Грей. Я не Ассоль. Я не собиралась ждать тебя вечно.
Ты нахмурился, отобрал у меня книгу и принялся ее листать. – Ну да, - не глядя заметил,- поэтому-то ты и просиживаешь все свободное время на берегу озера под нашим деревом.
-Это просто самое удобное мест для чтения.
-А то как же, особенно в полночь и когда идет дождь, куда уж лучше.
Ты взял меня за плечи и встряхнул, - Гермиона, пожалуйста, хватит!
Я поразилась умоляющим ноткам в твоем голосе.
-Ты не принимала меня, когда я совершал гадости, ты не оттолкнула меня, когда я принял метку Пожирателя смерти. Прошу - не отталкивай теперь! Ты обижена, я понимаю.
-Малфой, ты ничего не понимаешь! Я не обижена, я просто умерла, когда ты ушел. И ты не писал. И я не знала, где ты и что с тобой. И жив ли ты вообще!
Я уже кричала и била тебя в грудь, а ты стоял, как скала и обнимал меня за плечи.
- А теперь ты являешься и говоришь, что будешь рядом! И - как долго? День месяц, год? А потом ты опять уйдешь, и мне придется собирать себя по кусочкам. Но я больше не смогу. Я и в этот-то раз едва себя собрала. Я не смогу жить, когда ты опять меня оставишь. Поэтому, уйди, а?
-Нет.- Спокойный и уверенный ответ.- Я останусь. И я не уйду - никогда.
На этом слове я подняла глаза и посмотрела в твое лицо. Ты спокойно и уверенно встретил мой взгляд.
-Гермиона, я остаюсь. С тобой. Навсегда.
И я тебе поверила. Малфои - всегда держат свое слово.

Пожалуйста, если берете себе, указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

14:08 

ГГ ДМ "Не мучь меня больше". Фанфик по ГП.

Не мучь меня больше. Мы с тобой учимся, дружим, иногда спим вместе. А тебе больше ничего и не надо. И я тоже делала вид, что мне ничего не надо. А я хочу собаку, и проводить выходные вместе, и стряпать пироги, и мне нужны - плюшевые медведи и дети. А тебе - нет.
-Уйди, а,- она говорила всё это, а я смотрел на нее и не мог насмотреться.
Как же ей объяснить что я думал, будто самое главное: статус, имя и положение в обществе, а не стало ее и все потеряло важность. Ее нет и ничего нет.
С чего же все началось? Когда я в первый раз осознал, что она важна для меня более, чем что либо другое?
Вначале я ненавидел ее, она была умнее, и отец высмеивал меня, говоря, что какая – то грязнокровка учится лучше слизеринского аристократа. Я изводил ее, я мимо не мог пройти без того, чтобы не сказать ей какую-нибудь гадость.
Потом…. Потом я понял, что она влечет меня. На рождественском балу, когда она танцевала с Крамом, я смотрел на нее и не мог перестать любоваться. Она не была красавицей. Любая слизеринка затмила бы ее нарядами и идеально выверенным макияжем, но ее искрящиеся глаза, то, как она склоняла голову, когда Крам что-то шептал ей на ухо…. Я вдруг осознал, что хотел бы оказаться на его месте. И я стал преследовать ее, теперь уже - чтобы прикоснуться, быть близко.
И я придумал - репетиторство. Грейнджер доставляло удовольствие подтягивать отстающего, а то, что я стал кротким и послушным, льстило её педагогическому таланту. Она рассказывала мне об окислительно-восстановительных реакциях, а я наблюдал за движением ее губ и думал, каковы они на вкус: мягкие, нежные, горячие?

И я пригласил ее в Хогсмид. Она выглядела удивленной, и это еще мягко сказано. Еще более потрясенными выглядели Поттер и Уизли, когда нагнали нас по пути в Сладкое королевство.
Гермиона выбрала фруктовые леденцы, а я взял всевкусные ириски, я все равно не собирался их есть, меня просто развлекала возможность угадывать, сколько одноцветных драже поместятся в один пакет Берти Ботс?
Мне доставляло удовольствие даже просто смотреть на Гермиону, но как оказалось, с ней можно было и поговорить. Не только об учебе
Так мы добрались до родителей. Я защищал своих, в глубине души понимая, что их оголтелая повернутость на чистоте крови- не более, чем снобизм.
Мы бродили вокруг озера, говорили о детстве, Грейнджер рассказывала о поездках в Дисней Ленд и сказках на ночь. Я молчал. Мне не хотелось говорить о том, что самым радостным воспоминанием моего детства было показательное воспитательное наказание домашних эльфов моим отцом.
В гостиной Слизерина на меня начали странно посматривать, Макнейр завел разговор о том, что я слишком сблизился с грязнокровкой. Я отговаривался репетиторством и тем, что таким образом я становлюсь ближе к Поттеру, а значит могу добывать информацию из первых рук.
На самом деле мы просто гуляли, разговаривали и однажды, когда мы собирали какие-то необходимые ей травы в запретном лесу, я ее поцеловал. И она ответила.
Мы стали встречаться. Никто не знал, даже Поттер.
-Он не поймет
-Да никто не поймет.
Так мы успокоили друг друга.
Виделись - в Выручай - комнате.
Все-таки Хогвартс - потрясающее место. Здесь тот, кто нуждается в помощи - всегда ее получает. Даже если вам очень нужно побыть с девушкой наедине, замок предоставит вам эту возможность. С одно поправкой - если чувство искренно и взаимно. Нам замок помогал. Мы - влюбились.
Мне казалось, такие отношения устраивают нас обоих, а теперь она стояла передо мной и говорила все это, что ей «так»- недостаточно. И вот я представил, что мы – женаты, у нас дети, собака и пироги по праздникам. И мне не показалось это такой уж невероятной возможностью. Это было реальнее, чем потерять ее навсегда.
-Нам придется уехать из страны, деловито уточнил я, прикидывая, какие активы смогу взять с собой.
Она смотрела на меня во все глаза. - Мы уедем? Вдвоем?
-Прости, Поттера взять не поучится.
Она рассмеялась легко и весело.
-Драко, как это возможно?
-Возможно - с тобой.
Я обнял ее, прижавшись губами к виску. Пусть будут дети, собаки, уикэнды и шарады по вечерам, только, если - с ней.
Пожалуйста, если берете себе ,указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

14:06 

ГГ ДМ "День четвертый". Фанфик по ГП.

Четвертый день к фанфику «Красавица и чудовище».
-Только не нужно врать, что ты еще не придумала имена нашим четверым детям,- так орал я ей в спину, когда она шла по направлению к Малфой Мэнор.
Да, мы поссорились, и, конечно, не в первый раз. Вру. Так - в первый. Сейчас я не думал о том, что заклятие вот-вот сработает, и я, уподобившись чудовищу из сказки, испущу дух, тоскуя по любимой. Нет. Я злился от того, что на самом деле мне хотелось бежать за ней, упасть на колени и умолять о прощении. Но Малфои – никогда не извиняются. Даже если не правы.
А о детях ляпнул наудачу - по привычке кольнуть побольнее.. Сделал больно. Себе. Потому что я – то уже распланировал, какие комнаты в западном крыле придется переделать, чтобы создать пару уютных детских: в персиковой гамме - для девочек, в зеленой - для мальчиков. Никакого розового и голубого - Малфои не опускаются до мещанских вкусов.
Так, что-то я отвлекся. Итак, с чего все началось…
Гермиона гостила четвертый день. Ну - условно «гостила», как вы помните изначально я ее похитил. Так и чувствую себя киднеппером, хотя меньше всего она похожа на ребенка…. «Заткнись, Малфой. Надавать тебе пощечин, что - ли, а то в голову лезут абсолютно непристойные картинки эротического содержания с участием вышеупомянутой мисс».
Так вот, Гермиона гостила четвертый день Ия уже начал надеяться, что после того как мы чинно обсудили книги, поиграли в шахматы и карты, а затем потанцевали, мы найдем себе на вечер какое-нибудь милое невинное развлечение, например: примемся рисовать друг у друга на голых спинах картинки и отгадывать их содержание…
Ага, размечтался. Утро началось с того, что Гермиона, запасшись блокнотом, отправилась по домам моих арендаторов – опрашивать их о проблемах и заботах. Народ у нас, надо заметить, добрый и старательный. Видя как молодая гостья хозяина прямо таки горит желанием облагодетельствовать бедное население, жители с упоением начали описывать все местные заморочки, заметьте, без остановки на обед и даже на ужин. Беседа грозила затянуться до утра, но была прервана разъяренным молодым хозяином, то бишь мной, явившимся за гипотетической миссис Малфой и утащившим мисс прямо из-под носа неутомимого электората. И вот, пока я, костеря на чем свет стоит энтузиастов-подопечных волок Грейнджер домой, она фыркала и брыкалась и тогда-то я и ляпнул сакраментальную фразу о детях, которые если так пойдет не то что не дождется сказки на ночь, но, видимо, даже родятся у чужой тети, потому - что мама будет особо занята - работой.
Во загнул. Я даже остановился, потому - что и сам-то себя не до конца понял, но, видимо, Грейнджер - поняла. Ах да, она же особо умная. Только всё - не в ту степь. Мы поругались, она ушла, а я понял, что придуманный мною романтический вечер с «невинным развлечением» из разряда маловероятных плавно переместился в категорию «фиг дождешься».
Ну и что оставалось делать? «Мда, Малфои не извиняются»,- напомнил я себе и пошел просить прощения.

-Гермиона, поскребся я в ее комнату,- открой, пожалуйста.- Я прижался лбом к двери. Холод полированного дерева приглушил лихорадочно мятущиеся мысли,- я прошу тебя.
Она услышала, открыла, отошла к камину. Я вошел, у стены валялись осколки. Похоже, моя радость колотила посуду. Я машинально отметил, что в следующий раз нужно попросить Винки ставить в ее комнату изделия попроще. На вскидку сейчас под картиной Моне мирно хрустели черепками 2.5 миллиона. «Только бы она не узнала, а то расстроится».- Я натянул на потрясенное лицо маску спокойствия, отвернулся от бедных вазочек эпохи Мин, поправка, уже - черепушек Мин, и подошел к Грейнджер.
Она стояла у камина, обхватив себя руками, будто никак не могла согреться. Я положил ладонь ей на плечо.- Гермиона…

Она стремительно обернулась, обняла меня и неудержимо разрыдалась. Я испугался…. Испугался тому, что мои слова довели ее до такой реакции. Я же не хотел! Я думал, мы как обычно поцапаемся, она посверлит меня раздраженным взглядом, и мы мирно сядем ужинать. Я не хотел того, что сейчас происходило. Гермиона рыдала в голос, что-то истерически выкрикивая. Из ее бессвязного лепета я понял только что она никому не нужна, что такую уродину никто никогда не полюбит ,что и я то обратил на нее внимание только из-за заклятия, и что детей никаких не будет - ни четверых, ни хотя бы одного, потому что для всех она - невидимка, бесплатное приложение учебнику-у-у-у!
Я, конечно, был не против держать ее в объятиях хоть весь вечер. И обнимать, и гладить ее было замечательно, но вот слушать весь этот бред было выше моих сил. А потому я ее заткнул одним известным мне супер - универсальным способом - поцеловал.
Сначала она захлебнулась дыханием, потом оторопело посмотрела на меня своими невозможными огромными глазами в мокрых длинных ресницах, потом вздохнула как наплакавшийся ребенок, обняла меня за шею и ответила на поцелуй.
На ужин мы не пошли. Правда и до рисования фигурок друг у друга на спине мы не добрались. А хотелось. «Впрочем,- философски подумал я,- у нас впереди еще уйма времени. По крайней мере - 10 дней».
А потом Гермиона принялась убеждать меня в необходимости постройки современного медицинского центра с отделением терапии с помощью кошек и все это - в провинциальной Англии.
Я брыкался на тему, что это невозможно, на что гриффиндорка авторитетно и категорично заявила, что «затащить ее в постель - вот это невозможно».
- Но,- шепотом мне на ухо,- я же лежу здесь, - взгляд под простыню, так же шепотом,- голая! – И – торжествующе:- значит, для Малфоя невозможного не существует!
Я вздохнул, признавая поражение, затащил Гермиону себе на грудь и принялся планировать какую из вазочек, что еще не успела расколотить Грейнджер, придется продать, чтобы таки построить этот столь необходимый провинции центр кототерапии. А что вы хотите, все-таки подарок к свадьбе… Как я надеялся.

Пожалуйста, если копируете, указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

08:54 

ГГ/СС "Зеркало желаний". Фанфик по ГП.

