• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: из фанфиков (список заголовков)
07:29 

Пансион мадам Лоран Tasha 911

Когда я была маленькой, то прочитала о вас одну книгу и пристала к нему с вопросом: «А какой он, Гарри Поттер?». Мы гуляли по лесу, это тут, недалеко. Он показал на старую лохматую ель с единственной шишкой и сказал: «Аска, видишь это дерево? Оно уже почти бесплодно, у него немного возможностей проявить себя. Как высока вероятность, что эта шишка упадет именно тогда, когда ты вошла в лес и проходишь под ним?». Я сказала, что шансы, наверно, очень небольшие. Тогда он ответил, что если бы я была Гарри Поттером, он поклялся бы, что эта шишка непременно свалилась бы мне на голову, что она висит и держится из последних сил, чтобы именно меня треснуть собою по лбу.

Он невольно улыбнулся.

- В чем-то он был прав.

Аска покачала головой.

- Вы не поняли. Это была история не о вас, а о нем. Мой отец и есть та самая упрямая шишка, что держится из последних сил, дожидаясь того часа, когда мимо пройдет ее Гарри Поттер. Ждет так долго, что отчаивается, и намерение просто упасть на ладонь сменяется другим: по возможности отомстить за свое терпение, больно треснув по лбу. За то, что так долго не шел, за то, что осмелился вообще прийти, потому что шишка не готова к такому повороту событий, – девушка смотрела на него очень серьезно. – Я люблю своего отца, мне не горько от того, что они с моей матерью расстались. Я не чувствовала себя обделенной его заботой и вниманием до тех пор, пока вам не исполнилось шестнадцать. Что-то изменилось. У него появилось что-то очень важное. Я пыталась понять, что, и честно спросила его об этом. Он ответил, что с ним «это» случилось. Человек вошел в его лес, и все, кто до этого в нем был, вдруг показались ему просто случайными туристами. Нет, человек даже не вошел, он словно всегда был в этом лесу, просто до того как отец столкнулся с фактом понимания, что он повзрослел, ему никогда не хотелось, чтобы этот Гарри Поттер прошел под его елкой. Стоило хоть на секунду задуматься об этом, и мысль уже не шла из головы шишки. Думаете, он был счастлив? Нет, он начал затяжную войну с собой. Он хотел упасть в чью-то ладонь и раньше, даже в руку женщинам, что вас или меня произвели на свет, но этого не случилось. Он держался, как мог, и все ради кого? Человека, которого он презирал, и это чувство всегда было взаимно? Сына того, кто его унижал? Ребенка друга, которого он погубил? Человека, лгать которому до самого конца было его долгом? Такие чувства могут приносить радость, Гарри?

- Нет, – его поражало то, насколько Снейп мог быть честен и откровенен с теми, кому доверял. Что для него было важным никогда не лгать своему ребенку, но попытаться позволить ему принять себя - со всеми недостатками.

- Эти его эмоции… От них можно освободиться только двумя способами, – Аска серьезно смотрела ему в глаза. – Не дайте ему пролететь мимо вашей ладони, не дайте ему умереть, больно ударив вас напоследок по лбу за то, что так и не оценили, не поняли… Я пойму, если вы не сможете протянуть руку. Он тоже поймет, просто если вы попробуете ему объяснить, почему не можете принять то, что с ним случилось, возможно, появится третья вероятность…

- Нет, думаю, она не нужна, потому что все это произошло не только с ним. Я просто не отдавал себе отчета, что могу искать это чертово дерево не для того, чтобы вырвать его с корнем. Что то, что мне на самом деле нужно - это просто протянуть руку за этой гребаной упрямой шишкой!

Есть люди, которые всегда стремятся объять необъятное. Для них синица в руке - это всегда очень мало, а журавль в небе - как-то слишком много. Такие люди опасны… Они слишком долго ищут то единственное, что ценно для них, так долго, что зачастую, когда находят, понимают, что уже, в общем-то, давно прошли мимо своей мечты, и теперь это чья-то чужая мечта, не способная принадлежать им. Обычно в такие моменты эти люди чувствуют странную удушающую тоску. Некоторые могут с этим пониманием жить, другие - нет. Ты, Гарри, - не из тех, кто смирится. Я, знаешь ли, тоже.



Я люблю тебя, Гарри. Ты даже не в состоянии понять, как сильно я тебя люблю. Никогда не уйду… Гнать будешь - не смогу.

- Я не стану. Честно.