Не думал, что для меня вообще когда-нибудь что-нибудь будет возможно. Я принял как данность, что похоронил свое сердце в 21 год – вместе с Лили. После этого была работа: преподавателем, шпионом, Пожирателем смерти – функции, выполняя которые я не чувствовал ни-че-го.
И вот появилась она. Спустя так много лет, когда я уже просто нудно ждал, когда -же наконец, все закончится. Она - со своими невозможными волосами, вечной готовностью тянуть руку, пока я еще не закончил формулировать вопрос, она оживила мое сердце, заставила его биться быстрее.
Не обольщайтесь. Сначала было раздражение. Но и это было удивительно. Давно, очень давно я не испытывал сильных эмоций. Знак - не имел значения.
Она раздражала меня - тем, что всегда была готова к уроку, всегда знала все - лучше других. Эта ее жажда знаний, которую я поначалу принимал за жажду признания, злила меня. Я придирался, не замечал, ставил ее на место - грубо, так грубо, как не позволял вести себя даже с явными нарушителями, там, где обида была заслужена. Здесь - нет. От понимания этого я неистовствовал еще больше. По Хогвартсу ползли слухи о необъективном снятии баллов с Гриффиндора.
Поправка - все мои «наезды» - касались Грейнджер. Имя - то какое - Гермиона! Она снилась мне по ночам, я шептал ее имя, обнимая подушку, я просыпался в поту с мокрыми от слез глазами. Я чувствовал!
Я отказывался принять как дар небес, чувства к этой девочке. Не как благословение - как проклятие принял я эти пробуждающиеся чувства. Все, к чему они могли привести меня, это погрузить в пучину еще большего одиночества. Было совершенно ясно – мои чувства никогда не будут взаимны. «Так к чему эти мучения?!» - взывал я к небесам. Нет ответа.
Я пытался игнорировать ее на занятиях - она поднимала руку, в конце лекции подходила со списком дополнительных вопросов, помогала Долгопупсу не опозориться, когда я только и мечтал - отделаться от неудачника, портящего статистику моего предмета. Она была везде, даже в Большом зале мое место за столом преподавателей располагалось так, что я постоянно натыкался взглядом на неразлучную троицу.
Это был какой-то рок. Я даже изменил график и маршрут своих дежурств по школе, чтобы даже случайно не пересекаться с гриффиндорской старостой. Я отнюдь не был уверен, что столкнувшись с ней один на один в темном коридоре сумею удержаться, и не утащу ее в укромный уголок за статуей горбатой колдуньи. При мысли о том, что я хотел бы с ней делать, если бы мог, я на миг прикрыл глаза.
Мое сегодняшнее дежурство проходило на 7м этаже, неподалеку от выручай - комнаты. Но меня заинтересовала не она, а один из старых кабинетов прорицания, туда недавно перенесли зеркало желаний. Не то чтобы я горел желанием заглянуть в него, я и так подозревал, что я могу в нем увидеть. Но свет, льющийся из приоткрытой двери навел меня на подозрения, что все усилия Дамблдора по сокрытию зеркала опять пошли крахом, какой-то не в меру прыткий и любопытный студент уже добрался до волшебного артефакта.
Заглянув в дверь, я почти не удивился, увидев Грейнджер, сидящую на полу у основания зеркала. Скрестив ноги, и положив подбородок на переплетенные пальцы, она, не отрываясь, смотрела в зеркало. В голове промелькнула мысль: «Было бы интересно узнать, что она там видит».
Я усмехнулся. Действительно - рок, судьба, проведение - называйте как хотите, суть от этого не менялась, куда бы я ни пошел, я был обречен встречать Грейнджер на своем пути.
Очень хотелось по-тихому смыться. Но, как преподаватель, я не имел права оставлять студента около столь сильного магического объекта – без присмотра.
Я тихо обошел гриффиндорку и расположился слева от нее, у окна. Опираясь спиной о подоконник, так, что луна обливала меня золотистым светом, я наблюдал за Гермионой. Ее лицо освещала такая нежная улыбка, что я не мог оторвать своих глаз.
«Интересно, кому она так улыбается? - мелькнула ревнивая мысль,- Поттеру? Уизли? Краму?» Вспомнив болгарина, я скрипнул зубами. - Из всех мужчин, мальчиков!- усмехнулся я,- он, пожалуй, был единственным «достойным» соперником. Сильный маг, уделяющий достаточно времени учебе, он сразу распознал в Гермионе неограненный бриллиант. Куда там Уизли и Поттеру, те все больше облизывались на вертихвосток типа Браун или Чанг- «красота минус мозги», как я их называл. А Гермиона, такая красивая, умная, заботливая - сидела в двух метрах от меня и улыбалась кому-то невидимому самой нежной в мире улыбкой.
Вот она протянула руку и погладила зеркало двумя пальчиками, очертив контур лица.
-Как же мне показать тебе, что ты мне нужен?- ее тихий печальный голос заставил меня вздрогнуть.
- Ты всегда так занят, такой серьезный и отстраненный, иногда я думаю, а чувствуешь ли ты еще что-нибудь вообще?
Мои брови полезли вверх. Что-то мне это напоминает. Но нет - не может быть.
- Хотя,- Гермиона улыбнулась, как будто вспомнила что-то приятное,- твои придирки и замечания обнадеживают меня. Я начинаю думать, что еще не все потеряно.- Сейчас она уже смеялась,- от ненависти до любви один шаг. Так что я буду бороться.
Я вдохнул. Оказывается, пока она шептала зеркалу, я не дышал, боясь пропустить хоть одно слово.
«Придирки, оскорбления, неужели?»- голова шла кругом, сердце заходилось , а логичный и холодный голос в голове отказывался признать вероятность того, что речь идет обо мне.
-Что же еще придумать, как думаешь? - Гермиона уже советовалась, вероятно, как я надеялся, с моим двойником. - Больше вопросов? Более сложные?- Она вздохнула.- Помог бы мне что- ли ,подсказал бы –о чем тебе будет интересно мне рассказать. Я уже перелопатила всю запретную секцию, профессор Слизнорт измучился писать разрешения. И поглядывает на меня с каким-то подозрением. Придется, наверное, идти в Флитвику. - Она вздохнула.- Пора возвращаться. Рон с Гарри меня, наверное, заждались. До завтра.- Она наклонилась и быстро чмокнула зеркальную поверхность.
Я не успел уйти. Вообще, завороженный возможными предположениями, я не сделал даже попытки шевельнуться.
«Сейчас она встанет, увидит мой силуэт на фоне окна и испугается»,- успела мелькнуть мысль. А Гермиона, отвернувшись от зеркала, уставилась на меня. В обморок она не рухнула, к ее чести, надо заметить. «Храбрая девочка»,- мысленно восхитился я. Пора было делать морду кирпичом, уходить в глухую несознанку и изо всех сил изображать, что я вообще не при делах, ведать ничего не ведаю, глухой филин безграмотный, и вообще, только что вошел. Я пошире улыбнулся, отметив сразу, что сделал что-то явно не по сценарию, Грейнджер побледнела еще больше.
-П-профессор?- глаза огромные от ужаса. Или - от чего? Было бы любопытно заглянуть к ней в голову, когда еще представится такой идеальный для лигилименции зрительный контакт, но я сдержался.
«Молодец! Идиот!»- тут же столкнулись две стороны моей личности. Профессор победил.- Точно, идиот!- подтвердил внутренний голос.
-Мисс Грейнджер…,- надев на лицо маску непроницаемого, холодного, неприступного…
«Да какой идиотке придет в голову на тебя покуситься?- ехидно пропел внутренний голос,- вот только отчего - то Грейнджер обзарилась, со зрением у нее что- ли плохо, бедняжка».
«Вот так с ума и сходят, от всех этих внутренних голосов, трындящих под руку»,- мрачно подумал я.
Мысленно собравшись, я спокойно встретил взгляд Гермионы и продолжил:
-..я вас искал.
-Искали меня?- на лице Гермионы смешались удивление, радость, тревога, надежда. Эти эмоции таким калейдоскопом промелькнули у нее на лице, что не нужно было быть легилиментом, чтобы понять - девочка безнадежно влюблена. В меня. «Великий Боже, почему я ничего не замечал?»
« А потому,- опять проснулся настырный внутренний голос, что эгоист и кроме своих чувств давно ничего не видишь, даже под носом. Олух!»
Что-то я сегодня слишком много внимания уделяю внутреннему голосу, так и до шизофрении недалеко, а там - здравствуй палата с мягкими стенами в госпитале Святого Мунго.
Я вернулся к реальности. Гермиона с ожиданием смотрела на меня.
-Да,- я приказал себе немедленно врубаться в ситуацию,- в общем, я подумал, завтра воскресение…
-И?- ее брови встали домиком, будто я говорил на иностранном языке, причем слишком быстро.
-…и, - я собрался с духом,- вы прогуляетесь со мной в Хогсмид?
-Оу, - вид у нее был настолько ошарашенный, что на миг я засомневался, а меня ли она видела в зеркале желаний. Пока я думал, как бы вывернуться из неловкой ситуации, гриффиндорка «отмерла»:
-С радостью, сэр,- она улыбнулась открыто и по-настоящему тепло.
Мне очень хотелось с ходу придумать какое-нибудь успокаивающее объяснение, типа того ,что она нужна мне для того ,чтобы принести из аптеки большое количество ингредиентов. Но, взглянув ей в глаза, я промолчал. Она смотрела так счастливо, так нежно и удивленно, будто ее мечта стала явью. Я не хотел разрушать ее надежды. К тому же я и сам надеялся…
-Жду вас завтра в десять часов у выхода из замка, у второго льва,- прошептав это, я наклонился, взял ее руку и, поцеловав в ладонь, ушел.
Она не отняла руку. И это было хорошим знаком, так я убеждал себя, добираясь до подземелий.
На следующее утро за завтраком она едва на меня взглянула. Я не знал причин, а потому нервничал и раздражался. Сегодня я встал в шесть, привел в порядок волосы и одежду, даже ногти сияли идеальным маникюром, что для профессора зелий с вечно обожженными реактивами руками было небывалым делом. А сейчас она сидела и не поднимала на меня глаз. Передумала? Боится?
-Что?- хотелось встать и крикнуть на весь зал, только бы посмотрела.
В десять я был у льва. Ее не было.
«Может и к лучшему», - с горечью подумал я. Только развернулся, чтобы уйти, как в меня врезался маленький снаряд.
-Ох, простите, профессор, скользко, не удержалась, так спешила, еле отделалась от Рона и Гарри,- на меня смотрели сияющие карие глаза. Невольно я улыбнулся в ответ:
-Почему ты не смотрела на меня несносная девчонка?- я не удержался и все же задал, мучивший меня все утро, вопрос. Ее глаза широко распахнулись:
-Мне казалось, вы не захотите, чтобы кто-либо хоть что-нибудь заподозрил, сэр,- в конце ответа она уже чуть не шептала, опустив голову.
- Заботишься о моей репутации, и потому отделалась от Поттера и Уизли, да?- Я за подбородок поднял ее личико к себе. Она улыбнулась и слегка потерлась щекой о мою ладонь,- ну да. Мне казалось, так будет лучше…для всех?- ее вопросительная интонация, ее неуверенность, а больше - забота обо мне - окутали меня каким - то пуховым коконом. Стало уютно и спокойно, как давно я не испытывал ничего подобного.
Я сверху вниз посмотрел на Гермиону. «Я на ней женюсь» - пришедшая мысль почему-то вовсе не показалась странной.
-Идем,- я предложил Гермионе руку, она с готовностью взяла меня под локоть и потихоньку мы двинулись к Хогсмиду. У нее оказались очень скользкие сапоги, чему я, признаться, был только рад, она поминутно поскальзывалась, что давало мне законный повод теснее прижать ее к себе.
Мы шли и говорили - как настоящие англичане -начали с погоды, переключились на любимое время года, сошлись на том, то зима - наше любимое: искристый снег, свежий воздух. От погоды перешли к любимым книгам, выяснили, что Рождественские повести Диккенса - да, а Теккерей - нет.
Она задавала вопросы, ей действительно было интересно, чем я занимаюсь, когда не преподаю. Я рассказал о сотрудничестве с лондонской аптекой для которой готовил особенно сложные составы. Так я пытался подвести ее к мысли, что если она решится разделить свою жизнь со мной, то никогда не будет нуждаться.
Но, кажется, я не преуспел в донесении смысла, она переключилась на составы, которые я готовил. Некоторые из них были от редких детских заболеваний, так, постепенно, мы добрались до детей. Гермиона рассказала о своих племянниках, с которыми раньше часто проводила время. Она смеялась и была оживленной, из чего я сделал вывод, что тема «дети» в нашей (уже «нашей»!) жизни - не исключена.
Воображение разыгралось. К тому моменту, как мы добрались до Хогсмида, я уже распланировал, какую реорганизацию необходимо будет провести в комнатах, чтобы выделить детскую. Я усмехнулся, ну и унесло же меня воображение! И это только из-за одной прогулки с девушкой под ручку. Стареешь, Северус!
Мы не пошли в распространенные пабы, оккупированные студентами. Я привел ее в свое любимое маленькое французской кафе. Бывая здесь, я всегда поражался, как в английской деревне сохраняется этот островок чисто французского шика. Но, видимо, и у него были свои верные поклонники, не дающие заведению прогореть.
Здесь никому не было до нас дела, столики были отделены друг от друга завесой конфиденциальности, и можно было расслабиться.
Гермиона пила кофе со сливками и сахаром. Я пил черный. Попробовав мой, она со значением наморщила лоб:
-Теперь я понимаю, почему у вас постоянно такое недовольное выражение лица. Нельзя радоваться жизни, если добровольно пьешь такую гадость.
-Все относительно,- я с наслаждением отхлебнул из чашки,- иногда гадость – это то, что нам нужно.
-Не правда,- Гермиона взяла меня за руки и притянула ладони к своему лицу,- вам нужно вовсе не это. Молоко и сахар способны украсить жизнь,- она коснулась губами кончиков моих пальцев. Я понимал, что она говорит вовсе не о кофе.
-Гермиона, почему я?- я действительно хотел знать ответ.
-Потому что ты - умный,- я скривился,- добрый,- я скептически поднял брови,- заботливый,- поджав губы я понял ,что речь явно не обо мне, а о каком-то выдуманном гипотетическом принце. Не дав ей договорить, я прижал ладонь к ее губам:
-Ты ошибаешься,- я мягко смотрел ей в глаза, понимая, что после того, что скажу ей, потеряю ее, и никогда в моем доме не будет детской. Но не сказать я не мог, я не хотел, чтобы она обманывалась на мой счет.
- Я не добрый,- я нахмурился, опустил глаза на сжатые руки, машинально отметив, что костяшки побелели - сильно волнуюсь,- я убивал.- Я поднял на нее взгляд, ожидая увидеть ужас. Она смотрела спокойно.
-Знаю, Дамблдор мне все объяснил.
-Дамблдор?- я был потрясен.
- Он заметил все много раньше тебя,- она смотрела ласково и обеспокоенно,- и вызвал меня для беседы. Он пытался объяснить, что ты сложный человек, потом сознался о твоей роли шпиона- при Волан-де-Морте. Мне кажется,- она задумчиво почесала бровь,- он пытался меня отговорить.
Во мне зародилось странное желание - придушить старикана его же бородой. В себя я пришел от похлопывания по руке.
-Он не преуспел в этом,- Гермиона улыбалась ободряюще. Я расслабился. Но нужно было прояснить все до конца.
- Ты понимаешь, что моя жизнь не изменится, пока с Тем кого нельзя назвать – не покончено? Никто не должен будет знать что мы - вместе, для твоей же безопасности. - Я наблюдал за реакцией Гермионы, ожидая увидеть испуг и отторжение. Она выглядела спокойной и уверенной.- Я понимаю.
-И я по - прежнему буду к тебе придираться на уроках.
-Да.
-Чего ты хочешь Гермиона?- я смотрел на нее в ожидании ответа, надеясь и боясь его услышать.
-Быть с тобой,- просто ответила она.
И мы - ушли.
Больше мы вместе никуда не выходили, но всё свое свободное время она проводила в моих комнатах в подземелье. В конце - концов у меня была ничуть не худшая библиотека, за исключением разве что запретной секции. Нам казалось, мы отлично шифруемся, никто ничего не заподозрит. Дамблдор, конечно , был в курсе, он нас обвенчал, но больше никто не знал. Так мы думали, наивные, мы совсем забыли про карту Мародеров.
Через пару недель Поттер, разыскивая Гермиону по срочному делу, обнаружил вместо Гермионы Грейнджер, Гермиону Снегг, в комнатах профессора Снегга. Рону он ничего не сказал, но вечером устроил Гермионе допрос, доведя ее до слез. Это я увидел, прибыв в гостиную гриффиндора по его настоянию через каминную сеть. Здесь бы Поттеру и конец: не выношу слезы, а уж слезы моей жены…. «Ты попал, Поттер».
Пока я, поддергивая манжеты, с нахмуренным и сосредоточенным лицом повернулся к Поттеру, Гермиона успела выбраться из кресла и, подлетев ко мне, повиснуть на руках. – Не надо, пожалуйста, Северус,- она заглянула мне в глаза и поцеловала.
-Бее,- раздался голос.
-Ничего ты не понимаешь, Поттер, моя жена,- я подчеркнул это слово,- только что спасла тебе жизнь. Я наклонился к нему, сидящему на диване и улыбнулся улыбкой маньяка:
-Но учти, если еще хоть когда-нибудь Гермиона из-за тебя расстроится, так просто ты не отделаешься, понял?
Не реагируя на мои угрозы, Поттер рассматривал Гермиону с изумленным выражением на лице. - Почему? Скажи мне, почему – он?!
Я развернулся к Гермионе, ожидая, что она ответит теперь, когда она узнала меня достаточно близко и могла убедиться, что я отнюдь не принц из сказки. Я часто бывал раздражен, уставал, не любил выбираться куда-либо, предпочитая свободное время проводить с книгой у камина. Что она ответит?
Гермиона перевела взгляд с Гарри на меня.
-Я люблю его,- ответила она просто, как будто это был исчерпывающий ответ на вопрос.
-Но, почему?- Гарри вскочил на ноги.- Ты посмотри на него,- я задрал бровь,- он похож на летучую мышь, он наводит ужас одним своим появлением. Поттер запустил пятерню в волосы и потянул, будто собираясь выдрать их с корнем. – Почему?
- Браво, Поттер, за драматический эффект,- я издевательски похлопал,- сцена по вам плачет.
-Гарри,- Гермиона подошла к Поттеру и погладила его по плечу. Мне немедленно захотелось что-нибудь разбить.
- Посмотри на него непредвзято, он почти 20 лет выполняет роль шпиона, он заботился о тебе все эти годы. И не спорь!- она повысила голос, увидев, что он собрался что-то сказать.- Так и есть, пусть и своеобразно, но он все эти годы оберегал тебя. Он верный, надежный, заботливый и мне с ним просто очень хорошо, постарайся это принять.
Гермиона заканчивала свою речь, когда по ступенькам из спальни мальчиков спустился Рон.
-Ну ни фига себе!
В общем, сцена объяснения повторилась сначала. А если секрет знают уже пятеро, это больше не секрет. Сначала Поттер и Уизли перестали меня бояться, потом по школе поползли слухи, а к тому времени, когда я понял, что для сохранения безопасности жены придется срочно объединяться с Поттером и заканчивать свистопляску с Волан-де-Мортом, Гермиона, смущенно улыбаясь, сообщила, что мы скоро станем родителями.
Родители…. Это слово и согрело и повергло в тревогу. Ответственность теперь уже за две жизни…
И, как всегда, события начали развиваться одновременно. Волан-де-Морт напал на школу, мы спрятали Гермиону в Выручай - комнате, где был выход в Кабанью голову, взяв с нее обещание ни при каких условиях не принимать участие в битве. Она обещала. Я горячо поцеловал жену в лоб и ушел. Перед тем, как у подножия лестницы расстаться с Поттером, я потребовал от него поклясться, что если со мной что-то случится, он позаботиться о Гермионе и нашем ребенке.
Он обещал. Так было легче идти умирать. То, что скорее всего, я больше никогда не увижу мое чудо с шоколадными глазами, было фактически 100% ясно. Было больно где-то под ребрами, но я понимал, что мне было - ради кого и чего умирать. А это дарило чувство уверенности в своих действиях и небывалой решимости. И была финальная битва.
Я был ранен Нагайной и умирал, когда меня нашла моя жена. Если бы я имел силы, я бы на нее наорал - от страха. Эта сумасшедшая еще пыталась меня поднимать! Совершенно ненормальная. Слава Богу, подоспели Рон и Гарри, они оттащили ее, заливающуюся слезами от меня, за меня наорали на нее, чтоб не смела нервничать. Потом, оглянувшись по сторонам: догорающее небо Хогвартса, полуживой я и маньяк, разгуливающий на свободе с самой мощной волшебной палочкой мира, нервно рассмеялись. Левитировав меня в Визжащую хижину и оставив с женой, они ушли.
Остальное помню смутно. Только прохладную ладонь Гермионы на моем лбу и то, как она давала мне пить горький отвар из чашки.
Мальчики справились и без меня. Мы победили. И - остались живы. Это было каким-то настолько невероятным чудом, что я шептал небесам «спасибо», хотя еще несколько лет назад клял их за то, что они привели на мой порог и в мое сердце Гермиону Грейнджер.
Теперь у нас еще есть Роза. Мой необыкновенный цветочек - черноглазая и кудрявая, очень умная, вся в мамочку, уже сейчас предпочитающая книжки всем другим игрушкам. Хвала небесам, ее интересуют сказки, принцессы и приключения в магической школе. Пусть растет нормальным обычным ребенком, у которого будет спокойное, счастливое детство. Хотя, и тут я кисло улыбнулся, имея в крестных Гарри Поттера, об обычном детстве стоит забыть: квиддич, прогулки на метле вокруг большого озера, знакомство с гигантским кальмаром и очередным «безопасным» трехголовым песиком Хагрида - вот стандартные будни нашей крошки.
Праздники и выходные детка проводит в кабинете дедушки Дамблдора, беззастенчиво почесывая под шейкой феникса Фоукса или в запретном лесу, разъезжая на Флоренсе. Как-то одним мановением пальчика ей удалось заставить весь Хогвартс плясать под ее дудку. Я не против, Гермиона - тоже. Она много смеется, совсем забросила диссертацию и больше не интересуется зеркалом. Когда я как-то осторожно заметил - почему?- спокойно ответила, что у нее теперь в реальности есть все, чего можно желать.
- Так что зеркало теперь без надобности,- говорит моя жена и целует меня в нос. И я с ней полностью согласен.

Пожалуйста ,если копируете, указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

08:52 

ГГ / ГП, ДМ, СС, РУ- основной. "Сомнения". Фанфик по ГП.

Я пыталась вспомнить, с чего же все началось? Единственное, что приходит в голову - сомнения. Сомнения, что терзали меня, когда я сидела в библиотеке. Ну, конечно, библиотека, а где вы хотели меня застать? Даже не второе - мое основное место обитания в Хогвартсе, и вот я сидела и думала над словами Трелони, язык не поворачивается назвать ее – профессором, о том, что она «напророчила» мне одиночество из-за «холодного сердца».
И я сидела и думала, что, возможно, она не так уж и не права. Я действительно не была уверена. Конечно, считалось, что мы с Роном - пара, так как-то само собой получилось и все приняли это как должное, но любила ли я его? Я не могла ответить на этот вопрос. А что если я ошиблась, и мне больше бы подошел Гарри- уж ему-то я точно нужна, хотя бы чтобы ремонтировать очки и проследить, чтобы он не убился на тренировке. Или - Драко – его холодная отстраненность и частые неадекватные нападки явно показывают, как ему не хватает внимания, я могла бы заботиться о нем, отогреть его, дать ему почувствовать, что он - любим. Или – Снегг - Северус, я улыбнулась: острый ум, сдержанность, явный недостаток женской заботы на бытовом уровне – я вполне бы ему подошла, мы могли бы варить зелья, по вечерам обсуждать недостатки методик других школ зельеварения, и я бы заставляла его вовремя мыть голову.
Я сжала ладонями виски. Гермиона, опомнись, о чем ты думаешь, какая голова, какие очки, где здесь, вообще, любовь?! Наверное, Трелони была права и я просто-напросто бесчувственный сухарь, и меня ждет участь мисс Пинс, тихо угасающей в библиотеке в одиночестве.
Я сухо рассмеялась и тут же зажала себе рот рукой, если я начну так же кидаться на посетителей только из-за того, что они посмели с шлепком опустить книги на стол, я лучше кинусь в озеро, пусть у кальмара будет праздник!
Судя по часам, мне грозило пропустить ужин, я как раз поднималась, чтобы идти в большой зал, когда твердая прохладна ладонь опустилась мне на плечо.
- Мисс Грейнджер,- профессор Дамблдор смотрел на меня весело блестевшими глазами из-за очков половинок.- Мне бы хотелось поговорить с вами, если вы не возражаете.
-Да, профессор,- я собиралась встать.- Мы пойдем в ваш кабинет?
- Нет, мисс Грейнджер,- Дамблдор опустился рядом со мной за библиотечный стол.- Я попросил мисс Пинс предоставить нам возможность поговорить на ее территории.
Я удивленно подняла глаза. Не помню, чтобы профессор беседовал с учениками на серьезные темы где-нибудь, кроме своего кабинета. Но, как говорится «жираф длинней, ему видней», видимо, у директора имелись свои причины беседовать именно в библиотеке.
Я развернулась:
-Слушаю вас, профессор.
Дамблдор задумчиво смотрел в окно, за витражом просвечивала луна, рассылая свой отраженный свет по вершинам гор, окружающих Хогвартс.
Директор вздохнул:
-Видите ли мисс Грейнджер, бывает так, что мы сами не можем разобраться в своих потребностях, в истинных склонностях нашей души.- Он проницательно посмотрел на меня, я смутилась, неужели я думала так громко, что директор покинул свой кабинет только, чтобы со мной поговорить?
-И тогда, продолжал профессор,- человеку бывает необходима помощь.
Я подняла брови:
-Что, отправите на психотерапию?- хотелось спросить мне. Но, конечно, как примерная студентка, я молча внимала профессору.
Директор пошарил в широком кармане своей мантии и вынул старинный золотой ключ, подвешенный на длинную цепочку. Почему-то его отделка очень напоминала мне маховик времени, которым мне приходилось пользоваться несколькими курсами ранее, чтобы успевать по всем предметам своего расписания.
Подержав ключ на ладони и чему-то улыбаясь, директор протянул его мне.- Наденьте, мисс Грейнджер, и выслушайте внимательно то, что я вам скажу.
Я выполнила указание профессора. Как только ключ оказался на моей груди, он засиял и просветлел, окрасившись попеременно изумрудными, аметистовым ,сапфировым и золотистым цветом. Дамблдор улыбнулся, глядя на него. Улыбка была задумчивая и немножко задорная.
- Итак, мисс Грейнджер, с этой минуты каждый раз, как вы решите выйти из библиотеки, вы должны вставить ключ в замок двери и повернуть его дважды по часовой стрелке, и один - против. Не бойтесь, двери откроются в любом случае, но вы должны быть готовы к тому, что за дверью вас может ожидать немного «иная» остановка.
-Профессор, позвольте уточнить ,что значит «иная»?- взволнованно уточнила я.
-Разберетесь по ходу пьесы, мисс Грейнджер,- Дамблдор успокаивающе похлопал меня по руке, - обещаю ,что ничего угрожающего вашей жизни ,не случится.
О поднялся,- ну-с, удачи, девочка. И – растворился в воздухе. Но ведь в Хогвартсе нельзя трансгрессировать! Или это был сон?
Я покосилась на ключ. Он висел у меня на груди. Значит, не сон. Я собрала учебники и пошла к выходу из библиотеки. Так, не забыть,что велел профессор- дважды по часовой стрелке и один раз- против. Замочная скважина нашлась. По типу она совсем не подходила ключу, но он легко вошел в отверстие, повернулся и я - вышла. Не знаю, чего я ожидала, что окажусь в параллельной реальности? В другом времени и вокруг меня будут разгуливать дамы в кринолинах? Что вообще попаду из Хогвартса в какой-нибудь другой сказочный мир, где эльфы - прекрасные бессмертные существа, а Дамблдор - злой волшебник Гендальф, окутанный магией кольца всевластия?
Меня встретил привычный коридор родной школы. Ученики торопились на ужин. Вместе со всеми я пошла по коридору. Пришлось дождаться, пока лестница поменяет направление, чтобы я могла попасть в Большой зал. Пока я раздумывала, не стоит ли забросить сумку в гостиную гриффиндора, кто-то отобрал ее у меня. Я удивленно обернулась и встретилась взглядом с зелеными глазами, которые радостно смотрели на меня из-за круглых очков.
-Опять тяжести таскаешь,- укоризненно воскликнул Гарри.
Я только собиралась улыбнуться и пошутить на тему, что книжному червю не привыкать к книжкам, как он обнял меня и поцеловал. Сказать, что я онемела – не сказать ничего. Я застыла статуей жены Лота, а Гарри, как будто ничего не замечая, обнял меня и потянул к подошедшей удачно лестнице. До Большого зала он вел меня, не отпуская, и всё что-то говорил. Сквозь шум в голове я уловила слова «квиддич», «мы их сделали», «жаль, что ты пропустила». На последнюю фразу я смогла отреагировать, собрав все остатки разума:
- Оу, действительно, очень жаль.
Кажется, Гарри было достаточно этих моих нелепых высказываний. Он еще что-то болтал о том, что надо заняться моей спортивной формой. Я не вникала.
Он отбуксировал меня к столу гриффиндора, через пару минут я ощутила себя сидящей между ним и Роном и жующей цыплячью ножку.
- Всё в порядке?- на меня смотрел Рон. Голос его был обеспокоенный и заботливый. Я, подняв брови, смотрела на него. Что ответить?
-Меня только что на глазах всей школы поцеловал мой лучший друг, а теперь я сижу между моим как - бы парнем и им, и не знаю, не начнется ли драка ,если я открою рот? Я сглотнула, Гарри обернулся и, ничуть не смущаясь Рона, обнял меня и чмокнул в висок:
-Моя детка сегодня не в духе, наверное, опять получила у Снега не 5 с+, а просто 5.- Он потерся носом о мою щеку, я покосилась на Рона.
Он выглядел спокойным. Я ничего не понимала. Тут прилетела девица, пахнущая жевательной резинкой, закрыла Рону ладошками глаза и писклявым голосом заверещала, - угадай Рончик, кто, кто, кто?
«Заело ее, что ли?» - рассерженно подумала я.
Рон же, нимало меня не смущаясь, потянул за ладошки, развернулся и усадил Лаванду себе на колени. Ну да, как это я могла ее не узнать, та же идиотская розовая кофточка, детские заколочки и блеск для губ «love is», как будто ей все еще 11 лет. И тут Рон ее поцеловал. Нет, не так - и тут Рон ЕЕ ПОЦЕЛОВАЛ! Да как! Я чуть не рухнула. А он сидел, довольно улыбаясь, как будто так и надо.
Я едва поборола в себе желание немедленно вцепиться ей в волосы пятерней, чтобы выдрать лишние патлы.
Гарри наклонился ко мне:
-Ого, какой радушный прием, что-то они разыгрались сегодня, а ведь еще даже преподаватели не разошлись.
Он театрально вздохнул,- мне нравятся девушки, которые не стесняются прилюдно выражать свои чувства, понимаешь, я чем я?
Он с намеком погладил меня по талии, притягивая к себе, я увидела его приближающиеся губы и поняла, что еще минута, и меня стошнит прямо на него. Я вскочила:
-Я сейчас, - и, не забирая сумки, рванула в библиотеку.
Забежав в темный зал, я отдышалась среди книг. Ключ на груди поблескивал зеленым.
-Уф,- я оперлась о полку с книгами, - что это было? Мир сошел с ума? Меня поцеловал Гарри Поттер, как будто так и надо, а Рональд Уизли милуется с Лавандой! Что вообще происходит?!
Ключ вспыхнул. Я посмотрела на него. А не в тебе ли дело? Что там говорил Дамблдор: «Ты должна быть готова к неожиданностям, но не бойся, твоей жизни ничего не угрожает».
«О, да, жизни – то возможно и нет, но вот психической устойчивости, еще как».
Я подозрительно разглядывала ключ, держа его на ладони. Он был теплый и переливался, меняя цвета: изумрудный, аметистовый, сапфировый, золотой, и – с начала. Что бы это значило?
Я припомнила, что после того, как повернула ключ в замке и вышла из библиотеки, он все время сверкал изумрудными оттенками. Так, если зеленый, это вариант, связанный с Гарри, то что ждет меня в других случаях?
Я задумчиво посмотрела на ключ и на дверь. Опять на ключ. Было страшно, но гриффиндорское любопытство победило.
Я вставила ключ в замок и повернула. Распахнув дверь, ожидая увидеть коридор, я буквально уткнулась носом в белую манишку фрака.
-Ну, конечно,- раздраженный голос растягивал слова,- как всегда в библиотеке, и как всегда, еще не готова.
Я перевела взгляд выше: серо-сиреневые глаза, идеально уложенный бело-серебристые волосы, презрительно искривленные губы –Драко Малфой. Ключ на груди вспыхнул сиреневым.
-Ну, - те же насмешливые интонации, - ты что, не рада меня видеть?
-Рада,- я отвечала осторожно и аккуратно, по полшага отступая назад, припоминая как завершилась наша предыдущая встреча. Рука все еще побаливала, а вот у него на щеке не было заметно синяка. Странно.
-А раз рада, иди сюда,- меня бесцеремонно схватили в охапку ,усадили на стол и поцеловали так, что, извините, Эммануэль покажется сказкой на ночь для первокурсников. Когда я выдохнула, Драко окинул меня своим фирменным взглядом «и что это за грязь меня под ногами, потом демонстративно взглянул на часы и поцокал языком.
-И сколько мне еще ждать, пока ты оденешься?- язвительно поинтересовался он.
- Можно подумать ты меня родителям представить собрался, так тревожишься,- раздраженно ответила я.
-И не мечтай, Грейнджер,- он смотрел на меня с таким негодованием и изумлением во взоре, что я опешила,- естественно нет, вы только подумайте – «грязнокровка» и «слизеринский принц» -умрешь со смеху.
-Ах, со смеху,- я зло смотрела на него. И этого человека я жалела, думала, ему не хватает любви и внимания?
- Зачем ты тогда целуешься со мной?!
-Ну, это совсем другое дело,- Малфой со смаком оглядел меня.- Тело у тебя что надо и ты горячая штучка,- он шлепнул меня по заду, я от неожиданности подскочила на полметра,- чего не скажешь по твоему внешнему виду,- закончил он.
Чувствуя, что сейчас в Хогвартсе на одного студента станет меньше, а на одного конкретного хорька больше, я медленно выдохнула и улыбнулась улыбкой Моны Лизы, не значит- такой же милой, значит –такой же кривой ,со сжатыми губами ,чтобы нечаянно не заорать и не высказать Малфою всё ,что о нем думаю.
-Ты иди, дорогой, я сейчас.
Малфой с самодовольной улыбкой покинул библиотеку, я закрыла двери и прислонилась лбом к дубовой поверхности.
-Уф,- ключ переливался аметистовым.- Ненавижу сиреневый, - подумала я.- Еще утром любила, теперь ненавижу.
Взяла ключ, и пока Малфой не вернулся, повернула его в замке. Он засверкал сапфировым. С тревогой я выглянула в коридор. Никого. Я поплелась в гостиную гриффиндора вспоминая, что оставила сумку в большом зале, а завтра с утра - зельеварение, и я еще не успела закончить эссе по влиянию аконита на противооборотное зелье. Значит, придется идти искать сумку.
У входа в большой зал почему- то топтался профессор Снегг. Увидев меня, он воздел руки:
-Гермиона!
Я подскочила.
-Где тебя носит? Надо готовить ингредиенты к омолаживающему зелью, а ты де-то прохлаждаешься!
-Но я,- я попыталась сказать об оставленной в зале сумке, а меня уже тащили по коридору в сторону подземелий. У меня почему-то было такое ощущение, будто я муха, а толстый довольный паук волочет меня в свою нору.
Не прошло и десяти минут, как я была облачена в халат и поставлена у доски с мерными весами - мельчить крылья златоглазок. Снегг носился по лаборатории и непрерывно что-то смешивал. Я вспомнила свои утренние мечтания о том, как нам могло бы быть уютно работать вместе, и поежилась. Бойтесь своих желаний, они могут исполниться!
Да, я стояла с лаборатории Снегга, да, он звал меня по имени, и не шипел в спину, обзывая зазнайкой. Но, честное слово, лучше бы ворчал и грозился снять баллы. Он явно был ко мне неравнодушен, постоянно подходил со спины своей бесшумной походкой, прикасался как бы невзначай, то к бедру, то пояснице, я каждый раз нервно вздрагивала и боялась поднять на него взгляд - вдруг примет за поощрение и поцелует. Если в фантазиях Снегг казался мне вполне приемлемой фигурой, т в реальности - беее.
Почему-то чуть ли не с ностальгией вспомнился Рон. Почему бы это? Я принялась вспоминать события сегодняшнего вечера, так было легче отвлечься от назойливого внимания Снегга.
Гарри, который казался мне беспомощным без меня, сегодня выглядел как вполне самодостаточный молодой парень, помешанный на спорте и вовсе не интересующийся ничем другим. Слово «книги» явно вызывало у него зевоту, он мог воспринимать их только в качестве кардионагрузки при переноске моей сумки.
Я вздохнула. Как, оказывается, реальность отличается от наших фантазий о людях!
Драко,- я поморщилась,- Малфой. Вот с кем я ошиблась еще больше. Я жалела его, думала, он такой, какой есть, из-за жестокого, помешанного на чистоте крови отца, но, похоже, и сам он такой же сноб. Как он отреагировал на мое предположение, что он хочет представить меня родным. Щекам стало жарко. Я никогда не переживала о том, что я магглорожденная, но его сегодняшние слова «грязнокровка и слизеринский принц - ха!» ранили меня в самое сердце.
Да. А теперь Снегг. Мне почему-то казалось, что уж с ним-то я бы точно смогла ужиться, мы могли бы говорить на профессиональные темы дни и ночи напролет, и нам не было бы скучно. Но теперь, стоя в лаборатории и взвешивая порционно подготовленные ингредиенты, когда на самом деле мне хотелось принять ванну и, захватив большую кружку чая с лимоном, усесться у камина с интересной книгой – не по зельям – я была вынуждена признать, это не такая уж хорошая идея – связать свою жизнь со Снеггом. Работать с ним - запросто. Идеальная логика, хорошее образование, аккуратность в лаборатории, опыт – он мог бы быть прекрасным куратором диссертации, но мужем? Беее.
Как только я это поняла, в голове что-то щелкнуло.
-Профессор, я сейчас,- я быстро сдернула халат, и не оглядываясь, понеслась в библиотеку.
-Пожалуйста, пожалуйста ,пожалуйста,- шептала я , вставляя ключ в замочную скважину,- пусть в этот раз все получится!
Я распахнула дверь. За ней стоя Рон. С большой кружкой моего любимого чая – черного, крепкого, горячего, с лимоном и без сахара и с тарелкой сандвичей.
-О, спасибо что открыла,- Рон смотрел на меня своими спокойными добрыми глазами,- я решил, что ты опять забыла про ужин, и было бы неплохо тебя подкормить. Пойдем, перекусишь, пока мадам Пинс не видит.
Он быстро пошел через библиотеку к моему любимому столу у окна. Я пошла за ним, разглядывая его, будто видела в первый раз.
-Ешь,- он усадил меня в кресло, пододвинул тарелку,- я взял всяких понемногу, не знал, чего тебе захочется,- он застенчиво улыбнулся и погладил меня по плечу каким-то жалостливым жестом.
-Оу,- я принялась за еду, и только сейчас поняла, насколько проголодалась.- Спасибо Рон, ты мой спаситель. Рон улыбнулся и вытащил из кармана большую шоколадку. Мою любимую: черный горький шоколад с апельсином.
-Ешь, тебе надо восстанавливать силы, ты так много учишься, - он с гордостью окинул взглядом книги на моем столе. Улыбнулся. Посерьезнел.
-Но, - добавил он, - обещай, что когда приедем в Нору на праздники ,ты уберешь книги в сундук ,и не будешь их доставать,- он задумался,- ну хотя бы до 26 декабря?
Он ласково улыбнулся, покачал головой,- хотя, если тебе хочется…- он опустил голову. Я повернулась, притянула его за уши и поцеловала.
-Рон, я смотрела ему в глаза,- за что ты меня любишь?
Он моргнул, улыбнулся и чмокнул меня в нос,- просто так.
-Но, Рон, - я смутилась, почему-то мне не приходило в голову поднять этот вопрос в разговоре с ним.- Я же,- я наклонила голову,- магглорожденная,- чуть не прошептала я.
-И?- услышав в его голосе вопрос, я подняла взгляд.
-Ну, - я замялась,- ты из старинной чистокровной семьи, зачем я тебе?- Я правда хотела знать ответ.
Рон вздохнул, притянул меня к себе, погладил по голове, как маленькую девочку и сказал:
-Глупая, умная моя очень глупая девочка, я тебя люблю, вот почему. И плевать мне, что ты родилась среди магглов. Ты забыла, я гостил у тебя, твои родители просто потрясающие, добрые и хорошие люди. А именно это главное, а не кровь. Посмотри только на Малфоев – куда как чистокровные, но ведь - хорьки,- он пощекотал мой нос кончиком моих же волос, я засмеялась. Он посерьезнел.- Я люблю тебя, Гермиона Джин Грейнджер за то что ты - это ты: добрая, заботливая и смелая девушка, ты заботишься о Гарри как о родном брате, а видит Бог, ему нужна семья, и она у него есть - ты, я, мои родители и –Джинни.
Он улыбнулся:
-Прости, прости, что сразу не понял, как ты важна для меня, прости, что позволил Краму повести тебя на Рождественский бал, как бы я хотел кружить тебя в танце- там.
-Нет ничего проще,- я встала,- Рональд Уизли, позвольте пригласить вас на танец?
Рон улыбнулся, встал, подхватил меня на руки и закружил. Я смущенно улыбнулась:
-Я не очень хорошо танцую.
-Ничего,- он поставил мои ступни на свои,- давай так: левой - раз, два, три, правой - раз, два, три.
Мы чуть не упали. Смеясь, он кружил меня, а я разглядывала его спокойные близкие глаза и думала: «Как же это я чуть было не проглядела тебя, Рональд Уизли?»
Дверь в библиотеку распахнулась. Мы замерли. Мои глаза метнулись к столу, где стоял недопитый чай и тарелка с крошками от сандвичей, если это мадам Пинс то нам крышка!
Но это оказался Дамблдор. С удовольствием разглядывая нас, замерших в объятиях между стеллажами библиотеки, директор сказал:
- Не смущайтесь молодые люди, я буквально на минуточку, и более вас не задержу.
-Мисс Грейнджер, - обратился он ко мне,- пожалуйста, верните то, что я дал вам сегодня вечером, как я вижу, оно вам более не нужно. Я посмотрела на ключ, он сверкал золотым, я перевела взгляд на Рона, улыбнулась и сняла украшение.
-Профессор,- встревожено уточнила я, - это все исчезнет, когда мы выйдем из библиотеки?
-Что исчезнет, мисс Грейнджер?- Дамблдор разглядывал меня с доброжелательным равнодушием.
-Ну это, - я оглянулась в сторону Рона,- он забудет все это?
- С чего бы ему забывать, мисс Грейнджер?
-Но это же все магия ключа?
Профессор усмехнулся:
-Кто вам сказал такую глупость, дорогая,- он успокоительно похлопал меня по плечу,- все это-магия любви. Его любви к вам,- добавил директор, глядя на Рона. – Вам очень повезло, Гермиона,- профессор смотрел на меня серьезно и внимательно,- такое верное сердце - большая редкость в наше время, цените его.
-Да, профессор,- я улыбнулась.
-Ну, идите,- он подтолкнул меня в сторону Рона,- и не забудьте прислать приглашение на свадьбу.
Я кивнула. Профессор пошел к выходу, бормоча по дороге:
-Обожаю свадьбы: торт, фейерверки и все так безумно счастливы.
Я повернулась и пошла к Рону с каждым шагом все отчетливее понимая, какой благословенный подарок сделал мне Дамблдор. Он дал мне возможность «прожить» каждый из вариантов моих мечтаний так, что я на собственной шкуре смогла убедиться , каково это – выбирать «головой», а не «сердцем». Не зря в послании апостола Павла в главе о любви сказано: «любовь - не ищет своего». Только теперь в полной мере я осознала значение этих слов.
Рассуждая логически, я искала «своего» - выгоды, подходящего человека, которому смогу быть полезна я, или который сможет быть полезным мне: удовлетворить мой материнский инстинкт (Гарри), эго (Малфой), жажду знаний (Снегг). А надо было всего лишь слушать свое сердце.
Все оказалось очень просто, нужно быть с человеком, рядом с которым ты чувствуешь себя – собой, рядом с которым не надо держать марку, идеально выглядеть, любить квиддич, если ты его ненавидишь, пить брют, когда любишь горячий чай, строить из себя умную, когда хочется дурачиться и разворачивать подарки под рождественской елкой.
Нужно просто быть с человеком, который тебя любит «просто так», просто за то, что ты -есть – вот такая неидеальная- с вороньим гнездом на голове, с пальцами вечно измазанными чернилами, с твоими неидеальными зубами и привычкой вечно читать- везде. Нужно просто быть с тем, кто тебя любит.
Пожалуйста ,если копируете, указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