- Станешь. Непременно станешь, но я не исчезну. Потому что тут не только тебе решать.




Я не слепа, Малфой, я могу разглядеть настоящую страсть. У всех появляются важные для них люди. Дружба сменяется иными ценностями. Для всех. А я… Наверно, я просто не способна на сильные чувства, мне не хватает умения терять голову, сводить все самое важное в мире к одному взгляду.

Малфой пожал плечами.

- Вот только не надо себя жалеть. Вы умны, успешны, богаты. Люди любят по-разному. Одни - с кострами в душах, а другие - с чашкой чая, утренней газетой и привычкой проводить лето в Ницце. Не бывает правильных или неправильных чувств, бывают чуждые вам эмоции или понятные. Я сам никогда никем не бредил, не сходил с ума от тоски, не готов был отдать все, чем владею, за чью-то улыбку. Но случались утра, когда, просыпаясь с кем-то в одной постели, я радовался тому, что мой день начался именно так. Возможно, и у вас настанет такое благословенно спокойное время, как только вы перестанете искать в себе то, чего в вас нет и не должно быть.



Да кто тебя просил?! Мне, твою мать, что - теперь нести ответственность за каждого, кто привязался ко мне против моей воли? Ты не нужна мне, и никогда не была нужна! Я не требовал твоих великих жертв. Мне никто и никогда не был нужен, кроме моей семьи! Думаешь, я наслаждался всем, что со мной творилось? Я просто был хорошим сыном, и я был честен. Ты хотела меня, а не я тебя.



- Тогда почему ты мне лгал?

На сей раз Невилл был честен.

- Когда имеешь так мало, страх потерять это становится просто огромным. Тебе правда лучше уйти. Мне в этой жизни, кроме тебя, терять уже нечего. Я хочу, чтобы ты жил. Хочу, чтобы сейчас ты ушел вместе с Гарри. Я прошу…

Драко смотрел на него холодно.

- Лонгботтом, ты дурак. Ты говоришь, что знаешь меня? И кто я, по-твоему? Шлюха, для которой любой сгодится? Что мне там без тебя делать? Поплакать немного и залезть в штаны к тому же Поттеру? Так ты видишь мое спасенное тобою будущее? Нет, Лонгботтом, ты меня не знаешь, – он немного повернулся к Пэнси. – Ты, к счастью, тоже.



Он умер. И все… Понимаешь, Пэнси, совсем все. Конец. Не с кем больше ругаться, некого целовать, говорить о своей любви некому. Только дрожь в коленях и пустота.


Он никогда не готов был признать это вслух, но собственнические чувства Гарри согревали порой сильнее, чем его же самые жаркие объятья. Вот уже несколько лет он чувствовал себя нужным, необходимым, как воздух, человеку, которого любил. Впервые судьба была так благосклонна к нему на взаимность. Наверное, было в нем, Северусе Снейпе, что-то неправильное. Он сам никогда не был готов делить с кем-то то, что ему дорого, и ненавидел, когда его самого делили. В Поттере было то, чего недоставало Лили. Их объединяла странная способность сводить рамки своего мира до одного человека.


Много позже, потеряв Лили и лучше узнав Люциуса, он понял, что, как ребенок, никогда не знавший родительской ласки, он тогда просто запутался в понятиях. Превратил свое стремление не к любви, но к дружбе, к участию в его судьбе, в храм двух богов, сила противоречий между религиями которых все уничтожила. Постигая позже науку желания, он понял, что никого из них не хотел. Ему нужна была их симпатия, положенная на плечо рука, но никак не два тела, сплетенных в жаркой, иногда несовершенной, но все же гармонии.

@темы: из фанфиков

10:57 

Дверь скрипит, если… Tasha 911

– Девочка, потом девушка, женщина совсем недолго и точно не со мной. Она никогда меня не любила. Нас с ней связала ниточка похожести в своем отличии от других. Только она была здорова и открыта миру, а я уже заражен собственной ненавистью к нему. Было понятно, что ничего не выйдет. Даже когда мы шли рядом и я держал ее за руку… В общем, надеюсь, что вы этого не понимаете. Ужасно, когда ты с макушки до кончиков пальцев – чей-то, а тебе самому ни черта не принадлежит. Она меня даже не бросила. Вещи, в которых не нуждаются… Их не бросают, а просто оставляют в прошлом. Ей не было больно. Она отказалась меня понимать, а я так и остался со своим куском сахара в руке. Он растаял, пальцы стали липкими. Это было ужасно неприятно, а то, что тебе не нравится, исчезает медленнее, чем хорошее. Я никогда не мог забыть это ощущение, вычеркнуть ее из памяти. Сначала надеялся, что однажды отмоюсь от этого чувства, но, сколько бы воды и времени ни утекало, оно оставалось со мной. Потом она умерла. Стало одновременно не за что и не с чем бороться.


Просто со Снейпом я впервые почувствовал, что такое готовность пойти на все ради того, кто тебе нужен. Да, я лгу, изворачиваюсь, мучаюсь угрызениями совести, но не потому, что мне это в радость. Я просто не могу иначе. Он мне нужен.

@темы: из фанфиков

19:25 

Дао воды Tasha 911

Смерть всегда есть смерть, ее не преодолеть ни силе, ни воле. Можно только в очередной раз коснуться лбом гладкого камня и прошептать:

Не будет.

Ты – моя магия, то яркое чувство, что хотя бы раз в жизни нужно пережить, чтобы определиться с тем, чего же ты на самом деле хочешь.


Человек, одержимый когда-то желанием быть с этой женщиной, даже не пытался мечтать о том, как бы у них все сложилось. Она рано ушла, не оставив ему даже права попытаться ее вернуть, и тем самым стала недостижимой и идеальной. Сейчас, имея возможность воплотить свои фантазии, человек начал понимать, что понятия не имеет о том, чего на самом деле хочет. Все шло не так.


То, что тебе дорого, Люпин, надо пытаться сберечь до последнего вздоха
, до разрыва нервов и безрассудства. К черту логику. Ради этого можно пожертвовать честью, совестью и даже собственным рассудком. Любимых людей на войну не пускают. Ты мог бы подвергнуть ее заклятию и силой отправить домой. И плевать, что гриффиндорцы так не поступают, плевать, что она никогда не простила бы тебя за то, что ты умер без нее. Когда любишь, Люпин, ничто не имеет смысла, кроме жизни любимого человека. Сейчас было бы кому оплакать тебя и воспитать твоего сына, но ты не сделал тот выбор, который должен был сделать.

@темы: из фанфиков

08:58 

День разбитых чашек Tasha 911

- Как вас зовут? – поинтересовался парень.

- Гарри.

- Гарри, вам, наверное, лучше поговорить с колдомедиком Ливандосом.

- Если вы мне немедленно не скажете, что случилось...

- Он умер.

Мне больно, я не могу дышать, мое тупое упрямое сердце лопается от огромной любви, что таким странным способом прорывается к свободе. Теперь уже навсегда неразделенной. Я хочу кричать, но не знаю, о чем. Верните мне его! Истерзанного, сумасшедшего или злого, просто верните мне его. Ну, пожалуйста, мне, правда, очень нужно. Нужно...

Он Северус Снейп, целый человек, которого я люблю. Боже, верни его, не меняй ничего, мне даже этого не надо, просто отдай. Можно он снова закроет лицо руками? Можно он скажет: «На пару дней не нужно», - а я спустя часы буду надеяться на то, что он все же хотел бы остаться, вот только навсегда. Боже...

В нашем мире чудо – обыденность, и ничего невероятного давно не происходит. Но как мне понять, как принять все это и не сдохнуть от отчаянья? Я не могу, не хочу и не умею. Мне не нужен мир без моего единственного человека, я знаю, каким чужим он может быть, каким порождением горечи стану для тех, кому дорог. Я не хочу так больше жить. Мне нужно дышать и двигаться, не упрекая себя каждую секунду за то, что мне утром далась та чашка. За то, что я не признал странную очевидность того, как он мне дорог, много дней назад.