08:50 

ГГ ДМ "Шантаж". Фанфик по ГП.

Я и не смел надеяться на такую удачу. Хотя, это как посмотреть. Если с ее стороны, то грязнокровке крупно не повезло. Моя тетка Белла не знала удержу, когда хотела доставить удовольствие своему безносому дружку. И не надо бледнеть, это для нота, Макнейра и прочих «стариканов» - Волан-де-Морт великий правитель «в изгнании», для меня он не более чем уродливый садист. Вообще, надо законодательно запретить маньякам -стремиться к власти, мир станет спокойнее, когда каждый повернутый на бессмертии псих обретет личные апартаменты в госпитале святого Мунго.
Но что-то мы отвлеклись. Итак, Грейнджер.
Лесники притащили ее на пару с Поттером. Уизли где-то потеряли по пути. Что произошло точно я так и не выяснил, но Грейнджер выглядела диковато в своих маггловских джинсах и свитере, вымазанная в грязи, с веточками в волосах и очень испуганная, когда меня попросили осмотреть Поттера и подтвердить, что это именно он.
Мда, Поттер выглядел хуже. И это - мягко сказано. Лицо его было раздуто, будто он уронил себе на голову улей ос, щеки неестественно перекосило, а лоб скособочился так, что стал напоминать о небезызвестной болезни «лишней хромосомы». Я не подтвердил, что это- Поттер.
Грейнджер смотрела на меня во все глаза, я смотрел в ответ. О нет, я не был альтруистом и не заделался спасителем «золотого мальчика». Всё было проще, грязнее, прямолинейнее - Поттер был мне нужен живым.
Я собирался использовать его жизнь в качестве условия шантажа. На самого «шрамоголового» мне было наплевать. На нее - нет. Я хотел ее, и вот появилась возможность получить ее в свою собственность. Стоило только пообещать ей - свободу Поттеру и его безопасное возвращение в Нору Уизли, выдвинув условие, что сама она останется, и я был фактически на 100% уверен - она согласится. Но для этого мне был нужен Поттер - живой.
- Это не он,- я ответил как можно увереннее. Отец не хотел верить, я настаивал на своем. Они - смирились. Я уже было расслабился, решив, что узников сейчас отправят в подземелье, как тетушка решила поразвлечься.
-Оставь мне грязнокровку, а парня отведи вниз к остальным,- Беллатрисса с плотоядной улыбкой обернулась к побледневшей Грейнджер.
Родители поспешили покинуть большой зал. Он у меня не идеал, но - не психи и не садисты, и откровенное удовольствие от жестокости их «напрягает». Я зале остались трое - я, тетка и гриффиндорка. Беллатрисса мечтательно улыбнулась. Но - я не мог оставить Грейнджер ей, после ее забав я вряд ли получу обратно что-то крупнее варежки, и уж психического здоровья там будет не больше, чем у черепахи. Поэтому я решительно шагнул вперед:
-Тетушка позволь я ею займусь.- Белла недовольно нахмурилась, а я продолжил с обворожительной улыбкой, коснувшись ее волос: - Тебе лучше потратить время на себя, ты же знаешь, как наш Лорд любит, когда ты наряжаешься для него.
При этих словах лицо Белатриссы просветлело, а я в который раз поразился, как можно любить - монстра?
Тетушка упорхнула, но я, зная о возможных прослушивающих чарах, решительно шагнул к Грейнджер. Она отступила к стене, не сводя с меня наполненных ужасом глаз. Наклонившись, я буквально прошептал ей в ухо:
-Сейчас я взмахну палочкой, я ты заорешь, как будто я тебя пытаю, поняла?
Чего я боялся, так это того, что от страха у нее откажут мозги, и она не сможет правильно прореагировать. Но я ошибался, и это меня порадовало. Когда я взмахнул рукой Грейнджер так заверещала, что я даже испугался, не ударил ли я случайно заклятием на самом деле. В такой форме мы продолжали примерно полчаса, пока гриффиндорка окончательно не сорвала голос.
В ходе спектакля я успел высказать ей свои предложения. Конечно, это был шантаж чистой воды, и, конечно, мне было на это совершенно наплевать, если это давало мне возможность достичь цели. Что вы хотите - я все еще оставался Малфоем, а манипулирование людьми, игра на чувстве любви и самоотверженности - любимое занятие Малфоев.
Она согласилась, как я и предполагал.
Я трансгрессировал с ней в небольшой загородный дом, где жил в последнее время. Малфой Мэнор раздражал меня своей мрачность, кроме того, замок уж слишком полюбился Волан-де-Морту и его соратникам, чтобы я продолжал чувствовать себя там как дома. Оставив ее в гостиной, я вернулся за Поттером.
Кажется, он не поверил своим глазам, когда я открыл решетку темницы, но быстро сообразил, что надо делать, когда я привел его к камину и сунул в руки банку дымолетного порошка. Со словами «Нора» он исчез, и даже, как я с презрением отметил, не поинтересовался, где Гермиона. Хотя, я сделал скидку на гриффиндорский идиотизм, возможно, он решил, что я ненормальный альтруист - мазохист – уже спас ее и отправил к Уизли. Как бы не так. Я довольно улыбнулся, представив, что возвращаюсь «домой», а там меня ждет Гермиона и трансгрессировал.
Она действительно сидела там, где я ее оставил – на диване у камина. Огонь жарко потрескивал, но она сидела, крепко обняв себя руками, и дрожала. Я подошел, хотел обнять и растереть ей плечи, она отшатнулась от меня, будто я был Волан-де-Мортом.
-Что с Гарри?- высокий ломкий голос, съезжающий в хрип, все-таки она много сегодня кричала.
Я поморщился от токающей боли в виске:
-С твоим Поттером все в порядке, как я и обещал,- я смотрел на нее не отрываясь, она отвела глаза,- а ты - здесь, как и обещала.- Я все же взял ее за плечи, она застыла соляной статуей.
-Брось Грейнджер, я не насильник,- от раздражения я заговорил резче. Развернув ее к себе, я принялся сильными короткими движениями растирать ей плечи, пытаясь согреть. Она смотрела на меня, не отрывая глаз:
-Чего ты хочешь?- хриплый шепот.
Что она хотела, чтоб я ей ответил? Я хочу, чтобы ты меня любила? И что даст ей этот ответ, кроме возможности посмеяться и издевательски заявить,- этого не будет ни-ког-да. Я и сам отлично знал ответ на мое возможное заявление, а потому - молча продолжал растирать ей плечи и спину. Ее кофта была совершенно мокрой. Сосредоточенно я принялся расстегивать пуговицы - никогда не умел толком обращаться с неудобной маггловской одеждой. Она, вы только подумайте!- схватила меня за руки, в ее глазах поднималась паника,- ты же говорил, что не насильник, Малфой!- голос звучал придушенно и жалобно.
Я поднял на нее глаза, надеюсь, она не заметила в них боль, которую я ощутил от ее реакции на меня.
-Ты замерзла, твоя одежда сырая, так тебя не согреть, нужно переодеться, принять ванну.- Я говорил медленно, четко, спокойным тоном, каким разговаривают с испуганной лошадью или упавшим ребенком.- Сейчас я вызову эльфов, они помогут тебе переодеться и привести себя в порядок, хорошо?
Она медленно кивнула, будто не до конца веря в происходящее. Я встал, отвернулся, хлопнул в ладоши, приказал появившейся большеглазой Винки помочь «мисс Грейнджер» привести себя в порядок,- ванна, подходящая одежда,- раздраженно пояснил я, увидев в глазах эльфа непонимание.
-Да сэр, конечно, сэр,- эльфийка окинула взглядом Гермиону,- какую комнату отвести для мисс, сэр?
- Рядом с моей.- Ответ, кажется, поразил и Винки, и Гермиону - не в меньшей степени. Диковато взглянув на меня, они трансгрессировали.
Я устало потер лицо. Предстояло еще объяснение с тетушкой. Как ни странно, в Малфой Мэнор никто не обратил внимания, что пленников и след простыл. Так что я решил промолчать. Сделав Белле пару комплементов - платью и прическе, я поспешил убраться до прибытия Темного лорда.
Пока мы получили передышку. Можно было заняться собой. Приведя себя в порядок, я переоделся в привычную домашнюю одежду: мягкие брюки из темной шерсти и уютный кашемировый серо-голубой свитер. Обувь я не надел. В доме были деревянные полы и было достаточно тепло ,чтобы ходить босиком, это было его неоспоримое преимущество в сравнении с Малфой Мэнор.
Я подошел к двери, расположенной слева от моей, и тихонько постучал. Раздалось шуршание, через минуту дверь открылась. На меня смотрела Гермиона. В уютном синем домашнем платье, с еще влажными волосами, забранными в небрежный пучок на затылке, она выглядела настолько «на своем месте», что я поразился этому. Будто, подумалось мне, она всю жизнь живет здесь, со мной, словно мы сто лет женаты, и нет ничего естественнее, чем зайти за ней перед ужином.
- Малфой?- голос Гермионы звучал нерешительно. Мысленно поморщившись, и пообещав себе, что я добьюсь того, чтобы она звала меня – Драко, я невозмутимо улыбнулся:- ужин.
- Я не хочу есть,- ее голос стал еще более неуверенным.
-Не глупи,- я уже сердился. – Ты не можешь сидеть в комнате и морить себя голодом. Ты будешь есть, ты будешь выходить из комнаты, ты будешь со мной общаться!- Наконец невозмутимость отказала мне, и конец предложения я чуть ли не отчеканил.
-Мне еще предстоит объяснение с Темным лордом, куда сбежали подозрительные пленники, и я бы хотел иметь причину - молчать.
Поняв мой намек, она покорно вышла,- идем,- такой безжизненный голос и пустой взгляд. Мне стало плохо.
Раздраженно я шел по коридору к лестнице, понимая ,что «всё не так». Не о таком я мечтал. Но, в конце - концов, я - Малфой! А Малфои всегда добиваются своего.
Ужин прошел в молчании, я больше не пытался заговорить с Гермионой, а она сидела, уставившись в огонь камина, и о чем-то сосредоточенно думала.
После ужина я проводил ее в комнату. У дверей спальни она напряглась, ожидая, не последую ли я за ней.
-Спокойной ночи, Гермиона,- я не удержавшись, протянул руку и погладил ее по щеке. Я знал, что она «замерзнет», но ничего не мог с собой поделать. Она молчала. Я - ушел.
Спать было невозможно. При смысли, что она так близко, и - так далеко, мне становилось реально плохо. Было проще, когда в Хогвартсе я имел возможность задирать ее и обзываться, тогда она хотя бы реагировала: негодование, сверкающие глаза, яркие губы, сжатые или говорящие ответные резкости,- все это было лучше того замороженного молчания, которым веяло от нее теперь.
Я вернулся в гостиную. Рояль у стены ласково мне улыбнулся полированным боком, отражая пламя камина.- Почему бы и нет,- руки опустились на клавиши, и впервые я подумал, что может быть, мать была не так уж не права, когда силком заставляла меня заниматься. Полились звуки «Грёз» Шумана. Мелодия, такая спокойная и печальна, утишала боль в душе и дарила надежду.
Я играл, не зная, что наверху открылась ведь, и девушка в темно-синем домашнем платье и бархатных пантуфлях дошла до лестницы и уселась на верхнюю ступеньку. Она слушала чарующую мелодию, а из глаз ее лились слезы.

Проснувшись утром с чувством какой-то внутренней радости, я вспомнил –Грейнджер. И тут же помрачнел – наверняка придется силком тащить Гермиону на завтрак. Как ни странно, она уже ждала меня внизу.
Я внимательно смотрел, как она выбирает еду – чай, черный, с лимоном, малиновое варенье, черный хлеб. Поразившись столь экзотическим вкусам, я положил себе овсянки. Она с удивлением и как - будто неодобрением покосилась в мою тарелку.
-Что?- Мне хотелось знать о чем она думает, и я не сумел удержать вопрос при себе.
- Ничего,- она посмотрела мне в глаза спокойно и даже весело,- просто мне всегда казалось, что ты и овсянка вещи несовместимые.
-Овсянка - завтрак королей,- с достоинством ответствовал я, щедро добавляя сливки и сахар в тарелку.
Покосившись на нее, я увидел, что теперь она откровенно веселится.- Малфой, ты любишь сладкое как маленький мальчик.
- Я не мальчик, - отрезал я,- и тебе это совершенно точно известно.