@темы: из фанфиков

07:21 

Небо пополам Рыбка Астронотус

Ты просто хочешь знать, что принадлежишь ему, а он – тебе, и что больше никто не сможет коснуться его, кроме тебя. Что вы – пара, даже если вы не вместе на людях, что об этом все будут знать и делать вид, что ничего нет. Ты хочешь знать, что где-нибудь в городе, где вас никто не знает, ты мог бы обнимать его, держать за руку, касаться его пальцев за столиком в кафе, делить с ним один коктейль на двоих и убирать крошки с его подбородка, облизывая пальцы…
Я прислонился виском к панели и зажмурился, до боли стиснув зубы. Люциус сейчас парой фраз так точно описал все то, чего мне так не хватало, чем я бредил в своих беспокойных снах, о чем я мечтал, глядя на пустые лавки в сквере и парочки за столиком в кафе, что слушать это было просто физически больно.
– Ты хочешь жить, зная, что есть номер Северуса в общей программе и номер Гарри, что одно без другого невозможно, что, объясняя какие-нибудь новые правила, Фил обязательно подзовет вас обоих, как пару, как единое целое. Что, отработав свой выход, ты не уйдешь отдыхать в вагончик, пока не убедишься, что его выступление прошло гладко, что ему ничего не грозит. Что, вернувшись, ты обязательно поможешь ему расстегнуть костюм и поставишь чайник для его любимого кофе. Что он не заснет, если ты крутишься в постели, обдумывая разговор с директором или новый номер, что ни у кого не возникнет вопроса, селить ли вас в один номер гостиницы, шить ли вам одинаковые костюмы и можно ли отдать тебе его недельную зарплату из общей кассы.
Мне уже просто хотелось выть от слов Люца, биться виском в деревянную панель шкафа, просить его прекратить меня мучить. Слушать это все не было никаких сил. Знать, что да, именно так я хотел жить бок о бок с самым дорогим для меня человеком, и понимать, что никогда, никогда этого не будет, было настолько болезненно, что я едва удерживал в уголках глаз злые слезы разочарования.

@темы: из фанфиков

15:15 

Небо пополам Рыбка Астронотус

Отпустить, проводить к машине одного человека, знакомого, почти родного, зачем-то облачившегося в роскошные чужие вещи, и спустя несколько часов найти совсем иного, жадно залапанного другим, чужим миром, чужой похотью, истекающего кровью, оставленного наедине с собственной волей к жизни, было тяжело до боли. Я не знал даже, имею ли я право сейчас посягать на него, как на часть себя, часть своего мира, когда в одночасье все так переменилось, когда ему за один вечер пришлось так много увидеть, испытать и пережить. Странное чувство досады от того, что все так закончилось, рвало мне сердце на части. Я собрал свой эгоизм и свою привязанность к нему, почти ненормальную, в охапку, я отдал его в другой мир, другим людям, для которых он никогда не будет значить столько же, я своими руками помог ему одеться в дорогие, пахнущие новизной и роскошью вещи. Я сам отдал его женщине. Я затолкал свою ревность в себя, я заткнул ею себе рот, не давая прорваться наружу крику сожаления и ярости. Я разрешил взять его у меня, разрешил по своей воле, позволил увезти его в ночь, чтобы спустя несколько часов подле его кровати, воя от досады и злобы, зализывать нанесенные нам обоим раны.

Его бледность, усталый изможденный вид и словно издевательски оттенявшая их белизна простыни казались мне пощечиной самому себе за расточительство, с которым я так просто расстался с ним. Так просто поделился самым большим сокровищем, которое было в моей жизни. Сейчас, когда он лежал неподвижно, с закрытыми глазами, я мог представить и содрогнуться – он мертв, и это последнее мое свидание с ним в этой жизни. Картинка каждый раз оказывала одно и то же влияние на мои и без того потрепанные сегодня нервы – перед глазами все заливало алой, пахнущей железом и сыростью кровью, и в голове кружились неясные, но отдаленно улавливаемые слова «никогда… никогда….»

Без сил я съехал по дверному косяку вниз и обхватил руками голову. Если бы не глубокое потрясение этой ночи я, наверное, разрыдался бы, как ребенок. Но шок сделал свое дело, оставив мои глаза сухими и широко распахнутыми в никуда. Сама тень мысли о том, что я сегодня ночью мог навсегда потерять его, отдать и уже никогда не получить обратно, переворачивала мой собственный мир с ног на голову, ставила само предположение о таком за грань добра и зла.

Мира без него не существует.

Наличие другой, незнакомой жизни, в которой я мог и не появиться, которую помнил только он сам, которой я никогда не стал бы свидетелем, бередило мне душу, заставляло ревновать к тем, кто делил с ним то другое, незнакомое, старое, которое навсегда останется в его памяти.

@темы: из фанфиков

10:54 

Скованные душами Theowyn of HPG

- Что приемлемо на войне, а что нет? – угрюмо спросил Гарри. - Где границы дозволенного?
Дамблдор покачал головой:
- Проблема заключается в другом. Это вопрос лояльности. Кому и чему мы обязаны верностью, кому и чему мы преданы. С одной стороны, каждый из нас обязан стоять за справедливость, и серьезное преступление не должно оставаться безнаказанным.
Гарри закусил губу и мрачно кивнул: «Тогда я должен предъявить улики.»
- Я этого не говорил!
- Но…
- Очевидно, ты не веришь, что это правильный выбор.
Гарри вздохнул с досадой: «Неважно, во что я верю!»
- Напротив, нет ничего важнее,
Гарри! - Дамблдор поставил чашку и посмотрел на юношу в упор. - Мы несем ответственность за свои действия, Гарри. Если мы не верим, что выбор, который мы сделали, правильный, как же нам жить с его последствиями?


Не существует простого ответа на этот вопрос. Это твое сострадание и врожденное чувство добра и зла, Гарри, твоя совесть, иными словами - они должны направлять тебя в этом нелегком выборе, и я не могу знать все обязательства, которые могут повлиять на твое решение. Прежде всего, доверяй своему инстинкту. Он не обманет. Делай то, во что ты веришь, что бы ни говорили окружающие.

@темы: из фанфиков

11:42 

Самое тяжелое - не знать Рыбка Астронотус

Но Снейп на то и был Снейпом, чтобы свои детские комплексы и желания препарировать, как лягушку в лаборатории. Прекрасно понимая, что призрачное счастье с журавлем в небе нереально, он не искал журавлей, он ждал синицу. Одну единственную, на всю свою угрюмую одинокую жизнь, на все свои вечера с книгой у камина. И свято верил, что такой синицей была потерянная когда-то Лили.
Нет, Лили на синицу вовсе не походила. Лили как раз была более чем из журавлей. Но ближе нее все равно никого не было. И синицей стала даже не она, а… возможность. Память. Шанс, черт возьми. Ведь мог быть даже у Северуса Снейпа шанс? Приятно было думать об этом зимними вечерами, укутав ноги пледом. Приятно и до одурения больно. А еще временами смешно. Особенно во время зимних каникул, когда можно было позволить себе рюмку-другую, согласиться на компанию Скептика на подлокотнике своего кресла и вовсю насмехаться над собственными амбициями.

@темы: из фанфиков

14:25 

Гарри Поттер: Враг внутри Theowyn of HPG

Он не понимал, зачем рассказывает все это Снейпу, но не мог остановиться.
— Когда я был на первом курсе Хогвартса, она связала мне зеленый. Впервые в жизни кто-то сделал мне… подарок. Я знаю, она просто жалела меня, но она всегда относилась ко мне, как будто я был членом их семьи, и… я понимаю, она не моя мама и я не имею права

Гарри понимал, что говорит бессмыслицу. Хуже того, у него опять потекли слезы, и он не мог справиться с ними.
Снейп опустился рядом с ним на колени.
— Поттер, вам не нужно никакого права для того, чтобы оплакивать кого бы то ни было, — сказал он мягко. — Вам нечего стыдиться.

@темы: из фанфиков

10:00 

Гарри, Северус, Сева и узник Азкабана Аморэ

Чувствую, что-то случилось. Но не могу ничего сделать. Мне не выйти из дома. И я не могу быть с ним. Это вы, живые, всегда можете преодолеть расстояние и сказать близкому человеку то, что хотите, договориться, доказать. Остановить, прижать к себе руками. А я мертва, но душа болит – я любила его. А он меня. Он всегда возвращался, говорил, что запутался, спрашивал совета, спрашивал – как там: по ту сторону?.. Я как могла отговаривала его. Ведь жизнь – это самое светлое, что можешь представить себе, а смерть - здесь ничего, пустота. Он перестал приходить, а я не могу поговорить с ним и убедить снова. Просто чувствую, что он еще жив. Вы передадите ему мои слова, мальчик? Пусть он не торопится покидать мир. Пусть докажет, что нужен на вашем свете.


«Сижу, смотрю на Севу. Она гоняется за мухами. А потом берет их в свои лапы и рассматривает, прежде чем съесть. Со стороны очень смешно выглядит. А ей не смешно – это настоящая охота и реальная добыча. Вчера она увидела мышь размером с себя, не испугалась, а пошла за ней в щель, как в какую-то пещеру. Еле ее оттуда достал – чуть все крылья не обломал. Я так устал после дня работы, хотел поесть, как человек, а тут она со своими мышами. Орал на нее. Назвал тварью, побил газетой. А сейчас сижу и думаю. Со стороны любой ее поступок выглядит, как баловство и досадные неприятности. А ведь для нее это ЖИЗНЬ. Ее охота. Ее обиды, ее ненависть. Ведь только мне кажется, что она досадное недоразумение, которое навязали на мою голову. А для Севы я часть страшно интересной жизни и она любит меня. А я ее газетой. И не выслушал.
И для тебя, Снейп, я тоже только досадное недоразумение.
Все семь лет был чем-то подобным… несознательным. Ты давно дал оценку моему интеллекту. Для тебя я примерно как Сева для разумного человека. Но это не так. Я за последний год пять черных колдунов на чистую воду вывел. И одну крысу в аврорате среди сотрудников вычислил. Но для тебя это не доказательства моей серьезности. Просто… мухи. Если даже убийство Волдеморта ты считаешь удачным стечением обстоятельств, то более сильных козырей в рукаве я не имею, чтобы поколебать твою предубежденность. Я понял, что не в силах помочь разглядеть во мне человека, могущего заинтересовать тебя, или просто способного любить так же сильно, как и ненавидеть.
Вот такое длинное письмо у меня получилось. Только все равно я его никуда не отошлю».