Еще произнося эти слова, я понял, что сглупил. Створки ракушки приоткрывшейся было, захлопнулись, на меня опять смотрело неживое лицо с отсутствующим взглядом.- Я знаю,- замороженный ответ.
Я поймал себя на мысли, что мне очень хочется что-нибудь расколотить: вазу эпохи Мин, голову Поттера, который даже не озаботился своей подружкой, а теперь она сидит здесь, в безопасности благодаря мне и считает меня злодеем и гадом. Ах, чтоб!
Я встал. Я больше просто не мог находиться с ней рядом и не иметь возможности прикоснуться без того, чтобы не напугать ее.
- У меня дела, дом и сад в твоем распоряжении,- я не смотрел на нее.- Не пытайся трансгрессировать, иначе тебя расщепит, и помни - ты обещала.
Мне не нужно было смотреть на нее, чтобы узнать - она на меня смотрит, я и так это чувствовал, ее взгляд был как острожное поглаживание рукой. Я бы остался – понежиться под ее пусть таким – нереальным – прикосновением, но и правда нужно было наведаться в Малфой Мэнор, выяснить чем закончилась вечеринка. Я трансгрессировал.
Всё оказалось не так уж и плохо. Мэнор стоял целый, родители были живы, Белла вполне счастлива - Лорд похвалил платье, так что об узниках благополучно умолчали - никто не хотел портить вечер и настроение Волан-де-Морта, что меня только порадовало.
Что ж, делать в замке особо было нечего , а времени до ужина уйма, я решил наведаться в Лондон. Хотелось порадовать чем-нибудь Гермиону. Я обошел несколько ювелирных салонов, кое-где попадались действительно неплохие штучки, но я с трудом мог представить себе реакцию Гермионы на такой знак внимания.
Я вышел из четвертого по счету ювелирного, и, задумавшись, стоял, покачиваясь с пятки на носок и засунув руки в карманы, что для знающего человека продемонстрировало бы степень моего напряжения. «Руки в карманах - фу, так делают только плебеи»,- любимые слова моей матери, сопровождавшие всё мое детство.
Да, несмотря на деньги и знатную фамилию, мое детство отнюдь не было «золотым временем», в основном это была муштра и дисциплина - я много учился, читал, тренировался…. «Читал»- меня зацепило. Я огляделся - совпадение или судьба - передо мной высился лучший и любимый лондонский книжный магазин- «Спенсер и Фрибоди». Я улыбнулся, что ж – от такого то подарка Гермиона не откажется. Читать она всегда любила, а я в своем маленьком поместье пока не озаботился библиотекой. Вот и появился повод начать. Я бродил по магазину более пяти часов, откладывая в стопки свои любимые книги, которые как я надеялся, придутся по душе и Гермионе. Вечером, с пятью битком набитыми пакетами, провожаемый восторженным воркованием продавцов, я трансгрессировал в «Дубовые холмы», отметив, что едва поспеваю переодеться к ужину.. Но настроение было таким приподнятым - я надеялся на успех подарка ,что нисколько не переживал по поводу возможного опоздания.
В своей комнате я разложил книги на большом письменном столе у окна , выбрал одну - любимую, рассказывающую о биографии и творчестве Модильяни, и пошел вниз. Гермиона уже ждала меня за столом.
-Добрый вечер,- я улыбнулся.
-Добрый вечер,- Гермиона смотрела с ожиданием.
-Как прошел день?- я болтал на общие необязательные темы не особо даже соображая, что несу.
-Было…,- Гермиона запнулась,- спокойно,- она тоскливо покосилась в окно.
-Думаю – покой, это не самое худшее для тебя после предыдущих семи месяцев странствий,- я говорил ровным тоном, но в груди все подрагивало от воспоминаний - как я искал ее все это время, как боялся, что ее где-то схватят, а я не успею спасти.
-Да,- я поднял руку, демонстрируя книгу,- я кое-что тебе принес, надеюсь, будет интересно, одна из моих любимых,- зачем-то добавил я.
Впервые я добился проблеска интереса, Гермиона встала, подошла ко мне за книгой, взяла ее и устроилась у камина, просматривая.
«Спасибо, Драко, ты такой душка»,- мысленно проговорил я за нее, скривившись, как от зубной боли. Почему мне всегда так плохо, когда она меня игнорирует?
Погрузившись в мрачные раздумья, я не сразу отразил, что меня – благодарят!
-Спасибо, Малфой!- на меня смотрели сияющие карие глаза. Я позволил себе улыбнуться краешком губ. Пусть - «Малфой», но ее оживленное лицо стало для меня лучшим «спасибо».
Мысленно я потер руки, прикидывая, сколько еще книг запасено наверху и обещая себе вскоре более основательно наведаться в книжный. «Удачно ,что я богат,- мелькнула мысль,- а то с нынешними ценами на бумажные книги , будь я Уизли, мне грозило бы разорение - с аппетитом к чтению моей любимой».
Любимой? – О …- меня поразила мысль, что я ее люблю. - Но ведь все не так,- принялся я убеждать себя,- это я хотел, чтобы она меня любила ,а теперь что, я от нее завишу?
–Расслабься, Малфой,- пропел внутренний голос.- Конечно, ты от нее зависишь, и ты это давно и прекрасно знаешь, просто боялся себе признаться. Теперь признался. Молодец. Растешь, мальчик! - покровительственно закончил «голос». Над этим надо было поразмыслить и я, наскоро простившись с Гермионой, чем заслужил ее удивленный взгляд, скрылся к себе.
Так и повелось, на день я уходил, вечером приносил очередную книгу, Гермиона благодарила, мы расставались. У нее появлялось чтение, чтобы занять длинный день. Постепенно мы начали обмениваться мнениями о книгах. Я порадовался, что мне хватило ума купить мои любимые книги, каждую из них я читал неоднократно, а потому мог долго и подробно беседовать о каждой. Но я предпочитал - слушать.
Гермиона интересно рассуждала, у нее была нетривиальная точка зрения на многие события, мне каждый раз было интересно, что она скажет. Среди книг, что я приносил ей, кроме классических произведений - Шекспира, Диккенса, было много биографий. Дед всегда говорил - не читай историю - в ней все извратят и приукрасят - читай биографии и ты получишь не только объективную картину реальности того времени, но и рецепт успеха того человека, о котором пишут. «О неудачниках не пишут книг», поучал Малфой - старший. Вообще, с дедом мы всегда были дружны, не то, что с отцом - он не заставлял меня силой, а всегда объяснял - что и зачем нужно делать, и, зная «для чего» - я уже делал не «из-под палки», а по доброй воле. Жаль, что деда уже не было, когда отец связался с Волан-де-Мортом. Мне кажется, он сумел бы оградить его от этого опрометчивого шага.
Итак, вечерами, сидя у камина, мы обсуждали книги. Иногда я зачитывал Гермионе любимые места из текста, она сидела, поджав под себя ноги, положив голову на скрещенные пальцы, и внимательно слушала. В такие моменты мне казалось, что остальной мир далеко-далеко, нет ни войны, ни Волан-де-Морта, а есть только наш маленький мирок, только мы, усадьба, дубы за окнами и луна, обливающая аллеи деревьев своим серебристым светом.
Мне казалось, Гермиона привыкает ко мне, она больше не застывала статуей, если я касался ее невзначай, задевая руку, передавая книгу, заправляя выбившийся из прически локон за ухо, когда она читала. А однажды, когда я, проходя, рассеянно погладил ее по голове, как будто даже поддалась под мою ладонь, ластясь, как кошка. Весь вечер потом я убеждал себя, что мне все померещилось.
Дни сменяли друг друга. Неделя следовала за неделей. Приближалось Рождество. Вечером я поинтересовался, что бы хотела получить Гермиона в подарок к празднику. Она долго молчала, не поднимая глаз, потом посмотрела на меня и решительно сказала:
- Я хочу поговорить с Гарри, убедиться, что он жив и здоров, что у него все в порядке.
Я смотрел на нее и понимал, что всё, что я напридумывал себе за последние месяцы - ложь и мои фантазии. Я думал, мы сблизились, а она, оказывается, все это время думала, что я ее обманул, что бросил Поттера в подвале Малфой Мэнор.
-Хорошо - я встал, чувствуя, что слова еле проталкиваются в горло,- завтра,- и не глядя на нее, пошел к выходу.
- Малфой,- произнесла она за моей спиной. Я не мог заставить себя обернуться, лишь замер уставившись взглядом на столик у двери, мысленно представляя, как бы хотел расколотить о стену антикварную музыкальную шкатулку, стоявшую на нем. Конечно, я не сделал ничего подобного ,это слишком плебейский поступок, а Малфой не может позволить себе - опускаться до уровня «простого смертного». Я стоял, не глядя на нее, и молчал.
Вдруг теплая ладошка коснулась моей руки. Гермиона, потянув, развернула меня к себе. Я смотрел мимо нее.
-Драко. - Я вздрогнул от звука своего имени. Она взяла мое лицо в свои ладони: - Посмотри на меня, пожалуйста.
Ее голос был такой нежный просящий, что я не мог противиться.
Я поднял глаза. Она смотрела тепло, с улыбкой.
-Я верю тебе, и верю, что ты его отпустил.
Я выдохнул, оказывается, до этого я и не дышал.
-Но я прошу тебя, дай мне убедиться, что с ним все в порядке,- она погладила меня по волосам. Я закрыл глаза, наслаждаясь прикосновением. Она продолжила:
-Сделай это для меня, чтобы я закрыла ту страницу моей жизни и начала новую – здесь, с тобой.
Не веря своим ушам, я смотрел на нее во все глаза. Она только что сказала, что хочет жить здесь со мной, по доброй воле? Сама? Сейчас я чувствовал себя чудовищем, к которому Настенька вернулась с аленьким цветочком. Ну да, еще когда Гермиона читала мне эту сказки, я уловил четкую аналогию лохматого бедняги с собой, а теперь вдруг осознал, что и для меня возможен счастливый конец.
Осталось только отыскать «мальчика, который выжил» и доставить его моей принцессе. Делов - то,- так наивно думал я, отправляясь на следующий день в Нору. Вот тут – то и выяснилось, что война продолжается, Поттер в глубоком подполье, мне никто ничего не говорит, и все хотят спустить с меня шкуру - за убийство Гермионы, как они думают. Я припомнил события,- ну да, уж очень убедительно она кричала…
Доказывать что-либо Уизли я не собирался. Оставалось направиться в Малфой Мэнор, уповая, что Темный лорд еще там. А где Волан-де-Морт, там поблизости и Гарри Поттер..
И я оказался прав. В общем, в результате, ради Гермионы мне пришлось не только спасать Поттера, но и помочь ему разделаться с нашим небезызвестным психом. О деталях не буду, уж слишком кровавое и грязное оказалось дельце. Вообще – то все можно было провернуть гораздо изящнее, если бы не поджимали сроки ( «подарочек» должен был быть готов к 25 декабря) и не вселенская безмозглая гриффиндорская храбрость Поттера, вечно лезущего на рожон.
Выдернув его из – под пары Авад, я, едва не размазав его по стенке, пообещал собственноручно придушить, если мы останемся живы.
Теперь, сидя в «Дубовых холмах», наблюдая, как Гермиона расспрашивает Гарри, я лениво думал, что «так и быть, пусть живет»,уж очень мне не хотелось возиться с ним и дальше. Главное - просьбу Гермионы я выполнил, подарочек доставил, было сильное желание - упаковать его в коробку и перевязать желтым бантом, но я удержался. Вот такой я выдержанный, благоразумный, взрослый человек. «Ай да Малфой. Ай да молодец!»- мысленно похвал я себя, потешаясь, что ничуть я не взрослый. Разве бы взрослый нацепил Поттеру на спину бумажку со словами «пни меня, я самоуверенный засранец»?
А дальше… Гермиона осталась со мной в «Дубах», мы живем все так же тихо и спокойно, разве что Поттер иногда навещает нас со своей рыжей подружкой. Единственная перемена - теперь у нас одна спальня, и я наконец- то выделил комнату под библиотеку. Такому предлогу Гермиона не смогла противиться - знания это очень важно. Я согласно кивал, мысленно ухмыляясь. ОК, я скуплю весь книжный, если это поможет мне заманить ее в свою постель. Помогло. Надо же, дед был прав - книги- великая сила.
Пожалуйста ,если копируете, указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