@темы: из фанфиков

09:00 

Вышел месяц из тумана... Рыбка Астронотус

Я. Вот, на берегу реки, среди вороха осенних опавших листьев, взъерошенные волосы, простая потрепанная куртка. Вокруг — желтые, багряные, золотые краски. Осень. Парк. Я смотрю вперед, на реку, на какой-то мост, впереди передо мной по воде плывет пара уток. Я достаю из кармана хлеб и бросаю им.

А вот он. Меня на миг пробивает дрожью. Знакомый образ, но какой он тут! Высокий мужчина в черных брюках, черном пальто, расстегнутом и распахнутом, руки в карманах, с задумчивой легкой улыбкой смотрит на меня, прислонившись затылком к стволу дерева. Я не могу назвать его красивым. Нет, он светится каким-то внутренним спокойствием, в его глазах весь этот мир в неспешном течении приятно грустного осеннего дня. Я слышу запах прелой листвы, костра, тины от реки, слышу, как пахнут его пропитавшиеся дымом волосы, покрытые мельчайшей дымкой моросящего дождика. Оборачиваюсь и улыбаюсь ему. Мне становится страшно — как я смотрю на него…

Так не смотрят люди, испытывающие плотскую страсть, так не смотрят влюбленные. Мой взгляд пробирает меня самого до глубины души. Я смотрю на него, будто он все, что было и будет в моей жизни. Смотрю, впитывая в себя каждый изгиб его тела, каждую прядь волос, каждый жест и взгляд. Меня просто распирает изнутри от этого ощущения. Сердце бьется у горла, я едва дышу. Никто никогда не был настолько дорог мне. Я едва сдерживаю какие-то странные непрошенные слезы. Мне хочется подойти к нему, прижаться к рубашке на его груди, ощутить прохладной от дождя щекой его тепло, обвить руками талию, поднырнув под пальто, и стоять так, пока не кончится дождь, пока не кончится моя жизнь, пока не настанет вечер, и мы вернемся домой, бродить по полутемной квартире в вязаных высоких носках, пить горьковатый кофе с шоколадом и снисходительно поглядывать из окна на спешащих под дождем запоздалых прохожих.

@темы: из фанфиков

13:26 

Дети луны Лазель

Есть два могущественных рычага этого мира: деньги и информация. Обладая обоими ресурсами, можно горы свернуть. Но и только информацией можно неплохо распорядиться.
- Предлагаешь заняться сбором компромата?
- Нет, но больше обращай внимание на то, что происходит вокруг. Ты ведь уже многое понял о своих друзьях, например, и недругах.

@темы: из фанфиков

08:31 

Сожгите мой дом genushka

Таким отношениям позавидовала бы любая, даже самая приличная традиционная семья. Гарри заботился о Северусе громко, открыто. Готовил завтраки, сжигая параллельно кастрюли, чистил пальто, расправлял одеяло, кричал, как бешеный, когда взорвалось зелье, окатив Северуса кипятком. Причитал над его ожогами и дул после обработки мазью, как маленькому. Его было много, но это не раздражало даже меня. Наоборот.

А Северус любил тихо, почти незаметно. Не ругал, где другой бы прибил, не бурчал и не возмущался. Принимал такого, какой есть, и наслаждался Гарри во всех проявлениях. Так, иногда съязвит для проформы, но это, видимо, у них традиция такая: яд в профилактических целях впрыскивать. А по ночам они прижимались так крепко, словно боялись, что исчезнут. Мне много семей доводилось видеть, но к этим извращенцам что-то притягивало. Живые они были, что ли? Не искусственные. Энергию вокруг себя распускали волнами, словно наверстывали что.