08:47 

ГГ ДМ "Люблю Поттера". Фанфик по ГП.

С благодарностью фильму «Отличница легкого поведения».
Я понимаю, что ко мне многие обращаются чаще всего, когда нужно что-то объяснить или помочь сделать контрольную, которая «горит». И когда Малфой подошел ко мне в библиотеке и сказал: «Надо поговорить»,- я так и решила – подготовка к зачету.
-Нумерология или зелья?- Малфой непонимающе уставился на меня.- Нет, все-таки нумерология, по зельям у тебя и так все хорошо.
Я утвердительно кивнула, довольная своей догадливостью. Малфой смотрел на меня со странным выражением на лице, будто не до конца понимая, что я несу.
-Итак,- я сложила книги и уставилась на него в ожидании, снизу вверх,- чем займемся? Его скулы вдруг заметно покраснели. Я подняла брови, он избегал смотреть мне в глаза.
-В общем, прогуляемся, Грейнджер? К озеру, там и объясню.- Малфой неуверенно переминался с ноги на ногу. Я попыталась вспомнить, когда в последний раз видела неуверенного Малфоя, и пришла к выводу, что никогда.
Даже на третьем курсе, когда я ему врезала, он выглядел разозленным… ,но растерянным –нет.
- Хорошо,- я даже не стала уточнять, не ждут ли там меня его дружки, чтобы как следует поиздеваться. В конце - концов, моя палочка со мной, да и он не выглядит как человек, замысливший гадость. Вроде бы… Хотя, кто их, Малфоев, разберет. Стремление к пакостям, наверняка, заложено у них в крови. Я мысленно усмехнулась и пожалела гипотетическую будущую миссис Малфой –ох и намается она с детками. Кто бы говорил… Но, обо всем – по порядку.
Встреча у озера была назначена на расплывчатое «после обеда», поэтому, сидя за гриффиндорским столом, я периодически посматривала, не собирается ли Малфой к выходу. Тот так же активно пялился на наш стол. Даже Гарри заметил мне, прикрывая рот рукой:
- Малфой вылупился на нас и не отрывает от тебя взгляд.
-Кто знает, может - от тебя,- решила отшутиться я.
И, как выяснилось буквально через 15 минут, была очень близка к истине. Нет, не так: очень-очень, т.е. – прямо в точку!
Пришлось отвязаться от Рона, сообщив, что у меня встреча со Снеггом. На его недоуменно поднятые брови - зафига?!- сделала умное лицо и принялась заливать про сбор лекарственных растений. Проходящий мимо Снегг - подтвердил. Пока я с онемевшим видом глядела вслед Рону, спешившему убраться подальше от профессора (пока тот не снял баллы или не назначил отработку), Снегг, наклонившись к моему уху, прошептал:
-Конечно, на такую удочку мог попасться только бестолковый Уизли. Любой среднестатистический ученик знает - травы надо собирать на рассвете, когда они имеют наибольшую силу. Но я прощаю вам, мисс Грейнджер, идите уже, Драко заждался!
-Видимо, все-таки я была не права, и дело в зельеварении,- рассуждала я сама с собой, торопливо направляясь в сторону озера,- иначе как Снегг оказался бы в курсе, не ставит же Малфой его в известность обо всех своих проблемах? Точно - зелья!
Малфой стоял на берегу озера, лениво наблюдая за мельтешащим в глубине гигантским кальмаром ,и вовсе не выглядел раздраженным, чего я признаться опасалась.
- А я знаю в чем дело,- запыхавшись, быстро проговорила я, подлетая к нему.
Сумка у меня слетела с плеча и шлепнулась на траву. Книги рассыпались.
Пока я собирала учебники, умудрилась пропустить совершенно потрясенное выражение лица Малфоя, когда он обернулся на мой голос. Впрочем, он быстро привел себя в норму и натянул маску невозмутимого спокойствия.
-И в чем?- утомленный и равнодушный тон.
-Зелья! Снегг мне подсказал, я подняла на него взгляд, улыбнулась, встала.- Хорошо, я помогу, не переживай.
-Спасибо, конечно, Грейнджер, вероятно и это не будет лишним, но я, честно говоря, хотел просить вовсе не об этом.- Малфой говорил спокойным тоном, так что я ему почти поверила, что дело - о пустяках. Но его выдали руки- пальцы сжимались вокруг лямки сумки, будто хотели кого-то придушить. (Потом я его спросила,- кого? Он сказал,- себя,- за то ,что собирался сказать и сделать).
-Малфой, не тяни резину, мне еще свитки писать,- я поежилась,- к тому же здесь ветер и холодно.
Не говоря ни слова, Малфой снял плащ и накинул мне на плечи.
-Оу, теперь тебе придется его сжечь,- пошутила я, - ты осквернил его прикосновением к грязнокровке.
Я ожидала усмешки в ответ, а увидела только перекошенное лицо. Зуб у него болит, что ли?
-Гермиона,- он справился с эмоциями и передо мной опять стоял спокойный и собранный парень, - стань моей девушкой!
-Чего? Малфой ты белены объелся или белладонны обкурился? А, вообще, если нанюхаться натертой шкуры бумсланга, еще и не такое бывает,- я потрогала его лоб -холодный.- Ты на зельях отравился?
Малфой прикрыл глаза, будто вспомнил что-то приятное, по лицу скользнула улыбка, потом увяла. Он посмотрел мне в глаза:
-Гермиона, я люблю Поттера…
Интересно, куда упала и закатилась моя челюсть?
-…а чтобы быть к нему ближе, и чтобы в школе меня не считал геем, мне нужна ты.
От такой наглости я онемела.- А почему именно я?
-Ты его подруга, вы много времени проводите вместе, если я буду с тобой, то тоже смогу больше времени с ним общаться.
-А это не способ что-то выведать у Гарри для своего папочки?
- Я не общаюсь с отцом последние два года, с тех пор, как он хотел навесить на меня черную метку, а я пошел за защитой к Дамблдору. Думал, ты знаешь,- Малфой смотрел серьезно.- Пожалуйста.
И я не смога отказать, мне почему-то стало его жаль. А может это просто шок. Мысль о том, что Малфой может оказаться геем, никогда не приходила мне в голову. Конечно, он тщательно следил за собой, но он был завзятый ловелас, девчонки бегали за ним толпами. Я решила уточнить:
-Малфой, а ты уверен?- Я пытливо смотрела на него.
- В чем?
-Что ты - голубой.
Он закатил глаза и поднял правую руку:- голубее не бывает.
Какая же я была глупая и наивная. Малфой - левша!
В общем, я согласилась. Вот такая я мать-Тереза.
Ну так, для всей школы мы начали встречаться. Слизеринцы были в шоке поголовно, с Гриффиндора - только Рон и Гарри. Хотя Гарри принял все довольно спокойно, особенно после подтверждения Дамблдором слов о том, что Драко - безопасен. Он даже не возражал, что все вечера Малфой просиживал теперь в гриффиндорской гостиной, якобы уча вместе со мной уроки.
Я пыталась увидеть, как Драко смотрит на Гарри, каким образом пытается «больше общаться»- ради чего все вроде бы и затевалось. Но - ничего необычного не замечала. Кроме приветствия:- Малфой, - Поттер, они вроде бы особо и не разговаривали. Драко не стремился сесть к нему поближе, или как-то невзначай прикоснуться.
Зато меня он обнимал и целовал по поводу и без повода, объясняя это необходимостью соблюдать конспирацию. Когда я как-то спросила, зачем тогда целоваться, когда мы наедине, Драко резонно заметил ,что практика повышает качество представления для зрителей.
Потом подумал и со значительным видом добавил:- репетиция! Это случилось после того, как я затащила его в маггловский театр на «Бурю» Шекспира. Он вышел потрясенный, с огромными глазами. Приходил в себя пару часов. Под шумок мне даже удалось затащить его в Макдональдс и накормить вредным и не французско - изящным Баскин Роббинс.
Уплетая вторую порцию шоколадного мороженного с шариками воздушного риса и карамелью, он заявил, что я открыла для него мир, и теперь мы будем регулярно наведываться в театр. Когда я дипломатично намекнула, что Поттера в театр не затащишь, он поморщился, как от зубной боли и переменил тему. Я решила: - переживает, и больше не доставала его вопросами о том, как продвигаются дела с Гарри.
В свою очередь – он старательно водил меня по своим любимым местам в Лондоне. Так я познакомилась с милым французский кафе, чем-то напоминающим заведение мадам Паддифутт, но более утонченным. Попробовала кофе без сахара и с удивлением убедилась, что правильный кофе-это вкусно.
Еще Малфой водил меня к каналу, мы сидели на его любимой скамейке ,читали вслух по очереди 12ю ночь Шекспира и хохотали. Я удивлялась про себя, что у мажора очень простые запросы, не так,- его радовали обычные вещи: прогулка, хорошая книга, чашка кофе. Я удивлялась. Я же не знала, что всё детство в Малфой Мэнор он никогда не мог делать то, что ему хочется. А ложка мороженного вне обеденного времени, это было такое жуткое «нарушение этикета», что только мое присутствие спасало его от того, чтобы немедленно сбежать.
В общем - со мной Малфой нарушал все правила. Как он объяснил:- после того, как я начал встречаться с магглорожденной (он больше никогда не употреблял слово «грязнокровка» и мне запрещал его произносить), нарушать правила стало для него не страшно.
Как ни странно, мы заметили, что, глядя на Малфоя, многие слизеринцы начали ухлестывать за девушками, которых раньше задирали.
- Вот так внешне проявляется подростковый способ оказать внимание.- Я с умным видом объясняла Малфою, почему слизеринцы доставали девчонок.- Они им просто нравятся, это как «дергать за косички» понравившуюся девушку. Малфой смотрел на меня чему – то улыбаясь, потом подошел и с серьезным видом подергал за косу - так понятнее?- он смотрел на меня с улыбкой.
Я непонимающе улыбнулась в ответ. - В смысле?
- О, Грейнджер, ты иногда бываешь такая глупая,- Малфой взмахнул руками и отошел.
Я сидела и пыталась въехать в ситуацию.
- Драко, извини, я права не поняла. - Я подошла и взяла его за руку, он сжал мою ладонь в своей.- Ты пытался объяснить мне, что я тебе нравлюсь? Он не глядя, кивнул. Я успокоилась.- Ну, я и так это знала.- Он удивленно посмотрел на меня. Я продолжила:
-Ты мой друг. Малфой закатил глаза,- нет, это невозможно! Он развернулся, взял меня за плечи и решительно произнес:
-Гермиона ты мне нравишься.
Я все еще не понимала.
-Не прост нравишься. Я тебя люблю!
Мои брови полезли на лоб:
- А как…,- начала я припоминая его проникновенную речь о Гарри.
- А это был способ заставить тебя проводить со мной больше времени. Прости!- Малфой лукаво улыбнулся.- Я надеялся, что больше общаясь со мной ты ко мне привыкнешь, может быть, я тебе даже понравлюсь.- Он вопросительно заглянул мне в лицо. Я не знала куда деть глаза.
-Нет?- его голос был полон грусти.
- Да, ,Малфой, да!- я попыталась вырваться, но он уже, улыбаясь во всю пасть, прижал меня к себе, обнял и закружил.
-Ай да крестный!
-При чем тут Снегг?
-Это он посоветовал мне, как подобраться к тебе поближе.
-Ах, он.., - я задохнулась, потому - что Драко меня поцеловал.
В общем, потом мне пришлось стать и миссис Малфой. Припоминаете, как я жалела эту гипотетическую миссис, что детки ей достанутся не только с генами, но и с чебурашками? Да. Достались. Воспитываю…. Спасает одно - их папочка отлично знаком со всеми возможными закидонами на собственном опыте. И все же- муштры у нас нет, а есть походы в театр и Баскин Роббирнс. Ребята не возражают, особенно, если в компании крестного - Потера.

Пожалуйста ,если копируете, указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

08:46 

ГГ ДМ "Красавица и чудовище". Фанфик по ГП.

Никогда не думал, что у Небес достанет извращенной фантазии – превратить сказку в реальность. Я сидел, глядя на розу отвратительно гриффиндорского цвета, и пытался сообразить, что же делать. Вероятность моего дальнейшего существования стремительно приближалась к нулю, так как вероятность того, что Грейнджер скажет «да» - была вообще за гранью возможного.
Вероятно, вы в непонятках, а я загнул с размышлениями. Скажу проще – я - Драко Малфой, слизеринский принц, должен уговорить гриффиндорскую отличницу Гермиону Грейнджер согласиться выйти за меня замуж. Более того - выйти по любви.
-Ха,- скажете вы. Но, если через две недели она не скажет «да», мне - крышка. Я склею ласты, отброшу копыта, и что там еще - все в соответствии с заклинанием из сказочки «Красавица и чудовище». Один плюс - в косматого урода я не превратился, зачем, если Грейнджер и так знает меня, как урода морального. Это я все 7 лет знакомства с ней - лгал, делал подлости, доносил на Поттера, обзывал ее грязнокровкой и задирал Уизли. Я обхватил голову руками: она ненавидит меня. Мне - крышка! Но, обо всем - по порядку.