@темы: из фанфиков

11:26 

Nec plus ultra шахматная лошадка

Здесь они, юные, восторженные, полные бурлящего желания изменить этот мир, клялись друг другу в преданности, до хрипоты спорили о миссии чистокровных магов, молчали, без слов признавая родство, глазами обещая всегда быть верными – не факультету или убеждениям, а общему детству, которое на самом деле и было единственным действительно важным, чего они не успели рассмотреть и распробовать, занятые какими-то воображаемыми будущими свершениями. Они растеряли его, сначала поторопившись вырваться во взрослую жизнь, требующую взрослых решений, а потом замкнувшись каждый в своём мире, в своих проблемах, в своей боли и одиночестве. А когда ломка наконец закончилась, выяснилось, что вместе с наивностью, горячностью и максимализмом были утрачены и связи между ними. От того Слизерина, который Люциус сейчас мог бы назвать своим, осталось лишь это место. Но зато оно по-прежнему объединяло все поколения бывших слизеринцев, создавая иллюзорную общность, основанную на памяти и воображении. Как будто здесь до сих пор бродила та Белла, что умела беззаботно хохотать, встряхивая непокорной гривой волос, и тот Уолден, похожий на благородного рыцаря, которому осталось лишь подпоясаться мечом и получить напутствие прекрасной дамы перед сражением с драконом, и тот Люциус, воображавший себя сказочным принцем, хозяином зачарованного замка… И так хотелось увидеть их наяву, чтобы объяснить этим идиотам, что гнёт отцовской власти или несчастная любовь – недостаточная причина, чтобы сломать себе жизнь, что есть другой выбор и другой выход.

@темы: из фанфиков

12:09 

Гарри Поттер и Тайный грех Magenta

— Я… испугался, — тихо сказал Гарри. — Тогда.

— Меня?

Гарри закусил губу.

— Себя, — буркнул он.

К себе надо прислушиваться, а не бояться, — сказал профессор. — Прислушиваться и пытаться понять. Это не всегда легко.

@темы: из фанфиков

14:13 

Ложный декабрь curly_sue

На вешалке в шкафу — его сюртук. Эти чертовы пуговицы.

Иногда я вынимаю его перед сном, кладу на кровать рядом с собой. Выключаю свет, залезаю под одеяло и тихонько трогаю пальцами рукав, целую гладкую пуговицу на манжете. В этот момент я представляю, что Снейп со мной. Шепотом говорю все то, что забыл ему сказать. Или не сумел.

В этот момент сердце корчится в груди, сворачивается, как испорченное молоко.

Раньше сюртук пах им. Можно было закрыть глаза и вдыхать. И всё, что осталось, — плакать без слез. Это такая специальная система дыхания, фокус в том, чтобы попросту не задохнуться и продолжать… дышать? жить? Я не знаю.

Сейчас сюртук уже ничем не пахнет. Разве что немного пылью.

Время от времени я надеваю его пальто, когда выхожу на улицу. Не часто. Чтобы не было похоже, что я совсем спятил тут в одиночестве.
Я очень скучаю по тебе.
Я так скучаю.


Я без тебя не могу. Неожиданно? Для меня тоже.

Это было чудовищно с твоей стороны, бросить меня одного.


И где-то есть ты. Читаешь книги в кресле-качалке.

Однажды мы встретимся там, высоко. И времени нас будет — пару вечностей.

@темы: из фанфиков

15:09 

Внезапное снарри NikMac

Не думай, что тосковать об ушедших — слабость. Мы все их потеряли, и все грустим, да и как иначе? Но умирать вместе с ними — не дело. Ты должен справиться с собой. Есть, спать, улыбаться — жить и не раскисать. Фреду, Ремусу, Нимфадоре, никому из тех, кто погиб, не понравилось бы видеть тебя таким измученным и несчастным.

От твоих взглядов нет продыху... ну не то чтобы я был против. Смотри. Мне нравится, что ты меня замечаешь, и я надеюсь, что это всё не просто так.

@темы: из фанфиков

11:19 

Умирать не страшно Лазель

- Дичь какая! – выдохнул Уизли, и тут же поспешил исправиться: - Нет, я вовсе не об этом. Ты же знаешь, мне все равно, что ты гей! Главное, чтобы ты был счастлив. Но Снейп! Снейп и ты, вместе – это что-то невероятное!
- Никогда не знаешь, где судьба тебя подстережет, - понимающе усмехнулся Гарри. Стоило подумать о супруге, как усмешка сразу потеплела, поэтому вопрос Гермионы он встретил уже с улыбкой:
- А ты уверен, что это твоя судьба?
- Разве можно точно знать такие вещи? Я же не пифия. Просто как-то так получилось, что мне никто, кроме него, больше не нужен.