Всё началось с того, что я искал подарок к Рождеству для матери. Она любит читать. И так я оказался в лучшем букинистическом магазине Лондона. Здесь всегда можно было найти поистине редкие шедевры. Я надеялся на удачу и, в какой – то извращенной форме, мне действительно повезло….
Я нашел старинную книгу сказок, углядел ее на третьей полке , потянулся и - мои пальцы встретились с другими, тянущимися к той же книге.
-Малфой? - изумленный голос. Ну, конечно, вездесущая гриффиндорка.
-Грейнджер, что ты здесь делаешь?- Я воззрился на темноволосую румяную Гермиону, по ходу дела обдумывая, в курсе ли она цен на книги в этом магазине.
-Я искала подарок к Рождеству, осталось всего 2 недели.- Как ни странно, Грейнджер отвечала доброжелательно и даже улыбалась. Ну, сейчас я ее огорчу.
- Извини, но эта книга - моя! - Я решительно снял маленький томик с полки.- И, кроме того,- добавил ворчливо,- она слишком дорогая, ты ее не «потянешь». Да и к чему Уизли книга, он же ни разу в жизни их не открывал.- Почему-то так и тянуло сказать какую-нибудь гадость.
-Это не для Рона,- Гермиона взяла и моих рук книгу и погладила,- это для мамы.
Я чуть было не уступил. Но я - то тоже выбрал ее для мамы! И, Грейнджер всё равно знает, что я не джентльмен, так что можно не напрягаться в благородстве.
Я потянул книгу на себя, она не отпускала, взгляды наши рассерженно скрестились поверх обложки, никто не хотел уступать. Я, обманчиво расслабив пальцы, вдруг резко рванул обложку к себе, книга раскрылась на старинной иллюстрации к сказке «Красавица и чудовище», где прекрасная девушка обнимала умирающего страшного зверя, сжимающего в лапах алый цветочек. От страницы поднялось золотистое сияние, охватило нас с Грейнджер, вспыхнуло алым, и - погасло.
Букинист – владелец лавки - мистер Джонс бежал к нам с перекошенным лицом:
-Ох, мистер Малфой, мисс Грейнджер, что же вы наделали!- Старый букинист заламывал руки,- зачем вы активировали заклинание всепобеждающей любви, неужели настолько сильно хотели проверить свои чувства?!
-Какие чувства, мистер Джонс, что вы вообще несете,- я с раздражением воззрился на старичка. Тот - побелел.
-Нет чувств, но – о…. это ужасно , ужасно, как жаль, такой молодой…,- старый букинист едва не плакал.
- Да объясните толком, что происходит!- наконец взорвался я.
- Все просто, мистер Малфой, если мисс Грейнджер,- горестный кивок в сторону оторопевшей гриффиндорки,- в течение 2х недель не полюбит вас и не согласится выйти за вас замуж, вы умрете.
-…,- в голове вертелись только непечатные выражения. Мне - каюк. Я посмотрел на Грейнджер, она выглядела ошеломленной и явно прикидывала пути к бегству.
«Соберись, Малфой,- приказал я себе.- Ты же холодный, логичный аристократ, ты всегда мыслишь на 10 ходов вперед». Вопрос только в том, что времени на обдумывание не было, Грейнджер мелкими шагами, не сводя с меня глаз, отступала к двери.
-Куда собралась,- шепотом змеи.
-Малфой, пусти.
-Вместе влипли, вместе и решать будем.
Я ухватил ее за запястье, все завертелось и мы очутились в моей комнате в Малфой Мэнор.
«Какое счастье, что родители в отъезде, - подумал я, отпуская гриффиндорку,- они бы не пережили, особенно отец: магглорожденная в гнезде чистокровный аристократов».
Я рассматривал Гермиону, пытаясь сообразить, что же делать. Она испуганно смотрела на меня.
-Так,- я потер ладонями лицо, - Грейнджер,- она вздрогнула,- ты погостишь у меня.
Она сухо рассмеялась:- погостишь? Как мило ты называешь мое похищение.
-Ну, извини, это же мне, а не тебе отмерили милый срок в 2 недели с нереальными условиями выполнения задачи.- Я прошел к дивану, скинул плащ и растянулся на подушках.- Ты останешься.
Конечно, я понимал, что дело - швах. Если бы она хотя бы не знала об условиях заклятия, можно было бы разыграть безумно влюбленного, и она бы поверила, а так - безнадега. Она меня ненавидит, и есть - за что. Вот так, сходил за подарочком к Рождеству! Я усмехнулся и сел.
-Гермиона, пожалуйста, просто поживи здесь 2 недели.- Я смотрел на нее без надежды, но мне почему-то захотелось, чтобы она у меня погостила. Не хотелось провести 2 последние недели жизни в одиночестве в окружении лишь домовых эльфов. «И какая теперь разница, грязнокровка она или нет, - с раздражением подумал я,- живой человек, будет с кем поужинать и поговорить».
Я не надеялся на положительный ответ. И не смотрел на нее. Уж лучше услышать «нет», когда не надо выдерживать полный презрения взгляд. Любая слизеринка ответила бы «нет». Но она же гриффиндорка. А они храбрые, любопытные и склонны к самопожертвованию. Эти выводы о личных качествах факультета красного льва я сделал еще раньше, наблюдая за Поттером. И она сказала: - хорошо.
-Отлично, Винки покажет тебе комнату, ужин обычно в 7. Не опаздывай, а то дед будет огорчен.
-У тебя есть дед?- захлопала глазами Гермиона.
-Портрет деда,- я спокойно уточнил,- он большой поборник традиций и нервничает, когда мы задерживаемся с ужином. Поэтому мы стараемся его не огорчать.
Гермиона как-то странно посмотрела на меня.- Я не опоздаю.
Я не стал наряжаться на ужин - темные брюки, белая рубашка - честно говоря, мысли были далеко, хотелось просто посидеть спокойно. Почему-то вспомнилось детство, когда родители и за ужином весело переговаривались, а потом мы играли в монополию. Всего этого давно уже не было, теперь за ужином всегда царило угрюмое молчание, и совместные вечера у камина тоже канули в Лету.
Гермиона пришла, я отодвинул стул, она села и окинула взглядом обеденный зал. Я мысленно оценил обстановку ее глазами: большое помещение, высокий потолок теряется в сумраке, по стенам развешаны портреты предков - мужчины в мундирах, дамы в бальных платьях.
Дедушка на портрете придирчиво окинул взглядом Гермиону, потом подмигнул мне.- Хороша! Малфои всегда умели выбирать самое лучшее!
-О да, - я сел,- вот только она меня не выберет. Я заметил взгляд Гермионы и понял, что она все слышала. И пусть, ничего кроме комплемента ей в моих словах не было. А то, что она меня не выберет - это объективная реальность. Я не собирался прятать голову в песок. Я Малфой, а Малфои - никогда не были трусами!
Раздался хлопок, возникла Винки. - Хозяин, сэр, Винки очень виновата, сэр, ужин задерживается, сэр. Старый Отис заболел, сэр. Винки сейчас прищемит себе пальцы дверью, сэр.- Эльф испуганно и огорченно затряс ушами.
-Никто не будет ничего прищемлять,- я развернулся к Винки, забыв о Грейнджер,- что с Отисом, послали за врачом?
-Аптекарь приходил, сэр. - Винки виновато шмыгнула носом, - мы не решились позвать врача, сэр, к эльфу, сэр.
-Так позовите!- Я уже рассердился.- И, Винки, мы сами разберемся с ужином, родителей нет, протокол соблюдать не обязательно, иди, побудь с Отисом. Вечером доложишь,- я похлопал эльфа по плечу,- иди,- насколько мог ласково и убедительно. С хлопком Винки исчезла.
Я развернулся к Грейнджер:- ты же не возражаешь? Я могу наполнить бокалы, а ты сыграешь роль хозяйки и положишь мне что-нибудь на тарелку, не дашь умереть с голода?
Улыбнулся, но скис, взглянув на гриффиндорку. Похоже, все мои попытки пошутить пропали втуне. Гермиона смотрела на меня как-то странно и даже настороженно, и - молчала.
«Она что думает, раз эльфов не будет за ужином, я стану к ней приставать?»- раздраженно подумал я, страстно сожалея, что в свое время отлынивал от занятий со Снеггом. Будь я таким же опытным легилиментом, как крестный, уже знал бы, о чем думает Грейнджер, когда смотрит на меня так, будто у меня вторая голова выросла или я заговорил на суахили.
Мы поужинали, все прошло не так уж и плохо. Когда Гермиона поднялась, собираясь улизнуть к себе, я остановил ее вопросом: - поиграем в монополию?
Она кивнула, глядя на меня так же странно задумчиво, что я уж решил, а не повлияло ли заклятие и на мою внешность, и не превращаюсь ли я реально в косматое чудовище.
Мы сидели у камина, перекупали друг у друга предприятия, она выигрывала, но меня это совершенно не напрягало.
Сначала в разговоре мелькали только биржевые термины и суммы, потом я рассказал, как в детстве любил вечера за игрой с родителями. Гермиона поделилась своими воспоминаниями - аналогичными. Я рассматривал ее и удивлялся, и чего это я обзывал и задирал ее в школе. Она была абсолютно нормальной, с ней было спокойно, она не стремилась поучать или давить знаниями, как обычно бывает у заучек, а я сидел и думал, что вполне мог бы вот так проводить с ней вечера всю жизнь. С ней и с нашими детьми. Жаль, что этого не будет. Я улыбнулся про себя: зато будут эти две недели. Не всем выпадает и такое счастье - провести с любимым человеком две недели, не расставаясь.
Мы закончили, я проводил ее до дверей комнаты.
- Спокойной ночи, Гермиона.
-Спокойной ночи, Драко.
***
Конечно, эта ситуация с заклятием показалась мен сумасшедшей, особенно, когда Малфой похитил меня из магазина в центре Лондона и утащил в Малфой Мэнор.
Но гораздо большее удивление ждало меня позже. Он не был самодовольным ублюдком. Может, он прост хорошо маскировался, но я вдруг увидела ,что он тоже человек. Человек, а не хорек, каким мы все привыкли его считать.
Он старался не опаздывать к ужину, чтобы не огорчать портрет! дедушки.
Он отпустил эльфа, чтобы тот позаботился о престарелом дворецком и велел вызвать доктора.
Его детство было очень похоже на мое. Он не кичился богатством, а как драгоценности хранил воспоминания о вечерах, проведенных с родителями за Монополией.
За один вечер трижды Малфой поразил меня, и это был только первый вечер моего пребывания в Малфой Мэнор.
***
За завтраком Гермиона определено чувствовала себя спокойнее.
-Доброе утро, дедушка, - поздоровалась она с портретом, а старый Малфой ей подмигнул с веселой улыбкой.
-Какие планы?- спросила гриффиндорка, заканчивая завтрак.
-Ты можешь погулять по поместью, осмотреться, а мне нужно заняться некоторыми хозяйственными делами.- Я уже просматривал бумаги с запросами и жалобами. Одни арендаторы просили снизить плату, другим требовалось обновить крышу, третьи поссорились с моим управляющим из-за сбежавшего поросенка. Я вздохнул. Начинался обычный «рабочий» день в имении. Особенность таких дней была в том, что «выходных» не существовало, каждый день возникали неотложные вопросы, требующие внимания, вроде давешнего поросенка или потерявшейся козы. И со всеми своими бедами обитатели поместья шли в Малфой Мэнор, а мой отец, или в его отсутствие - я, должны были решать возникающие вопросы - ради блага и спокойствия людей, за которых мы отвечаем.
***
Я осматривала поместье, когда приметила женщину, медленно шагающую по направлению к Малфой Мэнор. Женщина шла, опираясь на палку, и часто останавливалась отдохнуть. Я подошла к ней.
-Вам помочь?
Женщина откинула со лба волосы и доброжелательно посмотрела на меня.
-Что ты, детка, мне хозяин Малфой поможет, не беспокойся.
-Хозяин Малфой? Мне было интересно, как эта женщина собиралась поговорить с Малфоем, не надеется же она, что ее пустят в Малфой Мэнор?
-Ну, конечно,- женщина улыбнулась,- молодой хозяин всегда очень внимателен к нуждам своих подопечных.
Я поняла, что - либо мы говорим о ком-то другом, не о Драко Малфое, либо я ничего не понимаю.
-Расскажите мне,- попросила я.
-О чем, детка?
-О Малфоях.
-А, - женщина медленно пошла дальше, я пристроилась рядом.- Малфои живут здесь не одно поколение и всегда обитатели имения приходили к ним со своими заботами. Я вот сегодня иду к молодому хозяину, чтобы попросить помочь найти поросенка. Он у меня сбежал, а управляющий не желает его искать, говорит, волки в лесу давно съели. А я, знаешь ли, так своего поросеночка люблю. Он у меня розовенький, я ему даже ленточку с колокольчиком подвесила. Зовут Френсис.
-Кого?- голова шла кругом. Я так и представила Малфоя с фонарем в руках, рыскающего по лесу и вопящего: «Френсис!». И вы представляете, так потом и получилось, и Малфой таки нашел его. Он тащил упирающегося поросенка на руках, тот брыкался и звенел колокольчиком, а Малфой с довольной улыбкой волок его, прижав к груди, как кубок школы по квиддичу и уговаривал «не выделываться и идти к мамочке!» Я - никогда этого не забуду.
***
Вот и еще один день прошел. Толком увидеться с Гермионой я не смог до ужина, хотя я отлично провел день, разгуливая по лесу и спас Френсиса, наверное, уже в 8 раз. Подозреваю, у него в лесу подружка, мне показалось, я видел нежно-розовый пятачок и полосатую спинку, точно - пекарри! Правда, когда тащил Френсиса домой, Гермиона нас видела. Но, что толку смущаться, стоя в обнимку с поросенком. Сделал независимый вид «так и надо» и прошел мимо Грейнджер с гордым видом. Ага, и с поросенком под мышкой. «Ну, что делать, - я улыбнулся, - вот такой слизеринский принц в неофициальной обстановке».
Вечером мы решили для разнообразия - почитать, речь зашла о «Грозовом перевале» Эмили Бронте. И мы – поссорились. Я утверждал, что Хитклиф должен был отпустить Кэтрин к Линтону, и позволить ей быть счастливой, а Гермиона твердила, что нельзя отказываться от любви, что это значит - предать и себя, и ее.
-О, он ее не любил,- я раздраженно ходил по гостиной,- он не думал о том, с кем ей будет лучше, он абсолютно эгоистично доводил ее, женившись на сестре Линтона а позже мучил ее дочь! Это - не любовь! - припечатал я.- Если бы он ее любил, то оставил бы - ради ее же блага!
-Да что ты знаешь о любви,- рассерженная Гермиона всплеснула руками.
Я потупился:
-Ты права, наверное, ничего.- Я задумчиво сел, уставившись в огонь.- Но я точно знаю, что если ты любишь человека, его нельзя делать несчастным. Это не честно. И, если ты любишь, ты должен отпустить или уйти, если это будет для блага того, кто тебе дорог.
Я поднял глаза, Гермиона смотрела раздраженно. Я опять почувствовал, что что-то сделал «не так».
***
Я смотрела на Драко и понимала, что совершенно его не знала. Человек, сидящий сейчас в кресле перед камином, и парень, задиравший меня в школе - это было как два совершенно разных человека. Малфой «из школы» не мог вообще в принципе ничего знать о «Грозовом перевале», а тем более рассуждать о жертвенной любви. А именно о такой любви и говорил он, задумчиво глядя в огонь камина.
***
Утром я спросил Винки, как дела у Отиса.
-Он поправляется, сэр, он будет очень рад вновь вернуться к своим обязанностям, сэр.- Винки подпрыгивала от готовности услужить.
А я сидел, размазывая по тарелке овсянку и думал, что больше не имею права держать Грейнджер у себя, как пленницу, и плевать, что мне так приятно быть с ней рядом. Я просто должен был ее отпустить. С Уизли и Поттером ей будет лучше, она их любит, пусть с ними и встретит Рождество.
-Гермиона,- я принял решение и собирался действовать незамедлительно. Пусть - больно, но - сразу, как сорвать пластырь.- Собери вещи, я отправлю тебя в Нору.
-Почему?- На меня удивленно смотрели ставшие родными шоколадные глаза,- ведь до Рождества всего 12 дней?
-Вот именно,- я сжал руки на коленях, радуясь, что из-за стола их не видно.- Тебе надо купить и упаковать подарки, съездить с Джинни в Косую аллею и выбрать платье для бала,- я лихорадочно соображал, что же еще ей надо сделать.
-Малфой, ты совсем дурак?
Я удивленно уставился на Грейнджер. Ни разу не слышал, чтобы она обзывала кого-то.
- Я остаюсь!
-Но тебе будет лучше…- я попытался объяснить, что она вовсе не обязана торчать здесь со мной из-за какого-то дурацкого заклятия.
-Вот только не надо решать за меня, что для меня лучше!
Я еще никогда не видел Гермиону такой рассерженной. Хотелось поднять белый флаг или залезть под стол. Но Малфои же - не трусы. Поэтому я просто «сбежал» на работу. Искать очередного поросенка или устраивать чьего–нибудь ребенка в детский сад было предпочтительнее, чем находиться рядом с тайфуном Грейнджер.
***
Я взбешенно пыхтела, наворачивая второй круг по парку Малфой Мэнор. Если бы я не была так рассерженна, я бы заметила зимнюю прелесть этих мест: по одну сторону дорожки, вившейся по парку стояли корабельные сосны, желто-коричневая кора пахла смолой, а иголки были упругими и изумрудно-зелеными, несмотря на то, что у корней уже лежал снег. По левую руку, переплетались как возлюбленные, кусты боярышника. По полуоблетевшим желто - красным веткам скакали яркие, как васильки, синички и требовательно трещали, выпрашивая семечки. Когда я остановилась, чтобы рассмотреть одну, особенно говорливую, над головой прошуршало. Подняв взгляд, я усела заметить пушистый рыжий хвост, мелькнувший к вершине сосны - белка.
Я вздохнула. Природа успокаивала, я могла уже разумно оценить предложение Малфоя, и увидеть «откуда росли ноги» его сегодняшнего сумасшедшего предложения - Хитклиф! Он что, считает меня такой же как Кэтрин Эрншо, думает ,что может отправить меня к Уизли, потому что тот, видите ли, «больше мне подходит»?! Но я не Кэтрин! Я не выбираю «головой». А вот, что выберет сердце - в этом я уже не была уверена.
Уж слишком непривычным казался мне этот Драко - молодой хозяин Малфой. Я даже предположить не могла, что он может быть таким: заботливым, ответственным, способным на самопожертвование. А ведь он, определенно, собирался пожертвовать собой, отправив меня в Нору. Он же слышал заклятие и понимал, что утро Рождества для него не наступит без моего «да».
Меня пугала ответственность и еще я боялась, а достаточно ли будет моих чувств, чтобы снять заклятие. Я вообще не была уверена - умею ли любить. Я была хорошим другом Гарри и Рону, но никто, даже Виктор Крам никогда не задевал мое сердце. Как понять, что я испытываю к Драко и будет ли этого достаточно?
Я задумалась, застыв на тропинке, холод начал пробираться от ног к сердцу. А что если я не умею любить? Что если из-за меня Драко погибнет? Мне стало страшно за него. Ну почему он не раскрыл эту книжку с кем-нибудь более подходящим, с Пэнси, с Лавандой…. Меня перекосило при мысли об этом - эти молоденькие дурочки точно были бы от него без ума, а я?
-Смогу ли я?
-Что , милая?
Я обернулась. На тропинке стояла женщина с Френсисом на руках.
-Здравствуйте,- я рассеянно почесала поросенка за ушком. Он довольно хрюкнул.
-Так о чем ты говоришь, детка?- Женщина смотрела так тепло и спокойно, что я не удержалась и все ей рассказала.
-Вы понимаете, что он может умереть из-за меня?- Я остановилась, заметив, что мелодрамматически заламываю руки.
-Пф, детка, не о чем беспокоиться. - Женщина потрепала меня по щеке и опустила Френсиса на тропинку. Поросенок довольно потрусил к сосне и потерся о нее спинкой.
- Конечно, ты его любишь.
-Как?- Я смотрела потрясенно.- Почему вы уверены?
-Любишь не того, кто подходит,- женщина успокаивающе похлопала меня по плечу,- любишь того, за кого страшно. Вот ты беспокоишься за Драко, тебе страшно, что твоих чувств окажется недостаточно, это и значит, что ты его любишь.
Пока я стояла, опустив глаза, и старалась переварить слова старушки, о том что «я люблю Драко Малфоя», женщина куда-то исчезла. Только хвостик Френсиса мелькнул за поворотом.
***
Я уж боялся, что Гермиона не захочет меня видеть. Но за ужином она была приветлива и заботлива, это наводило на мысли о крысином яде в тарелке. Я старался есть овощи, а отбивную, приготовленную «специально для меня» на всякий случай скормил нашему упырю, опустив блюдо под стол, пока Гермиона отвернулась.
Вечером я предложил карты. Все лучше, чем спорить о героях Бронте. Об отъезде я больше не заговаривал. Пусть делает, что хочет. Я предложил. Остается – мне же лучше, побуду с ней еще 10 дней. Целая жизнь…Я вздохнул.
***
Старушка с поросенком разглядывали Драко и Гермиону в волшебном шаре.
-Ты точно уверен, что заклятие не причинит ему никакого вреда?- Женщина требовательно обернулась к букинисту. Тот улыбнулся:
-Конечно, миссис Малфой, можете быть уверены.
Поросенок весело завертел хвостиком.
-Люциус, хватит прикалываться!- чуть сварливо воскликнула женщина.
Наш Френсис вспыхнул и превратился в Люциуса Малфоя:- да, лапочка.
Малфой - старший встал, приобнял жену и чмокнул в висок. - Что ты так переживаешь, все будет хорошо. – Он успокаивающе потерся подбородком о макушку жены. - Дети знакомятся друг с другом заново. Ты же видела, что он ее любит. Уже сколько лет в доме безостановочно звучит: «Грейнджер то, Гермиона это». Да и она явно неравнодушна к нашему мальчику. Стоит только вспомнить тот хук справа.- Люциус весело сверкнул глазами.- И ты здорово придумала с «Красавицей и чудовищем.
Нарцисса улыбнулась:
-Это была его любимая сказка в детстве.
-Ну, конечно, я помню,- откликнулся ее муж.- Сын всегда говорил, что он хотел бы, чтобы его любили - так, но, мол, это невозможно т.к. таких девушек не существует.
Нарцисса смешливо наморщила нос:
-Одна существует,- и посмотрела на Гермиону, слегка искаженную магическим шаром.- Ты знаешь, у них будут красивые дети.
Малфой потянулся.- И отлично.- Обхватил жену за талию и посадил к себе на колени.- Пусть только коварством они пойдут в бабушку.
-Шутник.- Нарцисса с усмешкой хлопнула мужа по руке, взяла за уши и поцеловала. - Пусть прост о будут счастливы.
***
Через 10 дней рождественским утром молодая миссис Малфой, рассматривая спящего мужа, думала что получила самый замечательный подарок, ну, не считая Пемберли (упс, оговорка - Малфой Мэнор, конечно. Но вы меня - поняли : ))
К фанфику есть продолжение: "Еще один день"- про третий день в Имении и "День четвертый", соответственно понятно о чем : )

Пожалуйста ,если копируете, указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

08:44 

ГГ ДМ "Еще один день".Фанфик по ГП.

Третий день к фанфику «Красавица и чудовище».

Утро начиналось уже привычно, распахнув глаза и обозревая лепнину на потолке, я лениво раздумывала, что пора на завтрак. Мысль, что придется общаться с Малфоем не принесла раздражения, и это было странно, если вспомнить как он доставал меня предыдущие 7 лет. «Но здесь,- я задумчиво уселась в постели и начала расчесывать волосы,- он был совсем другим. Совсем…»
Я принялась составлять стратегический план - как не дать Малфою улизнуть сразу после завтрака, и –до вечера. Да, планы не моя сильная сторона. Ладно, по ходу дела что-нибудь сообразим.
***
Я откровенно залюбовался Гермионой, когда она вышла к завтраку. Синее, мягкое, уютное домашнее платье, волосы, уложенные в косу, сияющие глаза. Я расслабился, она не выглядела, как несчастная пленница, которую насильно удерживают против ее воли.
-Малфой, погуляй со мной,- раздался спокойный голос в конце завтрака. Я чуть не расплескал себе на колени мой знаменитый американо: 4 ложки кофе и без сахара.
- В смысле?
Она сбежать хочет? Зачем тогда осталась?
Я рассматривал Гермиону и пытался уловить за ее словами двойной смысл. Потом спохватился. Это же Грейнджер. Гриффиндорцы по определению не умеют притворяться.
Гермиона встала и протянула руку,- у тебя же есть любимые места в имении, покажи мне.
И мы пошли гулять. Так странно было идти рядом с Грейнджер и держать ее за руку. У нее оказались маленькие прохладные пальчики, которые выглядели тоненькими и нежными даже в моей - аристократически узкой ладони. Обычно ее руки были измазаны чернилами, но сейчас - нет. Я задумался, может ей недостает ее привычных занятий.
-Гермиона, - она взглянула с улыбкой, я приободрился,- может быть тебе нужны какие-нибудь книги или писчие принадлежности, ты скажи.
Грейнджер весело рассмеялась,- Драко,- одно слово, а как расцветило мой день,- книг в Малфой Мэнор больше, чем я могла бы прочесть за всю жизнь. «Так оставайся на всю жизнь»,- хотелось ответить мне. Я промолчал, она продолжила:
-И не думай, что если в школе я много читала, это единственное, что меня интересует.- Она шаловливо щелкнула меня по носу, а я с надеждой задумался, не заигрывает ли она со мной?
Я отвел ее на берег пруда,- здесь я люблю сидеть и смотреть на воду. Я озабоченно наморщил лоб: «Балда! Надо было захватить одеяла». Скинув плащ, я расстелил его в 4 слоя и приглашающе похлопал ладонью - садись! Грейнджер посмотрела как-то странно и осторожно села. «И почему я не читаю мысли?». Я повернулся к островку, видневшемуся через полоску воды. Сосны на другом берегу шумели и покачивались, день был ветреный, но рядом с Гермионой мне не было холодно и без плаща. От одного ее присутствия становилось тепло на душе.
-Мальчишкой…,- я сел поудобнее и машинально взял ее за руку, она ее не отняла, я расслабился,- лет до 11 я любил проводить целые дни на берегу пруда. Смотрел на жизнь обитателей прибрежных вод, рыбачил вместе с местными жителями, плавал на островок и представлял что я – Робинзон Крузо.
Было так странно рассказывать кому-то о своем детстве, кому-то для кого мой рассказ не был безразличен. Я это чувствовал. - Еще я любил проводить время в хижине старого Бейнса, он когда-то служил у нас садовником. У него всегда была готова для меня какая-нибудь интересная и таинственная история. Он научил меня чистить рыбу…
Гермиона в изумлении воззрилась на меня, я смущенно улыбнулся:
-Ну да, я умею чистить рыбу, копать сорняки и могу приготовить обед, и он будет съедобным,- вызывающе задрав подбородок сварливо закончил я.
Гермиона весело рассмеялась и боднула меня лбом в плечо:
-Малфой, а чего ты тогда выделывался?
Я недоуменно поднял брови, она уточнила:
-В школе. Зачем было строить из себя белоручку и подонка?
Я помрачнел. Она опустила взгляд, взяла меня за руку,- прости, я не хотела тебя обидеть. – Она ласково погладила мою ладонь. Я с кривой улыбкой неуверенно взглянул на нее краем глаза, вздохнул. Улыбнулся, а ладно, не стоит обижаться. Просто она всегда говорит то, что думает. «Возможно, это даже плюс,- философски подумал я, помогая Гермионе подняться.- Не будет проблем с подарками. Задал вопрос - получил четкий ответ: что, где, когда, какой формы и размера». Я усмехнулся - размечтался, Малфой, уже планируешь, как будешь покупать ей подарок на день рождения.- Помрачнел.- Думаешь, доживешь?
Но сегодня - то я был еще жив, Гермиона была рядом, она улыбалась и была готова идти со мной, куда угодно. И я повел ее в кафе. Это не было утонченное французское кафе, в каких я привык проводить время, поддерживая имидж избалованного мажора. Этот паб был маленьким и темноватым, но я чувствовал себя в нем уютно. Меня здесь знали с детства, и хозяйка по привычке приносила большой кусок яблочного пирога каждый раз, как я заходил в гости. У меня язык не поворачивался сказать, что сладкое я теперь не особо люблю - вырос, но не мог же я обижать добрую женщину с улыбкой наблюдавшую, как я старательно запихиваю пирог в рот, запивая большими глотками ужасно сладкого крепкого чая.
Гермиона, скептически наблюдавшая за моими мучениями, наклонилась к моему уху и конспиративным шепотом спросила:
-А что, нельзя сказать хозяйке, что ты любишь черный кофе без сахара, а не чай с полчашки рафинада?
Я страдальчески поднял взгляд и наставительно заметил:
-Нельзя огорчать бедную женщину, она все делает от чистого сердца. Кроме того, - философски вздохнул,- она знает меня с детства, а тогда я предпочитал именно такой чай. Традиции нарушать нельзя!
Гермиона разглядывал меня с каким-то веселым изумлением. Я уже смирился, что не могу понять по её виду, о чем она думает.
***
Сегодня Малфой меня неоднократно поражал. Оказалось, он умеет чистить рыбу, варить обед и стесняется намекнуть трактирщице, что уже вырос и не нуждается в ударных дозах сахарного песка. Чудеса.
А вечером Малфой пригласил меня танцевать! Он бережно вел меня, поддерживая за талию под мелодию музыкально шкатулки, я смотрела в ставшие такими близкими серые глаза, цвета зимнего льда, когда сквозь него смотришь на солнце, и чувствовала, как в душе поднимается нежность к нему, такому неоднозначному и все еще непонятному для меня человеку.
Кто же ты, Малфой? Избалованный мажор, хорек, достающий Поттера во время квиддича грязными приемами, доносчик Амбридж и слуга Волан-де-Морта, или ты- заботливый хозяин, любящий сын, мальчишка, чистящий рыбу под забавные и таинственные истории старого садовника, терпеливый поедатель ненавистных сладких пирогов. Кто ты?
Я танцевала в объятиях Драко Малфоя и мне казалось, что нет ничего правильнее, чем кружиться, положив голову ему на плечо, так, что когда он наклонял ко мне голову, прядки его светлых волос щекотали мою щеку.
-Гермиона,- услышала я тихий шепот.
Подняв глаза, я посмотрела на него с улыбкой, он наклонился и легко поцеловал меня в губы. Как будто нам по 5 лет - лишь прикоснулся слегка и все. Такой простой, естественный, привычный каждому французу знак внимания, повторяемый неоднократно в течение дня, и такой особенный - для меня. Мы танцевали, Драко смотрел на меня задумчиво? нежно?- что-то плескалось в его глазах. Что-то похожее на любовь и на боль.
-Спокойной ночи?- он проводил меня до двери.
-До завтра.- Закрывая за собой дверь спальни я знала, что спокойной ночи ждать не стоит. Мне предстояло многое обдумать.

Пожалуйста ,если копируете, указывайте автора и кидайте ссылку на оригинал. Спасибо : )

@темы: фанфики по Гарри Поттеру, авторские фанфики

Можно я буду тебе писать?

главная