- Прости. Мама уже считает тебя практически членом семьи, и иногда это… напрягает.
- Да ладно. Хотя я не понимаю подобных убеждений, ведь она знает, что у нас с Северусом магический брак.
- Знает, но считает, что это вынужденная мера, и как только закончится война с Воландемортом, ты тут же разведешься и станешь «нормальным».
- Вот тут, боюсь, ее ждет большое разочарование, - усмехнулся Гарри. – Мне ужасно надоело оправдывать чьи бы то ни было ожидания в ущерб себе.

@темы: из фанфиков

15:22 

Венера обреченная Лисистрата

У меня уже есть тот, с кем я решил остаться до конца дней.

За эти семь дней, что я вновь ходил по краю, я вдруг понял нечто очень важное для меня. Я так безумно хотел жить, что готов был уничтожить счастье кого-то другого. Я боролся с Волдемортом, боролся с Дурслями, со всей своей чертовой судьбой, лишь бы остаться здесь, с теми, кого я люблю. И вдруг сейчас должен разрушить чью-то и без того полную тревог жизнь своей нелюбовью. Пусть бы тот, кого я не любил, умирал вместо меня. Но и это, вероятно, не поколебало бы мое малодушие. Теперь я почти счастлив, что на меня свалилось это проклятие, потому что впервые в жизни по-настоящему осознал, что именно значит - любить.
Я пишу именно тебе на прощанье, чтобы сказать: я люблю тебя. Больше своей жизни. Знаю, что это никогда не будет взаимным, знаю, что теперь не смог бы спасти себя, вступив в брак с тобой, ведь ты любим мною. Знаю, что еще некоторое время назад скорее бы умер (не правда ли, какая ирония?), чем хотя бы подумал о тебе, как о будущем муже. То, как я решил поступить, могло бы вызвать страх у меня раньше, но сегодня, в эту минуту, когда я пишу эти строки, понимаю, что так будет лучше. Я не смогу обречь на страдания того, кто принесет эту жертву, да и сам сгорю в огне своего невозможного чувства. Я мог бы вступить в брак без любви, но теперь не хочу этого делать. Я не хочу жить без тебя.
Сегодня я чувствую почти безграничное счастье, потому что могу без стеснения и глупого смущения повторять, как я люблю тебя. Я написал бы это еще миллион раз, пока не извел бы все пергаменты в мире, и тогда бы я, наконец, пришел к тебе сам, чтобы вновь сказать:
Прости меня за все, что я сделал или чему был виной.
Я люблю тебя. Люблю. Люблю бесконечно.

Гарри.

@темы: из фанфиков

10:29 

Smaragd Я был...

Жить – это не идти к намеченной цели, жить – это значит жить. Просто дышать, просто делать дело, просто знать, что ты есть у меня. И не где-то там, далеко, в другом мире, а рядом, под боком, когда можно в любой момент обнять и заглянуть в глаза, выпить из губ твоих и насытиться от тела твоего. Не потому, что хочется заниматься сексом, а потому, что хочется жить. С тобой. Цели достигаются или нет, не они должны быть критериями счастья. И само счастье – не может быть у него критериев. Всё, чего хочешь, к чему стремишься, чего добиваешься – это не счастье. Благополучие, карьера, успешность любого рода, самоуважение, организованный быт, семья и дети – это не счастье. Счастье – то, у чего нет критериев и параметров. Оно просто или есть, или его нет. Но понимаем мы это слишком поздно…

Всегда мечтал о детях, но прятал эти мечты так глубоко, что со временем забыл место их тайника. Но разве дети – это счастье? Это продолжение рода, это тепло и особенная любовь, которую они щедро отдают тебе, пока маленькие, дарят просто в силу сложившихся обстоятельств своего рождения, а не потому, что ты чего-то достиг и достоин этих даров; но они вырастают, быстро вырастают и никогда не будут твоим истинным продолжением. Они – сами по себе, у них родятся свои дети, у тех – свои, всё отлично, род не угаснет, но разве твоим далёким правнукам будет хоть какое-то дело до того, был ли ты счастлив? Смысл жизни в продолжении рода? Бред.

@темы: из фанфиков

Можно я буду тебе писать?

главная